Irene - Умри красиво

— Никуда я с тобой не поеду, — резко ответила я. — Говори тут.

— Да ладно тебе, Ольшанская! Убивать я тебя не собираюсь! Забирай своих сусликов из угла, и вперед!

Она схватила со стола ключи от машины и быстрым шагом устремилась к выходу из кафе. Не помню, когда еще мне было так же неловко смотреть людям в глаза — я мигом натянула куртку, опустила голову и, радуясь своей безумно длинной челке, побежала следом за Алисой. Светка с Сашей, перешептываясь и толкая друг друга локтями, как две первоклашки-сплетницы, топали следом за мной. Мы в полном молчании вышли на парковку, где Алиса, наспех раскурив свою «зубочистку», уже открывала дверь неестественно яркого в бледном зимнем свете «Порша».

— Вика… — тихонько позвала Светка. — А ты уверена…

— Не задавай идиотских вопросов, — шикнула я. — Или едешь, или нет. Я не обижусь.

— Так, группа поддержки, — Алиса с яростью вдавила окурок в асфальт узким носком сапога. — Вы садитесь на заднее сидение и сидите там до конца тихо-тихо, ясно? А то прирежу!

Она притворно хохотнула и, испепелив меня взглядом, залезла на место водителя.

И мы поехали.

Всю дорогу в таком знакомом салоне висела гнетущая тишина и я внимательно, хоть и лишь краем глаза, следила за выражением Алисиного лица, ежесекундно отгоняя воспоминание о нашей памятной поездке за город. Нет, ее зубы были крепко стиснуты от гнева, но никаких других признаков надвигающегося приступа сумасшествия видно не было. Мы неслись по широким сонным улицам в сторону частного сектора — в район, где жила Алиса: многоэтажки постепенно сменялись крупными невысокими домами за надежными заборами и раздвижными автоматическими воротами. Миновав патрульную машину, она вдруг набрала чей-то номер и без обиняков начала:

— Ты дома?.. А где? Поняла. Приеду через пять минут… Я сказала, приеду! — прошипела наша подозреваемая и я, даже не оборачиваясь, почувствовала, как вздрогнули мои «суслики».

Несколько мгновений спустя мы остановились у шикарной белостенной виллы, почему-то тут же вселившей мне страх. Я внимательно оглядела ее через окно — ничто не могло меня утешить, место действительно было подозрительным: уж слишком тихо и слишком много камер наружного наблюдения.

— Мы где? — робко шепнула я.

— Не заставляй меня отвечать в рифму, — рявкнула Алиса. — Выходи из машины!

На заднем сидении шевельнулся Саша, все еще круглыми глазами глядевший на свою некогда самую обычную одногруппницу.

— Вы останетесь здесь, — в голосе Алисы послышался металл и он не рискнул спорить. — Если уж я буду ее убивать, вы услышите!

Ворота так никто и не открыл, но рядом с главным входом вдруг отворилась маленькая калиточка, почти невидимая за колючим сплетением черных веток дикого винограда. К нам выглянула светловолосая девушка в одном шелковом халатике и поманила Алису рукой. Едва мы оказались во дворе, она тут же набросилась на мою подругу:

— Ты в своем уме?! А если Борюсику доложат?

— И что? — невозмутимо ответила Алиса. — Папа просил передать ему привет, всего-то.

За моей спиной послышался тихий рык — сразу за забором, из-за сетки вольера на меня смотрели две огромные кавказские овчарки. Н-да, если бы не оскаленные громадные клыки и рычание, они выглядели бы вполне дружелюбно, пушистыми «мишками»…

— Короче, — раздраженно вздохнула девушка. — Чего тебе надо?

Алиса многозначительно ухмыльнулась и, проигнорировав ее вопрос, обернулась ко мне.

— Не думала, что когда-нибудь мне придется об этом рассказывать, но ты, дорогая, сама захотела. Когда напали на Стаса, я была с ней. Я была с Оксаной у себя дома, на диване. Описать тебе, чем мы занимались?!

Я вспыхнула, сама не понимая, от чего: это была странная смесь удивления, отвращения и… ущемленного самолюбия. Резко стало подташнивать — я догадывалась, о чем пойдет речь дальше, и уже не была уверена, что мне нужно это слышать… Гори оно все синим пламенем! Даже если Алиса в чем-то и виновата, не будет же она убивать сразу троих человек, которые подозревают ее в нападениях?

Алиса, тем временем, повернулась к своей подружке.

— Правда, Оксана? Я ведь не вру? Ну, давай, расскажи Вике о нашей последней встрече, — она схватила девушку за локоть. — У меня ощущение, что ты хорошо о ней помнишь!

Оксана мгновенно побледнела и, кажется, стала дрожать еще сильнее. Секунду она неотрывно смотрела в глаза Алисе, потом перевела взгляд на меня и, ошалело усмехнувшись, произнесла:

— Ты вообще нормальная? Ты что несешь?

Она дернулась, намереваясь освободиться и сбежать, но Алиса даже не шевельнулась, крепче стиснув ее руку, и опять повернулась ко мне:

— Последний раз мы виделись с ней как раз после той нашей поездки в клуб. Помнишь, ты натравила на меня Стаса с идиотскими предложениями, а сама пошла танцевать со своим дурачком? Ты пообещала быть со мной, а бросила меня ради него! Ты вообще можешь себе представить, что я чувствовала?! Можешь?!

Я вздрагивала от каждого ее слова, пулей вылетавших в меня с дикой злостью и обидой.

— Ничего я не обещала…

— Так, девочки, разбирайтесь за забором, о'кей? — засуетилась Оксана, но Алиса дернула ее к себе.

— И тогда я позвала ее. Мы давно знакомы, да, Ксюш?

— Заткнись!

— Давно, пока она не вышла замуж за этого борова — надо же, ведь я их познакомила! Но мы и сейчас не прекращаем наших маленьких шалостей, правда?!

— Заткнись, Алиса, пожалуйста…

— Ну, расскажи Вике, что было потом?!

Девушка яростно замотала головой.

— Слушай, ты, больная! Я позову охрану!

— Да ни хрена они мне не сделают! Рассказывай! — заорала мучительница, отпустив ее локоть и схватив за волосы. — Быстро!

На глазах Оксаны появились слезы — подчиняясь боли, она тянулась за рукой Алисы и тихо всхлипывала. У меня закружилась голова — единственным моим желанием было бежать со всех ног к калитке.

— Пусти ее! — ко мне наконец вернулась способность говорить, несмотря на ком в горле. — Это все равно ничего не доказывает!

— Ах, не доказывает?! — взвилась Алиса. — Отлично. Идем!

Она отшвырнула от себя хнычущую Оксану и схватила меня за воротник, как паршивого котенка. Толкнув меня к калитке (я не рискнула сопротивляться), Алиса зашагала по направлению к своему дому, возвышавшемуся в конце улицы монолитной краснокирпичной громадиной.

Мои «суслики» проводили нас испуганными взглядами — я не сомневаюсь, что они слышали львиную долю из нашего разговора за забором, и теперь не знали, как это все усвоить. Мы подошли к массивным железным воротам и Алиса затарабанила по ним кулаком со всей силы. Вверху, на маленьком мониторчике появился перепуганный охранник.