Лори Уайлд - Любишь только дважды

– Зачем?

– Чтобы заставить меня замолчать. Он сказал, что за вами наблюдают, и если я произнесу хоть слово о том, что произошло на «Гилкресте», тебя и Марли убьют.

– Какой ужас! – Пенелопа прикрыла рот рукой.

– Я был в ловушке. Выхода не было. Меня не только повесили бы за измену, но и, если бы я осмелился произнести хоть слово в свою защиту, два человека, которых я любил больше всего на свете, могли пострадать. Я был приговорен.

Пенелопа притянула Дэниела к себе и положила его голову себе на плечо.

– Ш-ш-ш, ни слова больше. Это в прошлом. Все прошло.

– Нет. – Дэниел вновь отодвинулся. – Я должен рассказать тебе все, хотя бы один раз. Мне нужно, чтобы ты все знала.

– Хорошо, если ты так хочешь. – Пенелопа выпрямилась, собираясь с силами.

– Гас стал одновременно и моим спасением, и моим проклятием. Он пришел повидаться со мной накануне того дня, когда меня должны были перевести на корабль, который доставил бы меня обратно в Соединенные Штаты. Он предложил инсценировать мою смерть, он даже знал идеальное место, где я мог бы укрыться. В этом старом бункере.

– И что ты тут делал все эти пятнадцать лет?

– Скучал по тебе, – ответил он, и Пенелопа заметила, что глаза Дэниела подернулись пеленой слез.

Она нежно поцеловала его.

– А что это за книги по юриспруденции?

– Я занимался. Пытался придумать способ призвать Делани к ответу по суду, не давая ему понять, что я жив, и не ставя под удар тебя и Марли.

– Откуда ты получаешь продукты?

– Гас все организовал. Роналд, человек, раненный на «Гилкресте», присматривает за его домом на Мустанге и время от времени заглядывает ко мне.

– Роналд – это тот, кто потерял память?

Дэниел кивнул.

– А сам Гас никогда сюда не приходил?

– Нет. Но мы обмениваемся сообщениями через Роналда, и Гас оплачивает все мои расходы.

Пенелопа фыркнула. Она была невысокого мнения о Гасе Хантере.

– Но почему ты мне позвонил? Почему решил выйти из укрытия? И почему ты сделал это именно сейчас, а не восемь, десять или двенадцать лет назад?

Дэниел потянулся через Пенелопу к прикроватной тумбочке, открыл ящик и вытащил последнюю книгу с приключениями Анджелины-мстительницы.

– Вот поэтому, – сказал он, передавая книгу жене. – Из-за нашей дочери.

Прежде чем Пенелопа смогла что-то сказать, они явственно услышали звук: что-то или кто-то двигался по туннелю поблизости от их убежища.

Дэниел немедленно вскочил на ноги и бросился к одежде. Он передал Пенелопе ее вещи и стал натягивать брюки.

Руки у Пенелопы дрожали, но она все же смогла одеться. Звуки снаружи тем временем становились все громче.

Шаги. Это совершенно точно были шаги: кто-то приближался.

Дэниел прижал палец к губам, делая жене знак затаиться. Она тихо подошла к нему, полная решимости больше никогда не бросать мужа. Он подкрался к столику и забрал оттуда свой пистолет. Пенелопа шла за ним по пятам, держась за его широкой спиной.

Шаги приближались. Уже можно было расслышать чье-то учащенное дыхание. Незваный гость был совсем близко.

Дэниел взвел курок, рывком открыл дверь и сунул пистолет прямо в лицо запыхавшегося мужчины, который стоял по ту сторону двери, прижимая руку к груди.

– Дэниел, не стреляй, это я. У нас большие неприятности, – успел выпалить Гас Хантер, прежде чем тяжело упасть на пол.

Глава 20

– Ты хочешь сказать, что мой отец собирается взорвать ракеты твоего отца?

– Вот именно.

– Черт! – Джоэл провел рукой по волосам. – Но зачем ему это?

Трини покачала головой:

– Мы не знаем, но Космо считает, что надо создать команду, которая заблокирует первоначальный код детонации. Код находится на боеголовке, присоединенной ко всем ракетам, чтобы они могли взорваться одновременно. Проблема в том, что на это уйдет какое-то время.

– И, – добавил Космо, – мы понятия не имеем, сколько времени у нас осталось.

– Я позвоню Гасу, и мы получим информацию из первых рук.

– Желаю удачи, – сказала Трини. – Но мы уже справлялись в его офисе в Пентагоне и у него дома. Мы не нашли ни Гаса, ни кого-либо, кто бы знал, где его искать.

– А его помощник Эйбел Джонсон?

– Он не явился на работу, позвонил и сообщил, что болен, но когда мы приехали к нему домой, там его тоже не оказалось.

– Вы звонили наличный сотовый Гаса?

– У нас нет номера.

Джоэл вытащил из кармана сотовый и набрал номер Гаса. После трех звонков включилась голосовая почта. Автомат попросил оставить сообщение после сигнала или позвонить Эйбелу Джонсону, а затем сообщил номер его телефона.

Джоэл позвонил Эйбелу.

– Эйбел Джонсон слушает, – ответил Эйбел.

– Эйбел? Это Джоэл Хантер, сын Гаса.

– Да, сэр.

– Вы знаете, где мой отец?

Джонсон медлил с ответом. Джоэл почувствовал нерешительность в его молчании и, поняв, что здесь что-то не так, надавил на него:

– Скажите правду, он пропал?

– Не совсем, сэр.

– А точнее?

– Я не знаю, где он, но я с ним разговаривал.

– И?..

Эйбел вновь задумался.

– Он в большой беде, Джонсон.

– Я это знаю.

– Расскажите мне обо всем, чтобы я мог ему помочь. – Джоэлу хотелось впрыгнуть в телефонную трубку и выбить ответ из этою парня. Он взглянул на Трини и Космо, которые с жадностью ловили каждое его слово.

– Ваш отец позвонил мне два дня назад и попросил поехать к нему домой и взять сверхсекретные документы из его сейфа.

– Какие документы?

– Они запечатаны. Я не открывал их, но они имеют какое-то отношение к операции «Буря в пустыне».

– И что дальше?

– Он сказал, что если я не получу от него никаких известий в течение сорока восьми часов, то должен буду передать документы средствам массовой информации. Срок истекает через восемь часов. Я не был уверен, что он не передумает, поэтому позвонил на работу, сказал, что заболел и первым же рейсом вылетел в Корпус-Кристи.

– Вы сейчас здесь?

– Да.

– Почему вы прилетели именно сюда?

– Во время нашего разговора я услышал шум океана на заднем плане. Я знаю, что у вашего отца на Мустанге есть дом, так что я сделал несколько телефонных звонков и узнал, что в среду он купил билет до Корпус-Кристи.

– Мне нужно увидеть эти документы. – Джоэл хотел было попросить Эйбела приехать на склад, но затем отказался от этой идеи. Это место пока что было совершенно безопасным, и его не следовало раскрывать, да к тому же не хотелось ставить Трини с Космо в неудобное положение. – Где я могу с вами встретиться?

– Документы сверхсекретные.

– Я знаю, но мы сейчас говорим о моем отце, и на кон поставлены жизни многих людей, Джонсон. Вы хотите отвечать за них?