Шеннон Дрейк - В полночный час

Но она видела Роберто Капо, и он велел ей бежать! Вапоретто наконец причалил у отеля. Джордан направилась к входу, но посреди улицы вдруг остановилась. Столько людей! И, кажется, все отлично себя чувствуют. Неужели во всем городе ее одну заботил тот факт, что в канале выловили отрезанную голову?

Джордан попросила ключи, но, не дойдя до лестницы, заметила Рагнора. Он сидел в холле и читал газету. Перед ним стояла пустая чашечка из-под кофе. По-видимому, он здесь уже довольно давно.

Он увидел ее, сложил газету, нахмурился и встал. Когда она подошла к нему, он без предисловий спросил:

— Где вы, черт возьми, пропадаете?

Джордан приподняла бровь.

— Не ваше дело.

Ваш кузен вне себя от волнения. Джордан почувствовала укол совести.

— Они спали, когда я уходила.

— Я волновался.

— Сожалею. Но вас я тоже не видела. — Джордан почувствовала, что краснеет. Горячая волна накрыла ее лишь оттого, что он был рядом. Для нее он ни на йоту не утратил своей привлекательности, хотя никаких тайн в физическом смысле после вчерашней ночи между ними не осталось. По сути, та ночь близости еще сильнее привязала ее к нему.

Но она никого не нанимала себе в телохранители, и, как бы ей ни нравилось находиться рядом с ним, оставалось еще немало других тайн, которые требовали разгадки. Она не хотела, чтобы он знал о полицейском участке, где она побывала. Не хотела она делиться с ним и только что испытанным ужасом, чувствуя себя мотыльком, летящим на огонь. Огонь искушал без меры, но в отличие от мотылька она знала, что пламя грозит опалить ей крылья.

— Вы ужинали?

— Мне надо навестить Джареда и Синди.

— Они поужинали и пошли спать.

— Уже? И вы утверждаете, что они за меня волнуются?

— Я сказал Синди, что, если вы не появитесь в ближайшее время, я сам пойду вас искать. Но все же позвоните им в номер. Ей будет приятно узнать, что вы вернулись.

Джордан последовала его совету. Синди взяла трубку. Голос у нее казался усталым.

— Что-то не так?

— Не знаю. Может, грипп. Я спала все утро, а сейчас снова чувствую себя разбитой. Но ты, как ты могла! Мы смертельно за тебя боялись!

— Я гуляла. Вспомни, Венеция — безопасный город. А полицейские носят оружие.

— Венеция безопасный город, и все же… — Синди осеклась. — Я не знаю. Мне просто отчего-то страшно, когда я не знаю, где ты.

— Со мной все в порядке.

— Отлично. Идешь куда-нибудь ужинать с Рагнором?

— Не знаю. Наверно.

— Ну, хорошего вам вечера. И, пожалуйста, не срывайся с места завтра, не сообщив, куда идешь. Хорошо?

Джордан так и подмывало сказать, что ей уже больше двадцати одного года, что она жила самостоятельно в Чарлстоне, что она знает итальянский пусть и не слишком хорошо, но вполне достаточно, чтобы сориентироваться на местности, но искренне озабоченную Синди не хотелось обижать.

— Синди, мне не нравится твое состояние. Может, тебе следует показаться врачу?

— Я так и сделаю, если не начну чувствовать себя лучше. Впрочем, я не могу сказать, что больна, только странное изнеможение.

— И все же лучше проконсультироваться с врачом, — настаивала Джордан.

Синди пообещала внять совету и попросила не вешать трубку: Джаред собирался ей что-то сказать.

Синди вздохнула, вновь взяв трубку:

— Он говорит, чтобы ты была осторожнее с Рагнором. Не доверяй ему и не пускай его к себе в номер.

Джордан не стала говорить ей, что предупреждение несколько запоздало.

— Я собираюсь поужинать с ним, и все, — ответила Джордан. Она не солгала. Как она могла спорить с Джаредом, если и сама точно не знала, что чувствует в отношении своего нового знакомого?

— Поужинать, — повторила Синди и перешла на шепот: — Что до меня, то я думаю, что лучшей пары тебе в мире не найти!

— Спасибо. Ладно, ложись спать.

Повесив трубку, Джордан вернулась к Рагнору. Он снова принялся за чтение газеты.

— Все в порядке. Они легли спать.

— Итак, вы не против поужинать.

— Не против. Дайте мне минутку, я хочу подняться к себе в номер.

Он слегка нахмурился, не вполне одобряя ее намерение. Сложив газету, он встал, собираясь пойти вместе с ней.

— Я сейчас спущусь, — опередила его действия Джордан и поспешила к лестнице, словно боялась, что он ее остановит.

Джордан чуть не бегом влетела в номер. Быстро проверила, нет ли для нее сообщений. От полицейского из Нового Орлеана пришло еще одно письмо. Написанное просто, кратко и по сути.

«Пожалуйста, звоните мне в любое время».

Джордан хотела позвонить немедленно, но решила, что не стоит задерживаться. Завтра около полудня она позвонит. В Штатах, конечно, будет еще очень рано, но ведь он сам просил звонить в любое время.

К тому же в полдень по тем или иным причинам все, кого она знала, обычно спят.

Джордан быстро умылась, переодела жакет и открыла дверь. Рагнор ждал ее в коридоре.

— Я уже начал волноваться. Джордан раздраженно вздохнула.

— Почему все здесь постоянно за меня волнуются?

— Я уже говорил. Вы можете натворить бед. Он молчал по дороге в ресторан, расположенный всего в сотне шагов от отеля. В небольшом зале оказалось много людей, на улице тоже.

Джордан чувствовала себя в полной безопасности. Они заказали вина и обменялись шутками с официантом, который, кажется, хорошо знаком с Рагнором. Затем заказали поесть. Когда принесли вино вместе с антипасто, Рагнор вытащил газету из кармана синего замшевого пиджака. Он развернул ее, разгладил и показал на рисунок.

— Узнаете этого человека?

Джордан во все глаза смотрела на изображение. Заголовки ничего ей не говорили, она смогла разобрать лишь слово «смерть».

— Я никогда не видела этого человека. Почему вы спросили?

— Рисунок сделан специалистами в полиции. Так мог выглядеть мужчина, чью отрезанную голову нашли в канале. Джордан вгляделась в рисунок пристальнее.

— Нет, я никогда его не видела, — медленно покачала она головой. — Я уверена, что никогда.

— Они полагают, что он славянин.

— Я его не знаю. А вы?

Рагнор покачал головой. Джордан почему-то была абсолютно уверена в том, что он говорит правду.

— Нет, — ответил он.

— Как вы думаете, за что его убили?

— Я не знаю.

В его искренности сейчас она засомневалась. Но тут Рагнор наклонился к ней и взял за руку.

Не ходите в город одна.

— Одну минуту. Вы пытаетесь мне сказать…

— Я говорю, чтобы вы не ходили одна.

— Вы никогда ничего не объясняете.

— Я не могу объяснить.

— Почему? У вас что, обет молчания?

— Что-то в этом роде.

— Вы говорите загадками.

— Давайте побеседуем о чем-нибудь другом.

— Хорошо, давайте поговорим о вас.