Шеннон Маккена - Стоя в тени

— Алло? Кто это?

— А я с кем разговариваю? — спросил незнакомый мужской голос.

— Это Эрин Риггз. Вы один из братьев Коннора?

— Нет. Меня зовут Ник Уорд. Я коллега Коннора.

— Здравствуйте, Ник! Как поживаете? — дрогнувшим голосом сказала Эрин, живо представив себе оперативника высокого роста, с черными волосами и жестким взглядом. Разговаривать с таким типом ей совершенно не хотелось.

— А где вы сейчас находитесь, Эрин? — спросил без обиняков он. — И где Коннор?

— Мы оба у меня дома, только он вышел на минутку в магазин за углом купить продуктов. — Эрин густо покраснела.

— Так-так, любопытно. Значит, у вас, ребята, роман?

Да еще какой, подумала с улыбкой Эрин, вспомнив о полуторасуточном сексуальном марафоне, и скромно ответила:

— Да, нечто в этом роде.

Ник кашлянул и сказал:

— Вот что, Эрин. Это, конечно, не мое дело, но Коннор… В общем, ты знаешь, что ему пришлось перенести за минувший год… Ты, разумеется, славная девочка. Но, учитывая историю с твоим отцом, тебе лучше держаться от Коннора подальше. Я бы не хотел, чтобы у тебя возникли неприятности.

Выдержав паузу, Эрин ответила:

— Я уже не девочка, Ник!

В этот момент в замке двери повернулся ключ, и в комнату вошел Коннор. Увидев мобильник в руке Эрин, он оцепенел. Эрин подошла к нему и протянула аппарат:

— Это Ник.

Выронив пакет с продуктами на пол, Коннор сделал ей знак рукой отнести его на кухню. Эрин вышла и плотно закрыла за собой дверь.

Проводив ее взглядом, Коннор бросил в трубку:

— Алло!

— Что ты делаешь у Эрин Риггз? — раздраженно спросил Ник.

Коннор выдержал паузу и спокойно ответил:

— Поговорим об этом в другой раз, это не телефонный разговор. А пока скажу тебе вот что: это не твое собачье дело!

— Ты решил таким оригинальным образом отомстить Эду? Соблазнить его красотку дочь и показать своему бывшему коллеге фигу из-за тюремной решетки? Дескать, попробуй наказать меня! Руки коротки! Но ведь она еще ребенок!

— Ты заблуждаешься, дорогой. Ей почти двадцать семь. Ты зачем звонишь? У тебя есть ко мне какое-то серьезное дело? Вообще-то мне некогда попусту болтать с тобой, так что говори.

— Готов поспорить, что ты вбил себе в голову, что девчонка нуждается в твоей круглосуточной защите. Какая прекрасная возможность покувыркаться с ней в постели! И ты не преминул этим воспользоваться. Наверное, вообще не слазишь с бедняжки, похотливый козел. Но такая защита Эрин абсолютно не требуется, — не унимался коллега.

— Да пошел ты в задницу, Ник! — вскипел Коннор. — Все, я отключаюсь.

— Минуточку, не кипятись. Мне надо передать тебе информацию, полученную из Интерпола. Уверен, что она тебя заинтересует. Сведения получены полицией Марселя вчера вечером, от Мартина Оливьера. бежавшего из тюрьмы вместе с Новаком и Лукашем. Он признался, что его дружки находятся во Франции, но вот их точное местонахождение сообщить не успел: наутро его обнаружили в камере мертвым. Вскрытие показало, что причиной смерти стал какой-то неизвестный сильнодействующий яд. Так что Эрин Риггз нуждается в защите разве что от тебя, мой неуемный половой гигант.

Подавив приступ ярости, Коннор лихорадочно осмысливал услышанное, сопоставляя факты и анализируя различные варианты.

— Это бред! Ложная информация, западня! — наконец выдохнул он в трубку. — Эти негодяи вовсе не во Франции. У Новака в Америке бизнес, он здесь, я чувствую это нутром.

— Я так и знал! Тебя интересует исключительно то, что вписывается в твою фантастическую версию. Ты маньяк, Коннор, и законченный…

Коннор не стал его больше слушать и отключил аппарат. В комнату с чайником в руке вошла Эрин.

— Давай я приготовлю завтрак, — предложил Коннор. — Можно сделать роскошный омлет, я купил упаковку яиц. Я хорошо готовлю.

Он взял ее за руки и прижался лицом к ее влажным волосам. Эрин затаила дыхание. Он сказал:

— Наш роман кажется Нику странным. Из-за всех напастей, свалившихся в прошлом году на нас. Ты меня понимаешь?

— Да, — чуть слышно ответила Эрин.

— Но ведь нам-то с тобой так не кажется, верно? — продолжал Коннор. — Нам с тобой хорошо.

Эрин ничего ему не ответила. Он погладил ее по щеке и поцеловал. Кожа Эрин была бархатистой и теплой. Коннор поцеловал свою возлюбленную в шею и подумал, что никому не позволит отобрать у него эту женщину.

— Ты моя, Эрин? — спросил он, поглаживая ее по шелковистым локонам.

— Да, милый, — прошептала она.

— Наша любовь поразительна, она дорогого стоит, — сказал он.

Затрепетав, Эрин расслабилась и прильнула к нему, уверенная, что всегда может рассчитывать на своего героя. Растроганный до глубины души, Коннор с трудом сдержал навернувшиеся на глаза слезы.

Из короткого забытья их вывел свисток закипевшего чайника. Эрин поспешно сняла его с плиты, а Коннор занялся приготовлением завтрака.

Он был опытным поваром, и вскоре омлет был готов. Приправленный перцем, луком, ветчиной и брынзой, он буквально таял во рту. Заедали они его хрустящими гренками со сливочным маслом. Вкусный завтрак несколько успокоил их обоих и поднял им настроение, подпорченное звонком Ника. Однако неприятный осадок в душе все равно остался.

Внезапно щелкнул дверной замок: кто-то отпер его снаружи ключом. Коннор вскочил и, выхватив пистолет, навел его на дверь.

— Кто там? — спросила Эрин.

Дверь распахнулась, и в прихожую вошла Тония с кошачьей клеткой в руке. Увидев направленный на нее пистолет, она вытаращила с перепугу глаза и выронила клетку. Кошка истошно заорала.

— В чем дело, Эрин? — пропищала Тония, побледнев от страха.

— Все нормально, успокойся, Тония! Коннор, убери свою пушку! — Эрин подбежала к клетке и подняла ее с пола.

Коннор засунул пистолет за поясной ремень.

— Все в порядке, проходите в комнату! Не бойтесь.

Так и не оправившись полностью от испуга, Тония вяло сказала, с подозрением косясь на Коннора:

— Я думала, что ты вернешься только ближе к вечеру. И решила принести Эдну сюда заблаговременно, покормить ее и дать ей время успокоиться. Извини, если я не вовремя, но мне предстоит отработать подряд две смены, вот я и…

— Все хорошо, Тония. Откуда тебе было знать, что я вернусь утром? Коннор не хотел тебя напугать, он просто подстраховался.

— Так это и есть тот самый знаменитый Коннор Маклауд? — спросила Тония и внимательно оглядела его с головы до ног.

Он смерил ее холодным бесстрастным взглядом и ответил:

— Да, собственной персоной.

Тония внимательно осмотрела комнату, отметила все детали, свидетельствующие о происходившей в ней вакханалии, — измятую постель, упавшее на пол одеяло, презервативы, рассыпавшиеся по столу, — и с упреком воскликнула: