Хелен Рой - Транзит на счастье (СИ)

— Хорошо. Я буду готова через полчаса, — равнодушным, ровным тоном ответила Сашка.

Цыган неслышно закрыл дверь.

Едва только, Сашка вышла из дома во двор, как куривший у дверей Зарубин схватил её за локоть и потащил к машине. Во дворе стоял только его джип, ни охраны, ни Цыгана не было.

— Мы с тобой поговорим, — предотвращая её вопрос, сказал он. — Только не здесь. Садись в машину.

По дороге в офис Тимур постоянно разговаривал по телефону. Вёл машину он сам, вся охрана в очередной раз, по-видимому, куда-то разъехалась.

Доехав до места, они вошли в здание и прошли по коридору, зашли в кабинет.

Тимур смотрел на свой стол, постукивая костяшками пальцев по подоконнику. Его лицо выглядело злым и сосредоточенным.

— Всё очень серьёзно, — начал он, но тут же замолчал, словно ожидая чего то.

С улицы раздались хлопки. Звук очень напоминал выстрел.

— Тимур что происходит? Что это?

— Не знаю… — равнодушно ответил он, не смотря в окно.

— Я позвоню охране на входе, — взволновано произнесла Александра, направляясь к окну.

— Не стоит.

— Почему? — с усиливающимся раздражением спросила Сашка, остановившись. "Что он скрывает? Чего ждёт?"

Зарубин полез в карман за сигаретами и спокойно закурил.

— Подожди немного. Сейчас сама всё увидишь.

Вдруг в кабинет ворвались автоматчики в масках, они взяли под прицел всё помещение. В дверь вслед за ОМОН вошёл Рудаков и громко сказал:

— Гражданин Зарубин вы арестованы.

Омоновцы в масках начали шмонать кабинет, выдвигая ящики, выкидывая из них всё содержимое. Двое подошли к Тимуру и с видимым удовольствием уложили его лицом в пол.

— Что происходит? — взяв себя в руки, холодно спросила Сашка. — Я — адвокат гражданина Зарубина. На каких основаниях вы врываетесь в частную собственность и задерживаете моего клиента?

Рудаков устало, взглянул на неё, как будто только что увидел.

— На законных Александра Петровна, — он достал из папки отпечатанный лист бумаги. — Это постановление об аресте и разрешение на обыск.

— Он никуда не поедет! — ровным тоном произнесла Александра. — Неприкосновенность депутатов…

Рудаков вновь устало вздохнул и равнодушно перебил:

— Неповиновение представителям власти может привести к нехорошим последствиям. Как адвокат, вы должны это знать. Так что советую гражданину Зарубину не оказывать сопротивления. И в данном случае неприкосновенность отменяется.

— Что за спектакль? Меня тоже арестуете? — с презрением бросила Сашка.

— Нет Александра Петровна, — поджав губы, процедил Рудаков. — Пока вы нас не интересуете. Но если появятся вопросы я вас обязательно вызову, в следственный отдел. Всё. Поехали!

Омоновцы подняли Тимура, и повели к выходу.

— Валерий Михайлович, — окрикнула Сашка, Рудакова. — Это Шевченко?

— Александра мне самому всё это не нравится. Мне велено пока возбудить дело по многочисленным налоговым недоимкам, но думаю это не всё. В этот раз Зарубин действительно попался. Он лишиться свободы на приличный срок.

— Это какая-то ерунда! У нас бухгалтерия вся в порядке.

— Не ужели до тебя ещё не дошло? Перед Зарубиным стоит выбор: уступить "Иркуцкмаш" и ликёрку за бесценок или получить обвинительный приговор с реальным сроком.

Рудаков вышел из кабинета, а Александра нажала кнопку селектора:

— Даша, — обратилась она к секретарше Зарубина. — Принесете мне документы, которые Цыган оставил сегодня утром.

Александра шла по коридору следственного комитета. Бывшие сослуживцы отворачивались в сторону, делая вид, как будто её не знают.

— Ба, какие люди опять к нам пожаловали! — навстречу Сашке, засунув руки в карманы, шёл Иван. — Приехала отмазывать Зарубина? Не в этот раз Александра Петровна.

— Но почему же. Мой клиент ни в чём не виноват. Вот к стати документы несу. Так что думаю, завтра с утра вы Зарубина отпустите.

Попов скрипнул зубами и отвернувшись прошипел:

— Дура ты Санька.

— В чём дело? — к ним подошёл Рудаков. — Александра Петровна вы ко мне? Только вам придётся подождать…

— Знаю, Валерий Михайлович, но я вам принесла справки из налоговой, — она холодно улыбнулась. — Так что придётся вам Зарубина отпустить.

— Ну, хорошо, — резко ответил Рудаков. — Пойдёмте, я посмотрю.

В кабинете он сел на своё место и стал просматривать документы из налоговой.

— Да, Александра, меняются времена, — усмехнулся не весело Рудаков. — Зачем ты лазишь в это дело? Кропочёв всё равно заберёт у Зарубина всё.

— Не заберёт! У Тимура практически ничего нет. Все предприятия мои.

— Ты думаешь остановить Шевченко и Кропочёва?

— На данном этапе я хочу всего лишь освободить Тимура.

— Сашка… что же ты делаешь? С кем ты? С бандитами?

— Это вы Валерий Михайлович, лучше скажите, с кем вы? Я точно знаю, что Шевченко сдал Олега. Да и вам приказали отдать папку с досье Зарубину, и отстранить меня от этого дела. Всё это было ловушкой для Тимура. Я ведь права?

Рудаков согласно кивнул головой.

— Я не хотел, что бы так получилось. Но поверь мне так надо. А про то, что Шевченко сдал Олега это не правда. Пускай Шевченко и помогает Кропочёв, но он уж точно не будет сдавать бандитам своих людей.

— Хотите — верти, хотите — нет.

— Отпустить Зарубина прямо сейчас не могу. Надо всё проверить. Но вот пропуску на встречу с ним тебе выпишу.

— Спасибо Валерий Михайлович! Только с освобождением не тяните, а то ведь я жалобы начну писать.

Сашка встала и, не прощаясь, вышла из кабинета.

Сев в машину она нашла в сумочке визитку Кропочёва, набрала на мобильнике его номер.

— Да, — после нескольких гудков ответил Евгений.

— Здравствуй Женя!

— Вау! Неужели ты сама мне позвонила?

— Я тебе сейчас кое-что расскажу, только ты меня не перебивай и дослушай до конца.

— Я предельно внимателен, — с издёвкой сказал Кропочёв.

— Мы с Тимуром объединили доли "Скворецалко" в виде капитала новой фирмы. По уставу этой фирмы оборот долей ограничен. Отказ участников от доли невозможен, уступка другим лицам — исключительно с согласия обоих совладельцев. Акции "Иркутскмаш" я выкупила у Зарубина. Так что получить бизнес Тимура — не получится. Способов давления на меня, у тебя нет, — Сашка замолчала на несколько секунд, нервно облизала пересохшие губы, вцепилась пальцами в мобильник. — Завтра напишу в прокуратуру заявление с требованием о возбуждении уголовного дела против тебя. Я во всех подробностях опишу, как вы с Шевченко пытались захватить мой и Зарубина бизнес. И доказательства у меня есть.