Патриция Макдональд - За все надо платить

— Сию же минуту отправляйся наверх и принеси эти пятьдесят долларов, — приказала Кили. — Мы вместе поедем к Джейку Эмблеру и вернем твой велосипед.

— Это мои деньги! — запротестовал Дилан.

Голубые глаза Кили сверкнули гневом. Она уже хотела бросить что-то резкое, но заметила, как дерзкий вызов во взгляде сына сменяется нерешительностью.

— Если ты хоть чуточку дорожишь моим мнением, ты сейчас же поднимешься наверх и принесешь деньги, — сказала она. — И советую тебе помалкивать. Я не хочу, чтобы Марк об этом узнал.

Дилан скривил губы и с громким стуком швырнул рюкзак на стол.

— Деньги здесь. — Он порылся в одном из накладных карманов рюкзака и вытащил оттуда горсть смятых купюр. — Вот.

— Мне они не нужны. — Кили сдернула ключи от машины с крючка у двери. — Ты же сам заключил эту сделку. Вот теперь ты и объясни матери Джейка, почему вынужден забрать велосипед назад. Погоди, я только предупрежу Марка, что мы уезжаем. — Пройдя в гостиную, Кили окликнула мужа: — Милый, мне надо на время отлучиться.

Она вернулась в кухню, где ее ждал Дилан. Он уже успел напялить свою любимую одежку — черную кожаную летчицкую куртку, когда-то принадлежавшую Ричарду. Подкладка посеклась и продырявилась на карманах, хотя Кили без конца ее штопала, но Дилан ни за что не соглашался расстаться с этой курткой.

— Сегодня теплый вечер, — заметила Кили.

— Все равно надену, — сквозь зубы проворчал Дилан.

Кили вздохнула и покачала головой.

— Надеюсь, Марк не успел заметить, что велосипед пропал.

Тут в кухню вошел Марк, держа на руках Эбби.

— Что происходит? — спросил он.

Кили бросила на него взгляд и отвернулась. Ей страшно было даже подумать, как больно ему будет, если он узнает правду. Она крепко сжала губы и позвенела ключами.

— Дилан кое-что забыл в доме своего друга. Я хотела бы его отвезти.

— Ладно, — кивнул он.

— Ты можешь посидеть с Эбби? У тебя, наверное, есть работа…

— Ничего срочного. Ты же говорила, что хочешь съездить в торговый центр. Почему бы не заняться покупками, раз уж ты все равно куда-то едешь? Да и вообще, тебе полезно проветриться. О нас не беспокойся.

Кили действительно нужно было съездить за покупками. Приближалась годовщина их свадьбы, а у нее еще не было для него подарка — трудно делать покупки, таща на буксире Эбби.

— Пожалуй, съезжу, если ты не против.

— Против? — изумленно переспросил он и потерся носом о щечку Эбби. — Остаться здесь с моей девочкой — разве я могу быть против? Говорю тебе, можешь не торопиться. Мы с ней отлично проведем время вдвоем.

Кили благодарно улыбнулась ему и пошла к машине. Она села за руль, а Дилан забрался на пассажирское сиденье, изо всех сил хлопнув дверцей.

— Пристегнись, — велела ему Кили.

Неожиданно для нее он послушался.

Выглянув из окна, Кили увидела Марка. Все еще держа на руках Эбби, он вышел из дома и остановился на крыльце. Марк что-то прошептал на ушко Эбби, поднял ее маленькую ручку и помахал ею. Сообразив, что от нее требуется, Эбби весело замахала, а другой рукой уцепилась за волосы отца. Ему пришлось запрокинуть голову, и у обоих на лицах появились совершенно одинаковые блаженные улыбки.

Кили помахала в ответ, хотя ее собственная улыбка была скорее грустной. «Насколько же легче иметь дело с младенцем, — подумала она. — Малыш может выжать из тебя все силы, но он еще не знает, как причинить тебе боль».

2

Несколько минут они ехали в молчании. Наконец Кили спросила:

— Этот Джейк твой друг?

— Нет, — буркнул Дилан.

— Почему же ты обратился именно к нему?

Дилан нахмурился.

— Ему нужен был велик. Мне нужны были деньги. Не понимаю, что тут такого плохого. Я думал, это мой велик. Почему я не могу делать с ним что хочу?

Кили был противен этот ворчливый, недовольный тон, ставший для него привычным в последнее время. Она с тоской вспоминала те уже далекие дни, когда сын смотрел на нее снизу вверх — в прямом и в переносном смысле.

— Потому что ты сделал это назло. И не притворяйся, будто ты этого не понимаешь.

Дилан не стал спорить.

— А почему я должен нести деньги к нему домой, как первоклашка?

— Потому что все мы должны отвечать за свои поступки, дружок. Если ты будешь вести себя как шестилетний, я и обращаться с тобой буду как с шестилетним. Может, в следующий раз ты хорошенько подумаешь, прежде чем сделать очередную глупость.

Дилан демонстративно уставился в окно.

— Знаешь, что меня по-настоящему тревожит, Дилан? Ты так жаждешь причинить боль Марку, что готов пожертвовать даже тем, что тебе очень нравится, лишь бы ему насолить. Я же видела твое лицо, когда он подарил тебе велосипед. Ты просиял. Это было именно то, о чем ты мечтал.

— Это был подкуп, — пробормотал он.

Кили крепко сжала губы, твердо решив не поддаваться на провокацию.

— Марк вовсе не стремился подкупать тебя, Дилан. Ему не требуется твое одобрение. Он купил этот велосипед, потому что хотел сделать тебе приятное. Потому что он тебя любит.

— Говори за себя! Это тебя он любит! Тебя и свою дочку!

У Дилана вдруг задрожали губы, совсем как в детстве, и Кили стало его очень жалко.

— Нет, и тебя тоже. Родной мой, я знаю, как трудно приспосабливаться к переменам, особенно в твоем возрасте. Но есть такие вещи, с которыми просто приходится мириться. Наша семья изменилась. Теперь у тебя есть сестра и есть отчим. Они оба могут подарить тебе много радости и счастья, если только ты дашь им такую возможность. Все зависит от тебя.

— Тебе легко говорить, ты-то быстро приспособилась! — презрительно бросил Дилан. — Недели не прошло, как папа умер, а ты уже бегала на свидания к Марку.

Кили тяжело вздохнула. Уже не в первый раз ей приходилось выслушивать от него это оскорбительное обвинение.

— Я не бегала к нему на свидания, и ты это прекрасно знаешь. Он предложил мне свою помощь, вот и все. В то время мне очень нужна была помощь, Дилан. Я вовсе не искала замены твоему отцу. Это ты тоже знаешь.

— Мне надоело об этом говорить. Все, мы приехали. Вон тот дом.

Кили удивленно взглянула на сына.

— Откуда ты знаешь, что это его дом? Ты же говорил, что вы с ним не дружите.

— Я знаю, где он живет, ну и что? Это еще не значит, что мы друзья.

Кили подвела машину к крыльцу невысокого дома в стиле ранчо. Над дверью примыкающего к дому гаража было прикреплено кольцо баскетбольной корзины. Остановив машину, Кили повернулась и посмотрела на сына.

— Послушай, я надеюсь, что ты будешь вести себя как порядочный человек. Ты поступил некрасиво. Теперь ты должен это исправить. Тебе все ясно?