Ольга Дашкевич - Луна над заливом

— С легким паром, — сказала она непринужденно, — садитесь, кофе вот-вот будет готов. Ему нужно только слегка настояться.

Георгий потоптался возле кресла, с сомнением оглядел халат и сказал:

— Знаете, я, пожалуй, постою…

Татьяна не выдержала и рассмеялась. Было понятно, что, стоит ему опуститься в кресло, халат распахнется, являя миру все прелести.

— Следующая дверь после ванной, — сказала Татьяна, отсмеявшись. — Там стоят стиральная и сушильная машины. Будьте моим гостем.

Георгий радостно улыбнулся…

— Я не решился спросить, — пояснил он. — Но вы понимаете все без слов, леди… Я же говорю, что вы в моем вкусе. В таких вещах я редко ошибаюсь.

Он удалился по коридору, а Татьяна достала кофейные чашки и расставила на столе сухарницу с печеньем, масленку, сахарницу, молочник, положила салфетки. Ей хотелось накрыть стол красиво — как всякая женщина, она неосознанно стремилась похвастаться своими способностями хозяйки.

Гость управился со стиркой довольно быстро. Кофе еще не успел остыть, но хорошо настоялся, когда он появился в дверях. На нем были тщательно почищенные брюки — они даже, кажется, больше не выглядели мятыми, и свежевыстиранная рубашка.

Георгий втянул носом запах кофе и зажмурился от наслаждения.

— О-о, да вы еще и мастерица варить кофе! Это редкость на самом деле!

Отпив примерно половину крохотной чашки, он небрежно заметил:

— Мне кажется, я слышал телефонный звонок…

И выжидательно уставился на Татьяну.

Ей почему-то даже в голову не пришло сказать, что это не его дело. Она пожала плечами, поставила свою чашку на блюдце и сказала:

— Ну, да, был звонок… но там молчали — наверное, кто-то ошибся номером.

— Молчали? — его лицо потемнело, синие глаза впились в глаза Татьяны.

Та почувствовала холодок, пробежавший по коже.

— Ну, да… — ответила она нерешительно. — Вы что, считаете, что они уже…

Он покачал головой, одним глотком допил свой кофе и встал.

— Так, — он смотрел на Татьяну сверху, она невольно напряглась и тоже встала. — Боюсь, что нам нужно немедленно убираться отсюда. Я теперь не могу вас оставить, леди. Вам, к сожалению, угрожает опасность. Собирайтесь.

— Да мне нечего собираться, — растерянно сказала Татьяна. — Но вы уверены, что…

— Абсолютно уверен, — перебил он. — Но даже если бы я был не уверен, я не имею права рисковать вашей жизнью. Скажите, вы можете быстро поменять машину?

Татьяна молча взяла трубку и набрала номер.

— Алик? — сказала она после того, как трубку подняли. — Это я. Мне срочно нужна машина. Любая, Алик, любая, лишь бы ездила… Да, свою я подгоню к тебе. Можешь ее продать, если хочешь. Спасибо. Сейчас приеду.

Она положила трубку и подняла глаза на Георгия.

— Ну, вот, мы можем ехать. Я только переоденусь…

— Не стоит, — жестко ответил он. — Возьмите с собой сменные вещи и обувь, переоденетесь, когда мы уберемся отсюда.

Татьяна молча убежала в спальню, схватила пляжную сумку и засунула в нее джинсы, майку, свитер, носки и кроссовки. Секунду подумав, положила туда же еще один свитер — большой, длинный, который носила зимой вместо теплого халата, — для Георгия. Перебросив сумку через плечо, сняла часы, чтобы не было проблем с расстегивающимся браслетом, и нашла на столике другие — на добротном кожаном ремешке.

Она все проделывала механически, четко, как солдат, не рассуждая. Если бы кто-нибудь спросил ее, не сошла ли она с ума, она, наверное, не смогла бы дать адекватный ответ. Ее размеренная жизнь, проблемы с юным любовником, работа, уютная квартира как-то отодвинулись на второй план, и теперь в ее активе были погони, перестрелки, бегства — все, что внезапно принес с собой странный человек с ярко-синими глазами на загорелом лице.

Они сели в машину, и Татьяна, видя, как тревожно ее спутник поглядывает через плечо, начала осознавать, что все это очень и очень серьезно. Впрочем, руки у нее не дрожали и в панику она пока не ударилась. Возможно, Георгий был преступником, на которого охотились такие же преступники — что-нибудь они там не поделили, например. Но сейчас она поневоле находилась с ним в одном лагере, и все, что нужно было делать — спасать свою шкуру.

— А если мы сейчас свернем к полицейскому участку? — спросила она, покосившись на своего спутника.

— Бесполезно, — ответил он. — Полиция нам не поможет. Пока они будут разбираться, нас двадцать раз убьют — не можем же мы поселиться в участке, правда? К тому же, не забывайте, леди, у меня нет никаких документов.

— Да, но у меня-то они есть, — возразила Татьяна. — Я тут вообще ни с какого боку…

— В принципе, вы правы, — ответил он. — И я прекрасно осознаю свою вину. Я уже говорил вам, что, если бы мог предполагать, что они так быстро встанут на мой след, ни за что не впутал бы вас в эту историю. Но теперь вам, к сожалению, не поможет ни наличие документов, ни что-нибудь еще. Скоро этот ваш дилершип?

— Почти приехали, — Татьяна никак не могла прийти в себя. — Но послушайте!.. Мы находимся в цивилизованной стране… в конце концов, это не Россия с ее криминальными разборками…

— Да, — вздохнул Георгий. — Это не Россия. Но у наших врагов здесь тоже немало возможностей пристрелить нас, как собак. Правда, они это сделают не сразу. Сначала им нужно кое-что узнать.

— Что узнать? — прошептала Татьяна и повторила громче, сворачивая на площадку дилершипа: — Что — узнать?

— Здесь замешаны большие деньги, леди, — отрывисто сказал Георгий. — Невероятно большие деньги.

— Сокровища инков? — язвительно спросила Татьяна и, не дожидаясь ответа, выпрыгнула из машины и пошла к вышедшему навстречу Алику — невысокому лысоватому человечку в белой майке с надписью на груди, заверяющей всех окружающих, что ее обладатель любит Нью-Йорк.

— Привет, Танюша, — жизнерадостно сказал Алик, еще издали маша ей худой обезьяньей лапкой. — Что за спешка у тебя?.. Впрочем, я не спрашиваю. Мне все равно, — он быстро скользнул взглядом по вышедшему из машины Георгию и тут же отвел глаза. — Вон стоит Форд, старье, конечно, но бегает нормально. Я так понимаю, что тебе ненадолго, значит, и такой сойдет. Лады?

— Лады, — Татьяна отдала ему ключи от своей машины, взяла ключ от темно-синего, сильно подержанного Форда и махнула Георгию. Тот достал с заднего сиденья Татьянину сумку и в несколько широких шагов оказался рядом с ней. Алик слегка приподнял бровь, взглянув на его босые ноги, но от комментариев воздержался, кивнул Татьяниному спутнику, Татьяне послал неловкий воздушный поцелуй и без дальнейших разговоров скрылся в дверях дилершипа.