Александра Авророва - Умом мужчину не понять

— Обвинят в убийстве? Почему?

— Убили Витьку Козырева. Застрелили.

— Кто?

— Если б я знал!

— А откуда ты вообще знаешь?

— Я сейчас от него. Его тело лежит в гостиной у стола с огромной дырой в груди. Рядом ружье.

— Он точно мертв? — по профессиональной привычке уточнила Света. — Ты пульс проверил?

— Мертвее некуда.

— В милицию звонил?

— Нет.

— Они будут страшно ругаться, что ты оттуда уехал. Но, в конце концов, ты имел полное право перепугаться! Надо срочно им звонить, Мишка.

— Ты чего, глухая? — заорал он. — Тогда меня посадят, понимаешь? Они решат, что убил я, понимаешь? Надо что-то делать!

В голове после сегодняшних событий до сих пор было смутно, и сосредоточиться никак не удавалось.

— Почему ты? Вы с ним приятели.

— Не приятели, а компаньоны. У нас были разногласия, а сегодня мы при всех разругались вдрызг. Это вспомнит каждый.

— Ну и что? Мало ли кто с кем по работе ругается, это еще не повод…

— А ружье? — мрачно осведомился Мишка.

— Да, откуда у Витьки ружье? Он ведь не охотник.

— Мое, разумеется. Вот…

И Мишка вытащил из сумки ружье, шмякнув его прямо на кухонный стол.

— Ты… ты что, унес его оттуда?

— А что мне оставалось? Не оставлять же там, чтобы его нашли и обвинили меня.

— О господи! Но… но как оно туда попало?

— Витька попросил дней десять назад. Он вкручивал мозги очередной дамочке и считал, что рассказ об охотничьих подвигах живо уложит ее в постель. А потом все забывал вернуть. Вот и доигрался! Таким, как он, близко нельзя подходить к оружию.

— Ты думаешь, он сам выстрелил? Случайно? — воспрянула Света, но Мишка живо избавил ее от иллюзий.

— Исключено. Я видел тело.

Она потерла руками виски, чтобы хоть немного успокоить биение крови.

— Мишка, зачем ты унес это чертово ружье? Ты ведь только себе навредил. Теперь поди объясни милиции, что ты не при чем… В конце концов, дать приятелю на время ружье — еще не преступление.

— Вообще-то преступление, но дело не в этом. Ружье указывает на меня, понимаешь? У нас охотник один я. А о том, что я дал ружье Витьке, никто не знает. Это ведь незаконно, и я просил не трепаться. Видишь, как все складывается…

— Мишка, опомнись! Что складывается? Вы с Витькой поругались по поводу работы, ты поехал к нему с ружьем, которое по непонятным причинам таскал с собой, и пристрелил, хотя понимал, что тебя первого заподозрят? Чушь! Не такие в милиции дураки. Конечно, теперь ситуация усугубилась тем, что ты не вызвал их сразу и унес ружье, но я надеюсь, ты сумеешь им объяснить.

— А на столе стояла бутылка шотландского виски и два стакана, — прервал жену Мишка. — Все знают, что Витька не любитель виски и пьет его только за компанию со мной. Я убрал бутылку в бар, а стаканы вымыл.

У Светы аж дыхание перехватило. Да что ж это такое! Ссора, ружье, виски…

— Но ты ведь застал его уже мертвым… — стараясь, чтобы в голосе не прозвучали вопросительные интонации, пролепетала она.

Похоже, интонации эти все-таки прозвучали.

— Вот видишь! — горько произнес Мишка. — А ты надеешься, что мне поверит милиция. Собственная жена, и то…

— Я верю, — поспешно сообщила Света. — Получается, кто-то специально хотел тебя подставить?

— Похоже.

— Кто? Кто мог убить Витьку?

— Любовница, конечно. Одна любовница застала у него другую и…

— Тогда где труп другой? Уж соперницу она вряд ли пожалела бы.

— Не знаю. В том-то и дело, что все указывает на меня! Ты еще главного не знаешь. У Витьки есть бумаги, которые… ну, он ведь юрист, а я нет. Я, что ли, разбираюсь в этом крючкотворстве? Короче, Витька держал меня в руках. Я не нашел у него эти бумаги, я боялся оставаться там слишком долго, но если их найдет милиция, я влип по черному.

— А зачем тебя вообще понесло к этому Витьке? — вырвалось у Светы. — Если вы как раз поругались. Да и вообще…

Она неожиданно вспомнила, что муж ее сегодня бросил и должен был ворковать с Ланой, а не разъезжать по приятелям. На фоне убийства разрыв стал казаться чем-то нереальным.

— Я получил от него сообщение на трубку. Мол, срочно подъезжай, решим все миром. Я и рванул.

— Сообщение? — повторила Света. — Не звонок?

— Именно сообщение.

— А тебя это не удивило?

— Не очень. Решил, он выпроваживает свою дамочку и не хочет при ней говорить.

— А ты знаешь, кто именно эта дамочка?

Мишка пожал плечами.

— Их у него, как собак нерезаных. Каждую помнить… не вникаю давно.

В нашей стране детективы читают в основном женщины, и Света не была не исключением. На чем всегда ловят преступников? Ну, конечно!

— Мишка, ты там оставил свои отпечатки пальцев или вытер?

— Стаканы и бутылку я брал носовым платком, ружье вытер, а остальное… В конце концов, я регулярно бывал у Витьки, там полно моих отпечатков. О, черт!

— Что? — вздрогнула она.

— Платка не найду. Надеюсь, я посеял его не там.

— А если там? Господи, Мишка, что ты наделал! Надо было сразу вызвать милицию, было бы куда лучше!

Света понимала, что непорядочно упрекать человека, которому и без того безмерно плохо, но она ведь не упрекала вовсе. Это был возглас отчаяния, однако Мишка понял его иначе.

— Это ты во всем виновата, — жестко произнес он. — Если бы не ты, ничего бы не случилось. А теперь ты еще и издеваешься надо мной?

— В чем я виновата? — не поняла она.

— Если бы ты не закатила скандала и не вышвырнула меня, я бы не поругался сегодня с Витькой, да и вообще не наделал бы глупостей. Именно из-за тебя я сегодня не в себе. Ежу ясно, мне нельзя было уносить ружье. Милиция все равно поймет, из какого оружия был сделан выстрел, и выйдет на меня, только уже заранее уверенная в моей вине — мол, не был бы виноват, не утащил бы ружье. Я бы сразу понял это, но ты выбила меня из колеи, и теперь я влип. Я влип, а ты, как всегда, не при чем. Хорошо устроилась!

В этот миг Света с удивлением поняла, что пятнадцать лет назад выходила замуж за совершенно другого человека. Тот человек в трудную минуту всегда брал на себя ответственность, снимая ее со слабой женщины. Света иногда даже возмущалась, однако не могла не восхищаться. Ребенок тоже иной раз возмущается произволом родителей, но в глубине души признает их превосходство и право решать. Когда же Мишка успел перемениться? Боже мой, да ведь она, похоже, действительно была слепа, а теперь прозрела!

Прозрение придало сил. Света привыкла считать, что со всеми проблемами Мишка справится сам, а это давно не так. Значит, она должна помочь ему. Он… любит его Света или нет, бросил он ее или не до конца, но он свой, родной, и она сделает для него все, что возможно.