Мери Кайе - Тайна "Фламинго"

— Не знаю. Много незначительных пустяков. Но все вместе они составили целостную картину. Впервые мне пришла в голову такая мысль, когда исчез Камау. Даже Грег решил, что Камау убежал в резервацию. Но Эм стала говорить о нем в прошедшем времени. Словно он был мертв.

— И только?

— Нет. Она не могла, хотя бы в завуалированной форме, не говорить о том, что сделала. Помнишь, как она обвиняла себя сначала в смерти Элис, а потом Джилли? Она обставила все это таким образом, что мы не восприняли ее слова всерьез. Но это интересный психологический ход. А потом она высказала не просто интересную, настораживающую мысль, и я снова задумался. Она процитировала из «Макбета», помнишь?

— Да. Что-то насчет того, что, если бы она умерла, она была бы счастлива. Я не знала, что это из "Макбета".

— «Умри я час назад, я жизнь бы прожил счастливцем, ибо для меня теперь все стало прахом в этом бренном мире». Это говорит Макбет после убийства Дункана, убийство раскрыто. Меня заинтересовала работа ее мысли. Я тогда испугался за тебя. Тогда я и подумал: а не Эм ли убийца? Я поехал к Грегу, поэтому меня не было дома, когда ты звонила. Я находился в полиции до шести. А когда я позвонил домой, что вернусь поздно, мне сказал слуга, что новая Мемсахиб из Фламинго хотела со мной поговорить. Я понял, что это ты и что ты сильно напугана, иначе бы не позвонила.

Виктория кивнула и посмотрела в окно. Дру снова задал ей вопрос, который однажды уже задавал ей в этой комнате:

— О чем ты думаешь?

— Об Идене, — ответила Виктория и на этот раз, как раньше. — Дру, ты ведь не против Идена?

— А надо?

— Не надо, нет. Больше не надо. Я не люблю его.

Она не повернула головы, но потянулась за его рукой и прижала ее к своей щеке. Он почувствовал, что щека мокрая от слез: она плакала об Идене, об Элис… и об Эм.

Возле дома заработал мотор машины, и она уехала, нетерпеливо загудев. Полицейские отбыли, и в доме снова стало тихо. Но теперь эта тишина не пугала. Наконец-то тревога и ожидание беды покинули дом. Он перестал быть могильным призраком, требующим жертвоприношений, ведь его верховная жрица была мертва. Дом снова стал приятным старым особняком с окнами, выходящими в зеленый сад, из которых можно любоваться необъятной красотой озера Найваша и славной долины Рифт.