Больше никогда (СИ) - Мелевич Яна

— Ничего не поделать. Такой уж родилась, — пробормотала рассеянно и застыла, пока за игрой голубых огоньков в его радужках.

Когда Андрей поддался к ней, она не сказала ни единого слова против. Даже с места не сдвинулась и позволила ему забрать бокал из ослабевших пальцев. У этого нового для нее поцелуя горечь мяты удивительным образом переплеталась с терпкостью вина и сладостью винограда. Ладонь легла сначала на плечо, смяла мягкий батист рубашки, затем переместилась выше. К рыжей шевелюре на затылке, в которую с удовольствием погрузились шаловливые пальцы.

Короткий стон сорвался с губ, чтобы потонуть вместе со прерывистым дыханием в борьбе их языков. Случился такой мощный взрыв удовольствия, пусть не сравнимый с оргазмом, но весьма близкий к нему.

— Андрей, — Оксана увернулась от очередного поцелуя, и влажные губы скользнули по щеке, — не надо. Пожалуйста.

Ее потряхивало от накатывающего волнами наслаждения, руки дрожали от невыносимого желания. Подлые воспоминания их далекой близости намеренно вытесняли печальные кадры из прошлого. Будто не было расставания в семь лет и болезненного предательства со стороны Андрея.

Он шумно вздохнул, затем погладил большим пальцем линию челюсти.

— Хочу, чтобы ты знала, — вдруг проговорил, отстранился и посмотрел ей в глаза.

Оксана вскинула брови и дождалась ответа на немой вопрос:

— Я никогда не забывал тебя.

Глава 53. В гостях у бабушки

Дом семьи Радовых оказался вовсе не таким, каким его представляла Оксана.

Без напыщенной помпезности, дорогого декора, лишних деталей, лепнины и пафосных колонн. Обычный двухэтажный коттедж с мансардой, балконами, террасой и прилегающим участком, где располагалось несколько пристроек: баня, домик для гостей, просторный гараж, сарай, беседка и розарий. Последний впечатлял не только количеством сортов прекрасных цветов, но и удивительным сочетанием дерева и современных технологий, вроде энергетических панелей на крыше большой теплицы.

Дорожки, как и положено по нынешним стандартам, имели специальное покрытие с фотоэлектрическим эффектом. При движении транспорта или людей они накапливали энергию, чтобы потом отдавать ее через генераторы. Ветряки, солнечные батареи — все удивительным образом гармонировало с сельским дизайном.

Оксана мысленно прикинула, сколько в нынешнее время стоил такой домик, и ужаснулась. Построили его из бревен не то красного канадского кедра, не то дуба — Андрей что-то говорил, но она толком не запомнила, зато прекрасно все рассмотрела. Потому-то на такую красоту ей было страшно даже дышать.

Одному только Стасу все равно, когда он заметил впереди бассейн. Взгляд моментально загорелся, а внутри маленького сонного ворчуна ожил игривый дьяволенок. Оксана только пискнула, как его уже понесло на всех порах в сторону прозрачной водной глади.

— Стас!

— Да пусть идет, — спокойно откликнулся Андрей, выбираясь следом из машины. Он одернул ворот черной джинсовой куртки и с любопытством наблюдал за тем, как ловко лавирует между мигающими гномами его сын. — Глянь какой. Точно в меня. Я тоже всегда в бассейн летел.

— Тест ДНК еще не сделан, — проворчала Оксана для видимости.

— Минутное дело.

— Ну оно тебе надо, а не мне, — фыркнула она независимо.

— Какая ты сегодня вредная.

Андрей совершенно бессовестно подмигнул ей, потом улыбнулся и позволил ИИ отогнать машину на автопилоте в сторону гаража. Настроение у него явно поднялось, а вот Оксана с ума сходила от переживаний.

Всю дорогу она повторяла про себя скудные знания этикета и тщательно подбирала вежливые фразы для общения с Радовыми. Пока они неслись по трассе, Оксана уповала на свои актерские навыки, чтобы не облажаться.

Так странно, что они знакомились только сейчас. При таких обстоятельствах. Когда прошло семь лет после их с Андреем встречи, и Стас вырос.

Странно, но в студенческие годы Оксана не думала о знакомстве с этими людьми. Они оставались эфемерной тенью, неотступно следовавшей за ее возлюбленным. Хотя куда бы он ни пошел, везде, так или иначе, звучала его известная фамилия: в ресторанах, клубах, кафе, кинотеатрах. Только для нее все казалось таким неважным и обыденным, поэтому она просто жила и дышала их отношениями.

Оксана по-прежнему считала, что правильно поступила, когда не воспользовалась брошенным вскользь советом одногруппницы: не пошла к Радовым за помощью. Она не поставила их в известность о появлении на свет внука.

Зачем? Андрею они со Стасом мешали строить карьеру, так с чего бы его семье думать иначе?

— Кто у нас здесь такой маленький топчет Кристинину террасу? Ох, и надерет бабушка тебе уши.

Оксана услышала радостный визг, потому что на полпути к бассейну Стаса перехватил здоровый рыжий богатырь. Ей на секунду стало дурно, когда он подбросил ее сына вверх и тот завизжал от счастья. Даже ножками задрыгал от удовольствия.

— Еще!

— Ах, еще…

— Мой отец.

Андрей указал на двухметрового исполина в белых брюках и рубашке в тон. Он-то сейчас и подкидывал Стаса в воздух.

— Теперь понятно, в кого вы такие рослые и рыжие, — пробормотала Оксана, косясь с опаской на Сергея Константиновича.

В новостях и светской хронике чета Радовых мелькала не слишком часто, скорее, время от времени. Когда журналисты откапывали какой-нибудь неинтересный скандальчик или раздували из мухи привычного слона желтушной прессы. Обычно Оксана их не читала, лишь мельком пробегала взглядом по строчкам и жадно выискивала имя бывшего возлюбленного.

Первые три года, а потом перестала. Слежка за Андреем отнимала много душевных сил, потому она полностью отдалась работе и новым отношениям. Но ей отлично запомнилась внешность главы семейства Радовых: не слишком выразительная, но яркая именно за счет горы мышц, медных волос и высокого роста. Воочию, правда, он все равно выглядел впечатляюще, особенно на фоне хрупкого Стаса.

У Сергея имелся выдающийся нос, жесткая линия челюсти, широкие и грубые черты лица. Натуральный типаж, отдающий первобытностью. В нем все кричало о мощном мужском начале, которое он не стеснялся демонстрировать на публике. Неважно, стоял отец Андрея перед камерами в деловом костюме или обычной одежде.

На фоне своих друзей, Ярослава Тасманова и Павла Канарейкина, он действительно смотрелся так, как о нем писали: «Беспардонный рыжий нахал. Неуклюжий, словно бурый медведь, но игривый и добрый, как большая китайская панда».

Какими бы харизматичными и красивыми ни считались оба его друга, Сергей им ничуть не уступал. Кое-какие свои черты он передал сыновьям, хоть внешне те пошли в красавицу-мать. Которая, к слову, неспешно и плавно, точно синий кит, вышла на крыльцо в платье из бархата цвета кобальта.

— Сережа, — ее голос заставил Оксану сжаться и почувствовать себя глупой деревенщиной на фоне прекрасной аристократки, — не урони ребенка.

— Да все нормально, Крис!

— Не мужчины, а дети, — Кристина с ворчанием развернулась на каблуках и впилась ледяным взором сначала в Андрея, потом в Оксану.

«Нет, не синий кит. Кит-убийца», — подумала та и замерла в пугливом ожидании, когда вокруг нее сомкнутся крепкие челюсти.

Андрей коснулся ее талии, после чего притянул к себе.

— Мама, знакомься, Оксана Демидова. Стас, как ты поняла, сейчас у папы.

— Я и так узнала внука по типичным Радовским генам, — фыркнула Кристина. — Теперь оторви плавничок от невесты и помоги Мише с мангалом, пока ваш отец регрессирует до состояния ребенка.

— Но…

— Быстро, — протянула она зловещим тоном, затем плотоядно улыбнулась и поманила застывшую Оксану пальцем. — А ты, моя хорошая, плыви сюда.

— Зачем? — вырвалось случайно.

— В смысле? Смотреть детские фотографии Андрюши. Я отобрала худшие из худших, чтобы он весь ужин потом страдал от стыдливых воспоминаний.

— Мама! — раздался возмущенный рык.

— Не кричи, — Кристина спустилась по ступенькам. — Милая, расскажешь мне по дороге, что ест сладкий одуванчик, который сейчас с упоением крота уничтожает мой цветник.