Екатерина Красавина - Храм украденных лиц

Губарев неопределенно пожал плечами. Возникла пауза.

— Что было дальше? — спросил майор.

Примерно в десять часов я решила ехать домой. Вышла из кабинета, закрыла его. Потом закрыла входную дверь. Вышла на крыльцо. И здесь боковым зрением я увидела человека с поднятой рукой. Я быстро пригнулась. Удар пришелся по плечу. Я упала на колени и закричала. Нападавший убежал…

— Вы разглядели того человека, кто напал на вас?

— Нет. Все произошло очень быстро. К тому же было темно.

— Это был мужчина или женщина?

— По-моему, женщина. Но это мог быть и мужчина.

— Какого роста примерно был нападавший? Лактионова задумалась.

— Кажется, среднего.

— В чем одет?

— Что-то темное.

— Пальто, плащ?

— Пальто… Вроде бы пальто.

— Кто это мог быть, по-вашему?

— Понятия не имею. Возникло молчание.

— Я так нервничаю, — пожаловалась Дина Александровна голосом обиженной девочки. Майору захотелось погладить ее по руке.

Дина Александровна смотрела на Губарева, словно решала про себя какую-то задачу. Наконец она решительно тряхнула головой, и тяжелые серебряные серьги-колечки звякнули в ушах.

— Я нашла фотографию Колиной любовницы.

— Что?! — воскликнул Губарев.

— Я нашла фотографию Колиной любовницы, — повторила Дина Александровна.

— Почему вы уверены, что это фотография его любовницы?

— Она была вложена в книгу, которая стояла в книжном шкафу. Я случайно взяла ее и нашла там фотографию. Зачем Коле прятать там фотографию чужой женщины?

— Когда это было?

— Несколько дней назад.

— Почему вы сразу не перезвонили мне? Дина Александровна пожала плечами.

— Не знаю.

Вот так просто — «не знаю», и все! Без всяких объяснений.

— Где она? — спросил Губарев.

Дина Александровна раскрыла конверт, лежавший на столе, и протянула снимок Губареву. Он так и впился в него взглядом.

Снимок был небольшим: семь на восемь. Цветной. Молодая девушка. Лет двадцати. Красивая блондинка с безупречными чертами лица. Пожалуй, даже слишком правильными и безупречными. Светло-голубые глаза. Открытый лоб. Пухлые губы. Девушка, любящая орхидеи…

— Вы когда-нибудь раньше видели ее?

— Нет. Никогда.

— Вы думаете — это любовница вашего мужа? — спросил майор, по-прежнему не отводя глаз от снимка.

— Да.

— Я возьму эту фотографию себе.

— Пожалуйста, мне она не нужна, — с нервным смешком сказала Дина Александровна.

— Спасибо за ценную информацию, — сказал майор, вставая и пряча фотографию во внутренний карман пиджака. — Если будут угрозы или вообще возникнет подозрительная обстановка, сразу звоните мне. Договорились?

— Хорошо, — сказала Дина Александровна, опуская глаза.

Пришли результаты из лаборатории: оказалось, что Кузьминой в чашку было подсыпано снотворное. Она уснула, а потом ее подтащили к плите, открыли духовку и засунули туда ее голову. Остальное — известно. Отпечатки пальцев были только на чашке Кузьминой. Братец — или кто там — предусмотрительно стер свои следы.

Губарев постучал карандашом по столу. С некоторых пор у него появилась эта дурацкая привычка: долбить, как дятел.

— Вот тебе и полная картина убийства Кузьминой.

— Братец это, — с уверенностью сказал Витька.

— Похоже на то.

— Убил, взял бабки и дал деру.

— Будем искать.

У майора неприятно стрельнуло в виске. А если это убийство — не последнее? Майор потер лоб рукой. Кто тогда следующий?

— Размышляете?

— Да. Мыслю, — буркнул майор.

— Мыслю — значит, существую, сказал один философ.

— Давно ли ты к философии обратился?

— Недавно. Не обижайтесь, это всего лишь шутка!

— У тебя все шуточки. А у меня сплошная головная боль.

— Купите анальгин.

— Пошел ты! — беззлобно сказал Губарев.

— С удовольствием. Тем более, что рабочий день уже закончился. И пора по домам.

— Иди, тебя здесь никто не держит.

— В самом деле?

— Гуляй, Вася, гуляй!

— Вы по правде или шутите?

— В отличие от тебя, я хохмить не собираюсь. Я тебя и вправду отпускаю.

— А вы? — спросил Витька.

— А я посижу, поработаю. Поразмышляю. Может быть, какая мысль осенит? В одиночестве хорошо думается. Никто на мозги не капает, не отвлекает.

— Это вы намекаете на меня? На мою продуктивную и своевременную помощь?

— На кого же еще? Ладно, иди! У меня и вправду что-то разболелась голова.

— Тогда заканчивайте работу.

— Ни-ни. Я еще посижу тут немного. Витя встал и потоптался около стула:

— Я пошел!

— Да говорю же, иди.

— Не обидитесь?

— Если сию минуту исчезнешь — нет.

Когда Витька ушел, Губарев вздохнул. Ему действительно хотелось побыть одному. Он взял карандаш и стал рисовать разные геометрические фигуры. Так ему легче думалось.

Лактионова… Улик — никаких. Одни подозрения. Мотив — весомый. Убить мужа и начать новую жизнь. С молодым любовником. Или — без. Взять другого «мачо». За этим дело не станет. Молодых жеребцов, готовых услаждать богатых дам, — навалом. Даже долго искать не придется. Можно почитать объявления в газетах вроде «Спид-инфо». Выбрать то, что подходит. Набрать телефон — и готово!

Нет мужа — можно пуститься во все тяжкие. А в придачу устраивать художественные выставки. Губарев представил, как Дина Александровна со скучающей миной представляет свою выставку журналистам и почетным гостям. Молодая светская женщина…

Кузьмина. Могла убить, чтобы не возвращать кредит. Озлобленность на жизнь, собственная нереализованность могли подтолкнуть ее на это. А братец решил прикарманить деньги себе. И поэтому отравил сестру. Логично? Логично! Неудачник Алкоголик. Человек с такой «характеристикой» может пойти до конца.

Другая подозреваемая — девушка с орхидеями. Так майор окрестил любовницу Лактионова. Никаких следов… Он еще раз побеседовал с охранником и уборщицей. Нет, они ее не видели. Словно она — призрак. Никто о ней не слышал и никто ее не видел. Но это была девушка из плоти и крови. Она приходила в кабинет к Лактионову. Они занимались там любовью. Хотя раньше он снимал ей квартиру. Почему же потом Лактионов отказался от этого варианта? Так было бы удобнее. И безопаснее. Все-таки кабинет — « не лучшее место для интимных свиданий. В любой момент их могли там обнаружить… Кто? Уборщица? Она приходила в строго означенное время. Охранника он отпускал. Жена? Судя по всему, Дина Александровна очень редко появлялась на работе мужа. Лактионов все хорошо продумал. И тем самым исключил риск того, что их застанут врасплох.

Их отношения длятся уже, по крайней мере, год. Это — неоспоримый факт. Год назад Юлька-пулька подслушала телефонный разговор Лактионова и его любовницы. Но отношения могли возникнуть и значительно раньше. Просто любовники никак не обнаруживали себя…