Филлис Уитни - Снежный пожар

Джулиан сдержал ухмылку, но я видела, что недоволен затеей Шен. За десертом он сделал объявление, которое произвело эффект разорвавшейся бомбы.

— Меня не будет дома во второй половине. Поеду в город и навещу Стюарта Перриша.

Даже Шен расслышала его слова, спустившись с небес на землю, а я, должно быть, разинула рот, потому что она как-то странно на меня посмотрела, прежде чем обратиться к брату.

— Ты уже решил, какую позицию займешь по отношению к Стюарту?

— Я собираюсь с ним поговорить. Дать ему шанс самому рассказать о том, что произошло.

Я почувствовала не только облегчение, слова Джулиана меня обнадежили. Наконец-то мои бесчисленные намеки и укоры возымели действие! Но я боялась выдать себя, поэтому сосредоточила внимание на суфле и промолчала. Но, как выяснилось, это тоже была неверная тактика.

— Я думал, что вы одобрите мое решение, — обратился ко мне Джулиан. — Вы обвиняли меня в несправедливости.

— Я рада, что вы дадите Стюарту Перришу шанс, — ответила я. — Ведь вы были его спонсором и наставником, и мне казалось странным ваше безучастное отношение к его судьбе. Может быть, он заслуживает большего внимания,

Мне показалось, что Шен готова была что-то сказать, но передумала, после чего за столом возникла ощутимая скованность и напряженность. Джулиан, несомненно, это почувствовал; покончив с десертом, он вышел из-за стола, не говоря ни слова, и вскоре я услышала шум удаляющейся от дома машины. И я даже помолилась за Стюарта и Джулиана.

Когда он уехал, я попросила Адрию принести школьные учебники в гостиную, где мы занялись уроками. Поначалу она вела себя несколько вызывающе, поскольку узнала, что мы с Джулианом ходили кататься на лыжах и не позвали ее с собой. Но она не решилась бунтовать открыто, и я пошла наверх за ручкой и блокнотом.

Когда я находилась в своей комнате, какой-то внезапный импульс заставил меня выдвинуть ящик шкафа и просунуть ладонь под лежавшее там белье. Серебряный Улль исчез. Каким бы ни было происхождение медальона, я не хотела, чтобы он попал в чужие руки. Перебрав белье, я окончательно убедилась, что в ящике его нет. Мне ничего не оставалось делать, как, взяв ручку и блокнот, спуститься к Адрии.

Глава 13

Адрия отнеслась к занятиям более ответственно, чем я ожидала. Да и наши отношения стали более доверительными, она была мне благодарна за то облегчение, которое испытывала после сцены в комнате Марго, и явно старалась мне угодить.

Зато мне никак не удавалось сосредоточиться, потому что все мои мысли были заняты тем, что происходило сейчас в тюрьме между Джулианом и Стюартом. Если бы между ними, хотя бы частично, восстановились прежние взаимоотношения!

Меня сильно беспокоила мысль о том, что Стюарт скажет Джулиану, кто я. Совсем не нужно, чтобы это произошло теперь, когда чувства, связывавшие нас с Джулианом, были еще столь хрупкими и неокрепшими; они могли не выдержать подобного испытания и рассеяться, как туман. Требовалось время, чтобы они пустили корни, развились и превратились в нечто прочное и устойчивое. Пугало меня и то, что эти чувства, возможно, имели большее значение для меня, чем для Джулиана.

— Ты меня не слушаешь, Линда, — упрекнула меня Адрия.

Я вернулась к действительности и извинилась. Затем я спросила Адрию, не знает ли она, что произошло с серебряным Уллем на цепочке, которого я положила в ящик.

Она покачала головой.

— Не знаю. Он что, пропал? Я сказала о нем Шен раньше — до того, как мы проверяли тормоза в комнате Марго. Может быть, она его взяла.

Я почувствовала, что в исчезновении медальона таилась какая-то угроза, но заставила себя отнестись внимательнее к занятиям с Адрией, хотя невольно прислушивалась к стуку двери, боясь пропустить возвращение Джулиана. Услышав, как его машина приближается к дому, я дала Адрии какое-то письменное задание и вышла в холл. Я стояла там и ждала, пока на пороге не появился Джулиан.

Его лицо показалось мне озабоченным. Он увидел, что я жду, и печально мне улыбнулся.

— Все непросто, — сказал он. — Признаюсь, я поверил всему, что сказал мне Стюарт. Тяжело видеть его в таком месте. Когда его отпустят под залог, я собираюсь пригласить его в Грейстоунз и оказать ему поддержку, если он ее примет. Он очень задет моим пренебрежением и поначалу вел себя отчужденно.

Я попыталась скрыть от него и свой душевный подъем, и свою тревогу. Чудесно, что они, хотя и не полностью, но примирились, восстановили прежние отношения. Прекрасно и то, что Стюарт будет жить в Грейстоунзе. Но это означало также, что я должна сознаться в своем маскараде еще до приезда сюда Стюарта. Очевидно, пока брат не раскрыл Джулиану моего инкогнито.

— Трудность теперь заключается в том, чтобы убедить Эмори изменить свою позицию, — размышлял Джулиан.

— И понять, почему он избрал именно такую линию поведения, — мягко добавила я.

Джулиан неохотно кивнул в знак согласия.

— Сейчас пойду и поговорю с ним. Если Стюарт невиновен, вопрос остается открытым. — Он потер лоб, словно испытывая головную боль, и я поняла, что он перебирает в уме оставшиеся возможности — и, должно быть, отвергает их одну за другой.

— Вы должны пересмотреть свое отношение к Эмори, — настаивала я. — Перестаньте видеть в нем человека, который в детстве качал вас на коленях и все такое, а обратите внимание на его реальные поступки, на ту ложь, которую он распространяет. О Стюарте. Обо мне.

Мне показалось, что эти слова вызвали в нем недовольство. Он молча поднялся по лестнице, заставив меня лишний раз осознать, насколько хрупкими были взаимоотношения, установившиеся между нами на горных склонах. Возможно, для Джулиана их очарование уже развеялось. Возвращаясь к Адрии в гостиную, я чувствовала себя потерянной и несчастной.

До вечера я не видела ни Джулиана, ни Шен. Мы занимались с Адрией, сидя у камина, пока для меня не настало время идти в Сторожку. Сегодня я собиралась поехать туда на своей машине и на ней же затемно вернуться в Грейстоунз. Так безопаснее. Я намеревалась повидать Клея и узнать, что он думает о поведении Эмори во время снежной бури. С Клеем я могла говорить более откровенно, чем с другими, хотя иногда он меня и сердил.

Но до этого я должна была кое-что сделать. Я не собиралась оставить без внимания загадочное Приглашение Шен полюбоваться закатом на башне. По какой-то причине ей хотелось, чтобы я поднялась на башенную галерею, и я решила ее не разочаровывать.

Я надела лыжный костюм, теплые ботинки и стала подниматься по лестнице. В доме царила тишина. Джулиан ушел — повидаться с Эмори? — и еще не вернулся, Адрия на заднем дворе лепила снеговика. Шен где-то пропадала со времени ленча. Я не ждала ничего хорошего от своей экскурсии, но меня подстерегало несколько сюрпризов.