Наталья Матвеева - Аквамарин

В эту же секунду сзади к нему подошел Сантьяго и туча детей, показывающих на ангар пальцами и галдящая, как стая сорок, а за ними Лив, еле сдерживающая, судя по искрящимся большим глазам, дикий гнев.

— Какого черта тут творится??? Что взорвалось??? Автобус готов?? — заорал Сантьяго, переминаясь с ноги на ногу и сжимая кулаки.

Джонни обаятельно улыбнулся и подмигнул.

— Классно бабахнуло, правда? Кажется, это газовый баллон в одной из старых тачек хренакнул! Слава Богу, никого рядом не было, а то… Ну ладно, приятель, в порядке твой корабль, можешь загружать выводок и ехать…

Лив поразилась, как легко Джонни общается и даже умудряется сохранять свой магнетизм и тепло в условиях такого явного давления со стороны. А главное, Сантьяго действительно не нашелся, что ответить на такое благодушие, и, крикнув своим детям по-испански, открыл дверь в салон и через десять минут, когда все гиперактивные детки, наконец, заняли свои места, разогнался и, явно спеша, порулил на территорию США.

Джонни и Лив переглянулись и, взявшись за руки, быстро побежали через арку, пока их не заметили. Подобрав свои вещи, которые так и валялись около «Тойоты», где по-прежнему мирно спали Карла Беннингтон и Дерек Стивенс, они уже более спокойно пошли по трассе в сторону холма.

— А где «Навигатор»? — спросила Лив, удивленно глядя на то место, где они его оставили, когда приехали сюда.

Джонни игриво улыбнулся и подмигнул.

— Я попросил своих друзей забрать его. А мы поедем на достоянии «Orion Bus Industries». И вообще, Оливка, крутым парням и девчонкам не пристало ездить все время на одном и том же…

— А ты что, тоже крутой, лещ мелкозерный? — захохотала Лив, легко шлепнув Джонни по плечу.

— Конечно! — самодовольно сияя, улыбался Джонни. — Ты разве не видела, как я вырубил того парня?

— Какого еще?.. Ах, того…

Солнце уже давно село и наступила ночь. Автобус стоял на высоченном холме, густо поросшим травой, с которого открывался вид на маленький городок Хейгерстаун, в пятидесяти километрах от Нью-Йорка. В салоне и кабине автобуса был включен свет, а из раскрытых дверей на холм вытекала рок-музыка, звучавшая на одном из местных радио.

Но свет в ночи создавался не только электрическими лампочками автобуса. Джонни и Лив сидели на холме, весело переговариваясь и жуя гамбургеры, а перед ними пылал здоровенный костер, от которого, правда, пахло не приятным запахом горящего полена, а противной синтетической вонью. Так горел героин, освещая собой тьму метров на тридцать вокруг.

— Интересно, что сделает Блейк, когда узнает, что пять тонн наркоты пропали? — весело спросила Лив, посмотрев на свои стройные ноги в тех же сандалиях, в которых она была утром. Они с Джонни уже успели переодеться и сейчас их «наряды» служащих КПП горели вместе с героином в одном братском костре.

Джонни лежал на спине, закинув одну руку под голову, а во второй держа гамбургер, и, глядя на звезды, безмятежно проговорил:

— Не знаю. Я бы для начала свернул шею этому мерзкому типу Сантьяго. Но, думаю, Блейк этим не ограничится.

Лив нахмурилась и посмотрела на Джонни. В отблеске костра его глаза, казалось, полыхали зеленым пламенем ярче, чем обычно. Она нежно осмотрела его темные, волнистые волосы, необычайно красивый профиль, мускулистую грудь, проглядывающую через наполовину расстегнутую рубашку и длинные сильные ноги в черных брюках и туфлях. Она снова поймала себя на мысли, что он как будто притягивает ее взгляд, не дает оторвать от себя глаз и заставляет восхищаться собой, но как-то невольно, как будто неосознанно для себя…

— Думаешь, он догадается, что это сделали мы?

Джонни посмотрел на Лив игривыми глазами, тепло улыбнувшись.

— Не «мы», а ты. Обо мне он, пока что, не догадывается. Иначе мой отец уже давно попытался бы перекрыть мне крышу. — весело проговорил он.

Лив хотела было сказать, что и лучше, если он вообще никогда не узнает об участии Джонни во всей этой истории, но в этот момент мобильник в кармане брюк парня громко затрезвонил. Джонни, не торопясь, достал его, скучающе глянул на экран и ответил, включив громкую связь:

— Макс, мой дорогой друг! А я все думал, как скоро ты позвонишь.

Лив ощутила резкую, горячую волну, нахлынувшую ей на лицо и с раздражением к себе заметила, как затряслись ее руки… Как же ей хотелось слышать его голос постоянно, видеть его синие глаза, почувствовать силу его рук… Ну вот что за дура!

— Джонни, куда, черт возьми, подевались пять тонн героина из автобуса Блейка??? — озорно и весело воскликнул Макс брутальным и обаятельным голосом.

Джонни улыбнулся и довольно переглянулся с робко улыбающейся Лив.

— Ну… как тебе сказать… Они горят в аду. — проговорил он, посмотрев на костер. — А что такое, Максик? Уже началась ломка?

— Да, я как раз собирался занюхать пару килограммчиков, а тут такое… — с сарказмом ответил Макс. — Но и это отходит на второй план! Главный вопрос — КАК???

— О, да это было легко, франкенштейн! — язвительно воскликнула Лив и продолжила голосом профессиональной сказочницы:

— Мы с Джонни случайно познакомились с одной милой старушкой, так вот, бабуся оказалась настоящей колдуньей! Ты только представь: стоит пожилая женщина с прямыми, седыми, как паутина, волосами посреди холма над городком Хейгерстаун, что в пятидесяти километрах от Нью-Йорка, и возводит руки к звездному небу! А перед ней костер горит, да такой сильный, что пламя вздымается выше ее самой! Вот эта самая бабуля и наколдовала, чтобы чертов наркотик исчез из салона автобуса с милыми мексиканскими детишками и попал прямо в ее дьявольское пламя! И все это, главное, по такой смешной цене — голова брюнетика с синими глазами…

Джонни слушал всплеск фантазии, еле сдерживая дикий хохот, рвущийся наружу, а Макс не утруждал себя — хохотал громко и от души. Переключив голос в режим родной тональности, Лив сатирически проговорила:

— И вообще, павлин, ты хоть знаешь, что с такими, как ты, любопытными делают на базаре и что конкретно им отрывают?

Все, взрыв хохота слышно было, наверное, в самом далеком уголке Хейгерстауна. Смеясь, Макс проговорил:

— Снежная королева… Насчет оторванных частей тела не знаю, но вот бабуська из твоего рассказа как-то уж очень смахивает на тебя по описанию… Джонни, ты не находишь?

И снова дикий ржач, во время которого Лив постепенно чувствовала, что ей никогда не перехитрить этого зарвавшегося, наглого и самоуверенного красавчика, что неимоверно бесило ее, потому что она хотела быть сильнее. Бросив на Джонни гневный и укоряющий взгляд, Лив тряхнула своими пышными волосами, откинув их за спину, и беззвучно показала другу кулак.