Александра Авророва - Умом мужчину не понять

Полина прищурилась, сжав губы в тонкую нить.

— Да о тебе твой Леша заботится! — не выдержала Света. — Он боится, что записку подложила ты, вот и пытается спустить дело на тормозах, даже меня для этого вызвал.

— Я? — повторила Полина несчастным тоном. — Почему я? Он ведь не подозревает, что я и Витя… откуда ему подозревать, Света?

— А почему тогда он обеспечил тебе фальшивое алиби? Кстати, это была чья инициатива?

— Моя, — жалобно призналась собеседница. — Я попросила его… мол, чтобы меня в милицию не таскали.

— Ну, вот, он и заподозрил, что дело нечисто. Уверенности у него, надеюсь, нет, — поспешила хоть чем-то утешить Света, — а подозрения есть. Он боится, что, если привлечь внимание милиции к подброшенной Лане записке, милиция все выяснит и превратит подозрения в уверенность. Раз есть вероятность, что виновата ты, он предпочитает ничего не предпринимать.

— Надо убедить его, что виновата Нина, — задумчиво пробормотала Полина. — Но сделать это аккуратно, не наводя на ненужные мысли. Вот тихоня-то, а? Значит, она и есть убийца. А еще глазками хлопает: «Ах, пожалейте бедную Лану!»

— Если она убийца и хочет свалить вину на Лану, то ведет себя довольно странно.

— Потому что дура, — с глубокой убежденностью констатировала Полина. — Умных женщин очень мало. Ладно, пойдем, а то Леша там с ума сходит.

Алеша и впрямь заметно нервничал, хоть и выглядел удовлетворенным — на пару с Ниной ему удалось уговорить Мишку ничего пока не предпринимать.

— Нина, давай я отвезу тебя домой, — хитро предложила Света, решив выяснить все до конца.

— Я сам ее отвезу, — тут же возразил Мишка.

— Михаил Петрович! — ахнула Нина, прижав руки к груди. — Разве можно быть таким внимательным? Мне просто неловко.

— Ничего особенного, — возразил Мишка, расправляя плечи.

«Ах, так!» — возмутилась про себя Света, а вслух произнесла, прямо глянув Нине в лицо:

— Да, мужчины часто невнимательны. Они не замечают вещей, очевидных для женщины. Взять хотя бы эту записку…

Нина изумленно расширила глаза, а Полина со светской улыбкой проворковала:

— Света права. Мы с нею обсудили некоторые моменты и многое поняли.

— Что именно? — хмуро поинтересовался Мишка.

— У женщин свои секреты, Мишенька, — ехидно продолжила Полина. — Правда, Нина, мужчинам вредно слишком многое о нас знать? Меньше знаешь — больше любишь.

Нина явно пребывала в растерянности. Света вдруг поняла сложность ее положения. Если та поедет с Мишей, разозленная Света может выдать ему Нинины тайны, а если откажется, станет ясно, что она чего-то боится. Порочный круг!

На помощь, как ни странно, пришел Алеша.

— Миша, нам ведь надо срочно обсудить будущее «Интермага», иначе он развалится. Очень хорошо, что Нину есть, кому отвезти. Как ты считаешь, какой процент заказов мы потеряем ближайшее время и что надо предпринять, чтобы этот процент стал ниже?

Мишка, тяжело вздохнув, сел за стол и вытащил какие-то документы, а Света подхватила Нину и была такова.

В машине надрывался брошенный на сиденье мобильник.

— Вадим? Что-то случилось?

— Где ты была? — раздраженно поинтересовался собеседник. — Целый час звоню. С тобой все в порядке?

— Все нормально. Я была в «Интермаге», меня Алеша попросил приехать. Тут такие дела… короче, не телефонный разговор. Ты где?

— На работе. Ладно, все равно сегодняшний день пропащий. Езжай домой, я подъеду туда же. Буду через полчаса.

— Давай через час, — попросила Света. — Я должна отвезти Нину.

— С чего это вдруг? — подозрительно осведомился Вадим.

— Да так, — ответила Света, нажимая отбой. Все равно сейчас ничего не объяснишь, так стоит ли пытаться?

— Счастливая ты, — тихо заметила Нина. — Был один муж, теперь будет другой. Вроде ничего в тебе особенного, а везет, и все тут.

— Пока что о другом муже речи нет, — объяснила Света.

Нина встрепенулась.

— То есть… ты, значит, решила оставить Михаила Петровича при себе? Я правильно понимаю?

— О господи! Конечно, нет. Бери и пользуйся. Ты это имеешь в виду?

— Если ты решишь к нему вернуться, мои шансы нулевые, нечего даже мучиться. Так ты к нему не вернешься, правильно?

— Ни при каких обстоятельствах. Нина, что ты творишь? Витьку ты любила, любовь оправдывает многое, но теперь…

— А теперь я люблю Мишу, — с вызовом заявила Нина. — Он добрый и сильный. Я буду ему хорошей женой. Я вообще буду хорошей женой, даже самому плохому мужу! Мне все всегда говорят: «Ты создана для семейной жизни». Я не понимаю, почему они не хотят жениться! Я ведь любила их… у меня было не так много мужчин, и каждого я очень сильно любила. Готова была всем пожертвовать ради него, понимаешь? Но ни один из них не захотел на мне жениться. Почему?

— Возможно, потому что ты и без этого готова была всем ради него пожертвовать, — предположила Света. — По крайней мере, в случае Витьки это безусловно верно. Он не ценил жертв.

— Да. Витя ненавидел, когда кто-то предъявлял на него права. Это моментально выводило его из себя. Поэтому ему нравились Аня и Полина… обе по большому счету на него не претендовали. Я понимала, что нельзя демонстрировать ему свои чувства, но не могла их скрыть. А вот Миша другой, правда? Ему нравится, когда его любят. Я всегда мечтала именно о таком, как он. Так ты действительно не будешь мне мешать? Обещай!

Света уже собралась было кивнуть, как вдруг вспомнила, что собиралась обсудить совершенно иное.

— Сперва скажи мне правду… это ты подложила на Ланин стол записку?

— Нет, Полина, — быстро возразила Нина.

— Полина этого сделать не могла. Остаешься ты.

Нина упрямо молчала. Света глянула в ее жесткое, непреклонное лицо и в ужасе остановила автомобиль.

— Значит, их убила все-таки ты? — помертвевшими губами прошептала она.

До последнего момента ей чудилось, что Нина как-то все объяснит. Полина же, например, объяснила, и оказалось, она не при чем… то есть при чем, однако преступлений не совершала. А Нине, получается, нечего сказать в свое оправдание? На вид такая милая, кроткая девушка, а на самом деле… Уж лучше бы не знать правды!

— Я… я должна рассказать милиции, — с трудом выдавила Света. — Что другое, но убийство… даже два… я не могу такое скрывать.

— Убийства? — словно бы изумилась Нина. — Я никого не убивала. Это ты придумала из ревности.

— И не подкидывала записок, — повысила голос Света, возмущенная притворством. — Но я-то знаю, что ты врешь. Теперь мне не жалко выдать тебя милиции, совершенно не жалко! Мне только жалко Мишку… для него это опять будет удар. И ты еще требовала от меня каких-то обещаний… чтобы я да обещала отдать Мишку убийце? Пусть лучше остается с Ланой, она действительно его любит.