Ксения Мартьянова - Ломая стены

- Я не могу… Боже, прости меня, Рэйчел. – Он встал и, повернувшись лицом к окну, нервно прошел рукой по волосам. – Ты не знаешь, на что он способен.

- Знаю. Поверьте мне, я знаю. Я жила в аду больше трех лет. Я имею полное представление того, на что он способен.

В этот момент вошла та самая брюнетка и принесла нам чай. Боб повернулся и обратился к девушке.

- Спасибо, Майя. Ты можешь идти. – Она кивнула ему и скрылась за дверью. Боб отошел от окна. - Я никогда не был согласен с тем, что он делал, и тут ты полностью права. Я понял, что он за человек уже после того, как взялся его защищать. – Он заглянул мне в глаза, в которых я прочитала невероятно давящее чувство вины. – И не думай, что день за днём я не корил себя за то, что стою на стороне такого ужасного человека. Но в этом проблема всех адвокатов, если ты взялся защищать клиента, ты должен делать это до конца. Как бы это не противоречило твоим моральным принципам, и твоим взглядам. Мы все здесь, Рэйчел, подвержены системе. И я бессилен что-либо изменить.

Я кивнула ему и слабо улыбнулась.

- Я прекрасно знаю, как работает эта чертова система. Так же, я прекрасно знаю, что Николас относится к тому сорту людей, с которыми лучше не связываться, а если связался, то лучше держать хорошие отношения. – Я немного  помолчала и закрыла глаза. – У вас семья. Я всё понимаю, Боб. Простите. Я не должна была даже просить вас о таком, я просто не имею права. Просто… я совсем не знаю, что мне делать. Я боюсь за своё будущее, я боюсь за сына.

Боб снова сел на стул и придвинулся ко мне.

- Ну, с чего ты взяла, что он не отступиться? Почему думаешь, что он станет преследовать вас?

- Неужели, вы думаете иначе, зная Ника? – Я заглянула в его зеленые глаза, и увидела, что он чувствует то же самое. Боб понимающе кивнул мне и закрыл глаза.

- Ты права, Рэйчел. Он не отступится. Но я обещаю тебе, что помогать ему, я ни за что не стану. Ему придется обратиться к другому адвокату.

- Серьезно? Вы откажете ему? – Я удивленно посмотрела на Боба, который утвердительно кивнул мне.

- И дело здесь совсем не в том, что ты бы этого хотела. Просто я больше не могу идти против себя и своих принципов. Для меня, всё это, по меньшей мере, неправильно. Но сказать непрофессионально, для меня, это всё низко и мерзко. Я никогда не простил бы себе, если бы мы выиграли процесс. Я просто не смог бы жить с этим чувством вины, грызущим меня изнутри.

- Вы ни в чем не виноваты…

- Был бы виноват, если бы помог Джонсону отобрать у тебя сына. Если честно, я очень рад, что Максвелл обошел нас. Так, как он защищал тебя на этом деле, он никогда и никого ещё не защищал. Я видел по его лицу, что он готов на всё, чтобы победить. Он был готов разорвать его в клочья. И поверь мне, так и было бы, если бы не ты. И здесь, с Николасом их отличает только человечность, которой нет у Джонсона, но вдоволь полно у Джейсона. Тебе очень повезло, что в твоей жизни появился Джейсон Максвелл.

- Да. – Я еле заметно улыбнулась. – Боюсь, вы уже не первый, кто говорит мне об этом. Если бы не Джейс, я даже не знаю, что было бы со мной.

- Я знал его отца. – Боб улыбнулся. – Мы были хорошими друзьями. И поверь мне, Максвеллы – это те люди, которые никогда и ни за что не отступаются от того, что им действительно нужно. Джейсону было очень трудно, когда он остался без отца, мать он и вовсе потерял, когда ему было пять лет, она умерла при родах. И отец, был для него всем. Впрочем, для всех, кто знал Митча Максвелла достаточно близко, он был самым лучшим человеком на свете. Если бы ты видела, как маленький Джейс бежал к отцу, когда долго его не видел, и как сильно Митч любил своего сына. Он и Эрин любил, но с ней всё было по-другому. Она так сильно напоминала ему его жену, что Митч практически плакал каждый раз, когда видел её или говорил с ней. Но нужно отдать ему должное, он никогда не бросал её. Он вообще всегда был рядом со своими детьми. Митч Максвелл был для меня самым лучшим другом. – Боб печально улыбнулся. – И я вижу, как вырос Джейсон. Я вижу, каким он стал. И я знаю, как сильно гордился бы им его отец.

- Я не знала, что вы с Джейсоном близки…

- О, да. Близки. Он всегда был для меня как сын. И я заботился о них с Эрин после смерти Митча. Ведь у них больше никого и не было.

- А давно Джейсон потерял отца?

- Уже пятнадцать лет прошло. Но я как сейчас помню эти тяжелые дни и годы, которые мы старались проживать. Можешь представить себе восемнадцатилетнего мальчишку, который только окончил школу, и у которого на руках осталась малолетняя сестренка? Я видел, как сильно это подбило его, и помогал ему справляться. Он пошел учиться, а параллельно работал, ухаживал за Эрин и старался давать ей всё, в чём она только нуждалась.

- Я никогда даже и не подозревала,… Джейсон не говорил мне…

- Просто это не то, что обычно рассказывают на досуге, Рэйчел. – Боб взял меня за руку и слабо улыбнулся. – Мне кажется, он просто старается не вспоминать те дни. Для него это было таким адом, что не каждый вернется обратно. Он никогда не брал денег ни от кого, а если я пытался, хоть как-то помочь ему, он злился и срывался. – Боб улыбнулся уже шире. – И посмотри, чего добился этот мальчик! Каких высот он достиг, причем без чьей-либо помощи. Сам. Один.

- Боже, я… как же вам, наверное, нелегко было работать против него.

- Не могу не согласиться с тобой. Очень тяжело идти против сына. У меня две дочери, поэтому Джейсон для меня, считай, что родной сын, которого у меня, никогда не было, и о котором я всегда так мечтал.

- Я… простите меня, Боб. Простите, ради Бога.

- Нет-нет, Рэйчел. Мне не за что тебя прощать.

- Я не должна была приходить к вам со своими проблемами. Забудьте всё, что я вам говорила. Вы так многое сделали для Джейсона и Эрин… уже за это я могу быть вам благодарна от всего сердца.

- Ты любишь его, так ведь? – Он улыбнулся мне на моё молчание. – Можешь не говорить, я вижу, что любишь. Наверное, было глупо с моей стороны, не сказать, что ты как раз такая, какой Митч хотел бы видеть девушку для своего сына. Он всегда говорил мне: «Боб, если Джейсон когда-нибудь встретит самоотверженную, умную, преданную и бесконечно любящую девушку, то я сам сделаю всё для того, чтобы она стала частью моей семьи». Мне кажется, Рэйчел, ты бы ею стала.

Я почувствовала, как мои глаза начинают наполнять слёзы.

- Он так сильно любит тебя, я знаю это. Я знаю этого юношу всю свою жизнь. Обещай мне, что ты никогда не оставишь его, что всегда будешь рядом. Потому что у него больше никого нет. А ты делаешь его счастливее.

Я судорожно закивала ему и не удержалась от слез, которые тут же постаралась смахнуть. Его слова так сильно запали мне в душу, что я почувствовала, как моё сердце начинает биться чаще. Я посмотрела ему в глаза и еле заметно улыбнулась.