Нэнси Бартоломью - Стриптиз

— Ага, а потом мы тебя сделаем! — выкрикнул кто-то из толпы.

Все рассмеялись. Я не сомневалась, что он высказался от лица всех присутствующих. Это надо же так вляпаться!

— Подожди, — сказала я, — дай выбрать музыку. Без музыки я не могу.

Рэмбо замялся, но потом указал на стереоцентр и на диски, стоящие в ряд у стены. Я подошла, присела на корточки и сделала вид, что выбираю музыку. Я тянула время. Когда это надоело Рэмбо, он подошел и встал у меня за спиной. Я тут же поднялась и повернулась с диском в руках.

Я даже не видела как следует, что выбрала. Знала только точно, что будет хороший ритм и длится он около четырех минут. Это должно быть самое длинное и самое лучшее выступление в моей жизни, потому что, если оно кончится, а Дениз к тому времени не подоспеет с полицией, мне уже никто не поможет.

Я влезла на стол и оглядела присутствующих. В комнате было душно, народу полно, пахло потом и немытыми телами. Все сгрудились вокруг стола, чтобы лучше видеть. Несколько человек сидели за журнальным столиком и нюхали кокаин. Звучала медленная мелодия. В такт музыке я начала раскачиваться. Тело мое двигалось, а мысли были заняты совсем другим. Похоже, никого не волновало, что лицо у меня замазано черным гримом, а тело в синяках и царапинах. Они с открытыми ртами следили за моими движениями, за тем, как мои руки скользят по телу, и ждали момента, когда будет можно разорвать меня на части. Внизу в первом ряду стоял Рэмбо, по его лицу гуляла отвратительная ухмылка.

Надо как-то выбраться отсюда. Если Дениз не успеет связаться с полицией, если там ей не поверят, мне конец. Я внимательно осмотрела комнату. Она была завалена запчастями к мотоциклам, консервными банками, инструментами, кучами тряпок, канистрами и старой мебелью. В конце стола, на котором я танцевала, стоял торшер с яркой галогенной лампой. Я увидела его, и все сразу встало на место. У меня мгновенно созрел план.

Продолжая ритмично двигаться под музыку, я приблизилась к торшеру, ухватила за ножку, подняла на стол и стала использовать как шест в клубе. Мужчин это раззадорило. Они начали выкрикивать сальности, делать похабные жесты. Я толкнула торшер так, чтобы он упал лампой на кучу каких-то промасленных тряпок, подняла руки к бретелькам бюстгальтера и спустила его вниз, покручивая как кольцо на талии. Все внимание сейчас были приковано ко мне, даже женщины замолчали и не сводили с меня глаз. Я запустила одну руку в джинсы, кончиком языка облизнула губы. Ритм музыки ускорился, приближаясь к апогею.

Для всех, кроме меня, момент, когда вспыхнула куча промасленных тряпок и взорвалась первая канистра, стал полной неожиданностью.

Началась страшная суматоха. Я шагнула на край стола, он тут же перевернулся под моей тяжестью. Быстро натянув бюстгальтер, я бросилась к открытому окну, одним прыжком преодолела подоконник и оказалась снаружи, в прохладном ночном воздухе.

Я упала на землю, вскочила и собралась было бежать, но сильные мужские руки схватили меня за талию и удержали. Повернувшись, я увидела Фрэнки. За ним стояла Дениз.

— Скорее сюда, — прошипел Фрэнки и исчез за деревьями.

Двор, словно муравьями, заполнялся байкерами.

Петляя между стволами сосен, мы выбежали на улицу и бросились к машине. Никогда не думала, что способна бегать так быстро. Впереди Фрэнки уже залез на свой «харлей» и заводил мотор. За моей спиной слышались голоса, топот преследователей и рев заводимых мотоциклов. Мы с Дениз ни разу не обернулись. Она ввалилась в машину, когда я уже включала зажигание. Мы рванули с места и выскочили на дорогу прежде, чем байкеры остановили нас. Но теперь они нагонят нас моментально, это дело нескольких секунд.

На сумасшедшей скорости мы выехали на Пятнадцатую улицу. На поворотах из-под шин моего «камаро» шел дым, на перекрестке на асфальте от них остались черные отметины. Я мчалась на огромной скорости, моля Бога, чтобы нас заметила полиция.

— Они уже позади! — крикнула Дениз. — Они уже догоняют Фрэнки. Кьяра, ради Бога!

Дениз совсем перепугалась. Она смотрела на дорогу позади машины. Я взглянула в зеркало заднего вида и увидела, что Фрэнки специально петляет по дороге, стараясь помешать байкерам догнать нас.

— Мне нужна минута, всего одна минута! — крикнула я. — Когда я скажу, выпрыгнешь и сразу побежишь внутрь.

Мы промчались мимо лесопилки, мимо «Голубого Марлина» и наконец на огромной скорости влетели на автостоянку при полицейском участке. Я подъехала прямо к главному входу, выпрыгнула из машины и бросилась в здание. В коридоре я прижалась к двери туалета, подальше от входных стеклянных дверей. Дениз ни на секунду не отставала. Мы вбежали в туалет.

Из коридора послышался настойчивый голос дежурного офицера:

— Могу чем помочь?

— Можете, — крикнула я из туалета, — помогите нам быстрее!

Со стоянки послышался рев мотоциклов — когда байкеры поняли, куда попали, они унеслись прочь. Господи, у нас получилось! Получилось! Только Фрэнки нигде не было видно.

Вестибюль участка начал заполняться полицейскими.

— Давайте его сюда, — послышался командный голос.

Фрэнки Парамус полувошел-полувполз в вестибюль и рухнул без сил. Когда он растянулся на полу, из кармана его куртки со стуком выпала отделанная бирюзой серебряная зажигалка и заскользила по плиткам пола прямо к моим ногам. Я посмотрела на зажигалку, затем перевела взгляд на Фрэнки. Вся картинка событий наконец сложилась у меня в голове.

— Я Кьяра Лаватини, — сказала я, выходя из туалета. — Я была бы вам очень признательна, если бы вы вызвали сюда детектива Нейлора.

Глава 31

Подъехал Джон Нейлор. Мы с Дениз дожидались его в кабинете. Я узнала его голос, когда он шел по коридору, расспрашивая о подробностях. Он остановился в нескольких ярдах от двери кабинета.

— Что это за запах? — спросил он. — Надеюсь, вы не… Господи, вы посадили их у меня в кабинете?

Раздался приглушенный смех, а затем появился сам Нейлор.

— В чем дело? — спросил он, с удивлением оглядывая кабинет.

Мы сидели молча, в черной одежде, правда, на мне не было водолазки, только черный спортивный бюстгальтер, от нас несло собачьим дерьмом, лица были замазаны черным гримом. Волосы Дениз растрепались и торчали во все стороны. Мои, наверное, выглядели ничуть не лучше.

— Дамы, — обратился к нам Нейлор, приходя в себя от увиденного и занимая место за письменным столом. — Чему обязан такой чести? Как я понимаю, Кьяра, вы прибыли сюда с сопровождением и были вынуждены припарковать свой новый «камаро» прямо у нашего входа?