Дмитрий Ребров - Джек-пот для Золушки

Вопреки ожиданиям, босс выслушал подробный доклад Левчика совершенно спокойно, без ругани и оскорблений. Тот факт, что биржевыми торгами сегодня руководил неизвестно кто и неизвестно как, наоборот, поднял ему настроение, а то, что Наташа полдня где-то болталась одна, он, казалось, и вовсе пропустил мимо ушей.

— Так-так-так… — Босс шагал по кабинету, потирая обеими руками свою обширную лысину, он думал. — Вот, значит, как… Ну-ну, ну-ну…

Левчик молча стоял столбом, лишь провожая глазами мечущегося шефа. Свое предложение о засаде на «рыбачка» он высказал, теперь ждал, что решит босс. Наконец, босс закончил метаться и жестом предложил Левчику присесть за стол, достал бутылку армянского коньяка и пару рюмок. Это было нечто новое и неожиданное, до сих пор такой чести — распивать коньячок с самим боссом — он еще не удостаивался.

Борис Борисович наполнил обе рюмки, но к своей не прикоснулся. Левчик тоже отдернул уже потянувшуюся было к рюмке руку.

— Слушай меня внимательно, Леван. — Босс говорил спокойно и очень серьезно. — Завтра же ты должен осторожно выяснить две вещи. Первое — учредительные документы на ее фирму. Надо проверить, нет ли в них кроме твоей подруги каких-нибудь других учредителей. И второе — обязательно загляни в ее паспорт и узнай, не замужем ли она.

— Наташка? Замужем? Да с чего вы взяли?… — удивился Левчик.

Босс зыркнул на него сердито, но сдержался, не вспылил, а принялся сдержанно объяснять.

— Понимаешь, Леван, я подозреваю, что «рыбачок» наш не рыбак совсем, а… птицевод, что ли… А Натаха твоя — его курочка Ряба. Он ее на эту роль выбрал, а теперь подкармливает, пасет по хлебным местам, опекает. Зачем? А чтобы снесла она ему золотое яичко. Понимаешь? Самому ему это яичко высиживать неохота — то ли побаивается, то ли заметный очень… Вот он и решил для этих целей курочку-дурочку найти. Она яичко снесет, а он его прикарманит. Мне только одно не ясно — почему он так уверен в твоей подруге? Вот это ты и должен выяснить. Конечно, в соучредителях фирмы он вряд ли стал светиться — это слишком неосторожно, — а вот второй вариант вполне возможен. Уж больно удобно — фиктивный браков обмен на опеку и помощь, а когда яичко появится, женушке можно и аварию устроить… Ты же рассказывал — одна она осталась? Левчик кивнул.

— Ну вот! Я и говорю: никаких других наследников — просто идеальный вариант. Прикинь — миллионерша Ряба внезапно дает дуба, и тут откуда ни возьмись появляется безутешный, но совершенно законный супруг!

— Тогда, Борис Борисыч, не стоит, наверное, сейчас на него засаду устраивать?

— Верно мыслишь, Леван, — не стоит. Нам важней, чтобы он помог Натахе твоей покрупней яичко высидеть! Мы его, гада, сейчас беречь должны. А брать его будем не на квартире — все равно не придет он туда, — а на самом яйце! А пока пусть старается, шустрит. Нам не к спеху — курочка у нас под колпаком, денежки ее — тоже, так что пусть пока все идет, как идет.

— Борис Борисыч, а как же торги-то сегодня велись? — вспомнил вдруг Левчик.

— Торги? Через ее компьютер, я думаю. Мне мои спецы так объяснили: в ноутбуке этом скорее всего работает программа пересылки, а сам он включен и находится в режиме ожидания. Как только на него поступает сообщение по е-мейлу, он тут же пересылает его на биржу. Простое передаточное звено. А чтобы его, этого… ну пусть — «рыбачка», засечь нельзя было, ноутбук он ей дал с неисправным дисплеем. Мне сказали — рухлядь какая-то древняя, а не ноутбук!

— Вот оно что… То-то мои люди включить его не смогли… А как же тогда она получала адреса квартир, дач, все эти сведения по антиквариату?

— Не знаю. Может быть, по почте? Вы вот на телефон-то «жучка» сразу поставили, а в ящик почтовый заглядывали? — с издевкой спросил босс.

— Заглядывали, но… не сразу, — признался Левчик. — Не сообразил я как-то…

— То-то, дружок, — усмехнулся босс. — Ну да ладно, хрен с ним, с ящиком. Может, так оно даже и лучше… Нам сейчас, Леван, этого «рыбачка» спугнуть никак нельзя. Почует, что его курицу пасут — уйдет в тину, и все, поминай как звали! Поэтому все наблюдения вести предельно осторожно. Предельно! Сейчас такая ситуация, что лучше упустить твою Натаху, чем обнаружить себя, понял?

Левчик кивнул.

— Но туда, где ее сегодня потеряли, все-таки пошли кого-нибудь посообразительней. Пусть поспрашивают, где ее видели, мало ли что… Но — аккуратно!

Левчик кивнул еще раз.

— Все ли хорошо понял?

— Все, Борис Борисыч!

— Ну, тогда, Леван, давай по маленькой за успех нашего предприятия!

Они подняли рюмки и, чокнувшись, выпили…

Наташа успела принять ванну, поужинать и дважды пролистать тетради Митрохина, прежде чем «рыбка», наконец, разродилась новым заданием. Оно, как и предполагалось, было связано с записями безумного изобретателя.

Наташе предписывалось показать тетрадь лучшим московским специалистам по компьютерам и предложить им за обработку информации и изготовление на основе данного открытия опытного образца изделия любые деньги. Далее, как обычно, шел список этих самых специалистов с адресами и телефонами. В нем было пятнадцать фамилий.

Было еще не очень поздно, и Наташа могла бы, наверное, начать обзвон спецов немедленно. Она даже села уже со списком к телефону, но тут что-то ее остановило. Не усталость, не лень, не неловкость, а… какая-то смутная, непонятно из-за чего возникшая осторожность, опаска, что ли.

«Нет, — решила она, — завтра начну. И вот еще что — надо купить сотовый телефон. И удобно, и вообще…»

Вместо номеров из списка Наташа набрала номер Левчика — сказать, что ее планы изменились и в офис она завтра не приедет. Он не стал по своему обыкновению пытать ее — что да зачем, но сказал, что юристу фирмы срочно понадобились ксерокопии учредительных документов и ее паспорта: договорились, что утром он заедет за ними к Наташе.

Потом Наташа завалилась с книжкой в руках в кровать и не заметила, как заснула.

Ей снились ехидный циник доктор Поздняков, наивная и милая Люба Митрохина и кто-то еще — незнакомый, но невероятно симпатичный…

30

К середине второго дня Наташа прочесала почти весь список «рыбки». Почти, потому что двоих спецов по разным причинам в Москве не оказалось.

Она действовала, как заведенная — звонила со своего новенького мобильника очередному корифею компьютерных наук и предлагала пятьсот долларов за полчаса его драгоценного времени. От такого предложения не отказывался никто, Наташа мчалась на рандеву и, расплатившись вперед, просила уважаемого маэстро дать свое заключение о содержании тетрадки с Чебурашкой на обложке.