Кей Хупер - Крадущиеся тени

Алекс не откликнулась, когда ее известили об убийстве сестры, и ее молчание глубоко ранило Кэсси.

И все же, несмотря на нежелание самой Кэсси знать, что представляла собой Александра Мелтон, личность тетушки, как будто сопротивляясь ее воле, твердо вознамерилась не оставаться загадкой: то тут, то там Кэсси натыкалась на оставленные ею следы пребывания, на воспоминания других людей, говоривших о ней. Взять, к примеру, многочисленные наборы инструментов для прикладных ремесел, купленные в магазине Джилл Керквуд. Все эти покупки, явно служившие предлогом лишний раз зайти в магазин, свидетельствовали об удивительной застенчивости тети Алекс. Или взять предупреждение, о котором рассказала Эбби. Александра была сильно встревожена и говорила с большой неохотой. Кэсси поняла, что это значит: ее тетя чувствовала свою ответственность и в то же время хотела избежать вмешательства в чужую жизнь.

Существовали и другие проявления личности Алекс Мелтон, обнаруженные за те месяцы, что Кэсси провела в ее доме. Они сказывались во всем: в обстановке, подборе книг и в коллекции фильмов, составлявших целую видеотеку. Это увлечение тетушки Кэсси тоже разделяла. Так, постепенно, у нее сложилось вполне четкое представление о вкусах и предпочтениях Алекс Мелтон.

Но она по-прежнему не имела ни малейшего представления о том, из-за чего поссорились мама и тетя. Она не знала, почему Алекс оставила этот дом и землю ей в наследство: то ли просто потому, что Кэсси была последним оставшимся в живых членом семьи, то ли существовали какие-то иные, более веские причины.

А главное, она так и не приблизилась к пониманию того, как ей толковать полученное с опозданием загадочное предупреждение.

Разглядывая коробку с бумагами, которые могли бы содержать важный ключ к пониманию тетиного письма, Кэсси спросила себя: не окажется ли ее собственное упрямое нежелание поближе познакомиться с Алекс Мелтон слишком дорогим капризом?

Поднявшись с дивана, Кэсси подошла к камину. Там она на минуту задержалась, глядя на письмо и конверт у себя в руке, но колебание было недолгим. Она швырнула и то, и другое в огонь и дождалась, пока бумага не рассыпалась в пепел.

Потом она подтянула к себе коробку с бумагами тети и приступила к изучению чужой жизни.

– Ну что ж, – проворчал Ларри Рэмзи, провожая девушек в торговый центр, – вот мы и пришли.

В его голосе слышались мученические нотки, столь свойственные представителям сильного пола, когда их вынуждают уделять внимание женщинам, в то время как им хотелось бы очутиться в ином месте и заняться совершенно иным делом: например, всласть покопаться в каком-нибудь моторе.

– Я тебе очень благодарна, Ларри, – отозвалась Сью, состроив ему глазки.

– Без проблем, – снисходительно пробурчал Ларри.

– Просто хочу, чтобы ты понял: мне действительно очень важно проверить эту компьютерную разработку именно сегодня, тогда я смогу все выходные работать над своим проектом. Поэтому я тебе очень обязана.

Диана подавила смешок. Ларри, конечно, ничего не замечал – и неудивительно, он ведь на десять лет старше! – но для нее самой не было секретом, что подруга влюблена в ее брата. Обычно она проявляла сочувствие, но в этот день ей, безусловно, было не до переживаний Сью: ей хватало своих забот.

– Да ладно, чего там, – сказал Ларри, причем только Диана уловила нотку нетерпения в его голосе. – Вот отдел радиоэлектроники...

– Сью, разве ты не говорила, что видела программу в том киоске на другом конце торгового центра? – быстро вставила Диана.

– Ах да, я и вправду видела его там, – послушно откликнулась Сью.

– Ну тогда пошли. – Ларри сделал жест девочкам, приглашая их пройти вперед, а сам двинулся следом, не отставая ни на шаг, как настоящий конвоир, и они смешались с толпой других бесстрашных, рискнувших заглянуть в торговый центр в этот день.

Диана украдкой бросила взгляд на часы у себя на запястье. Три тридцать. Значит, у нее еще есть в запасе несколько минут. Она надеялась, что компьютерный магазин так же полон, как обычно: тогда ей будет гораздо легче. Хотя Ларри наверняка завязнет в компьютерном отделе и без посторонней помощи, а Сью ей обещала отвлечь его вопросами о программе, которую собиралась купить, Диана понимала, что ее отсутствие скорее пройдет незамеченным, если в магазине будет много народу.

А между магазином и одним из выходов на улицу имелся небольшой коридорчик. Нечто вроде тамбура. Идеальный вариант.

Просто идеальный.

Ханна Пэйн понимала, что с ее стороны не очень-то умно отправляться в торговый центр в одиночку после того, как она обещала Джо, что носу не высунет из дому одна, и ей потребовалось время, чтобы набраться духу. Но в конце концов скука и необходимость кое-что купить возобладали над осторожностью. Джо поздно вернулся домой, стало быть, после их утреннего совместного похода к бакалейщику он проспит чуть ли не до ужина. Ханне предстояло провести долгий безрадостный день в одиночестве. Печальная перспектива.

К тому же тревоги и соображения типа «а что, если», казавшиеся такими пугающими глубокой ночью, когда она была одна и шарахалась от каждой тени, при ярком свете дня едва не рассмешили ее своей нелепостью.

И наконец, когда они утром делали покупки, она забыла, что ей нужно забрать несколько штук материи, заказанной в отделе тканей торгового центра.

Ханна была портнихой. Ее способностей вполне хватало, чтобы обеспечить себе безбедную жизнь своим ремеслом, а в самое последнее время она занялась моделированием одежды для одного из городских магазинов. Интерес, проявленный к ее работе, воодушевил Ханну, и ей захотелось поскорее создать несколько новых моделей. Поэтому ей нужен был материал.

Надо было, наверное, взять с собой Бизона, но он не любил передвижения на колесах и терпеть не мог, когда его оставляли в машине одного, поэтому она отправилась одна, оставив Джо записку (на случай, если он вдруг проснется и хватится ее), где объяснила, куда едет и зачем. Машину она тщательно заперла и по дороге бдительно следила, не увяжется ли за ней какой-нибудь подозрительный незнакомец.

Но ей не встретились незнакомцы, она не заметила ничего подозрительного и добралась до торгового центра без приключений.

Часы как раз показали полчетвертого, когда она оставила машину на стоянке как можно ближе к центральному входу и вошла.

Механическая музыка вырывалась из динамиков вроде бы даже громче, чем обычно. А все потому, что толпа была пожиже, чем обычно, да и вела себя потише. И все заметно нервничали.