Екатерина Красавина - Кофе с перцем

Лариса с радостью окунулась в уже знакомую ей атмосферу киностудии. Сериал «Придворный роман» обещал стать самым громким проектом будущего года. Режиссер фильма Васин возлагал на него большие надежды. И поэтому отбор актрис был жестким. Результаты кастинга держались в строгом секрете. Никто не знал, прошел ли он первый отборочный тур. Только через месяц счастливчикам, преодолевшим эту планку, выдали специальные бланки, где было написано, что они участвуют в дальнейшем кастинге. Сипаев искренне порадовался за Ларису.

— Вовремя тебе эта работа подвернулась, — сказал он.

— Что вы имеете в виду? — не поняла Лариса. Но Сипаев только махнул рукой.

От своих коллег Лариса узнала, что у него крупные неприятности: у театра вот-вот отберут здание.

Ей было от всего сердца жаль Сипаева, но помочь ему она ничем не могла. А вскоре события посыпались на нее чередой. Одни за другими.

Умерла Эмилия Григорьевна.

У Сипаева отобрали особняк, где размещался театр, и все актеры во главе с худруком оказались на улице.

Лариса прошла второй тур кастинга.

Печаль шла рука об руку с радостью.

— Теперь мы безработные, — сказал Сипаев на собрании труппы.

Все молчали, подавленные. Выдвигались различные планы: кто предлагал написать письмо в мэрию, кто — обратиться к министру культуры. Но Сипаев никак не реагировал на происходящее. Внезапно он побледнел и завалился набок. Сидящая рядом с Ларисой актриса истошно закричала:

— Воды!

Вызвали «Скорую», и она увезла Сипаева прямиком в больницу.

Дома Лариса попыталась сосредоточиться на том, как ей жить дальше. Да, она прошла второй тур. Но это не значит, что ее утвердили на главную роль. Предстоит еще упорная борьба с другими актрисами. И кто победит — неизвестно. А потом «добро» на окончательную кандидатуру должны дать американцы со своей стороны. Вдруг им не понравится российский выбор? Словом, мороки впереди было еще много. И на все это у Ларисы должно хватить терпения и выдержки. И в этот трудный момент она лишилась работы в «Марионетках»». Если она не пройдет кастинг, то непонятно, чем ей заниматься в будущем. Искать работу в другом театре? В хороших театрах труппы укомплектованы плотно, да там и своих отличных актрис навалом. Лариса пила креп-кий чай и задумчиво глядела в чашку. «Мне надо жить сегодняшним днем, — одернула она себя, — а не бежать впереди паровоза. Иначе я не смогу сконцентрироваться на главной задаче — выйти в третий тур». Лариса чувствовала, как слипались ее глаза: усталость и вымотанность от последних дней брала свое. Она встала с табуретки и пошла в комнату. Там, не раздеваясь, легла на диван и мгновенно уснула.

Вначале Ларисе было странно, что по вечерам она не идет в театр и не играет в спектаклях. К этой пустоте привыкнуть было трудно. Несколько раз она навещала Силаева в больнице. Он держался изо всех сил, но выглядел постаревшим и вымотанным.

— Теперь я пенсионер, правда, чем мне заниматься — ума не приложу. Внуков у меня нет, сидеть у «ящика» я не люблю, заниматься сплетнями — тоже. Что ты мне посоветуешь?

Лариса помолчала.

— Может быть, вам завести собаку? — предложила она.

— Я их терпеть не могу, — поморщился Сипаев. — Как ты?

— Ничего.

— Держись, времена наступают тяжелые, но ты выдюжишь.

— Постараюсь.

Настроение у нее было тревожным. Несмотря на то, что она приказывала себе не думать о плохом, черные мысли вползали в ее голову, как непрошеные гости. Ей было жаль Сипаева, собственной неустроенности. Она, словно акробат, шла по канату над пропастью. И все зависело от этого проклятого кастинга. «Пройду — не пройду». Но дело было не только в этом. С некоторых пор Ларисе стало казаться, что за ней следят. Чьи-то глаза буквально прожигают ей спину. «Вдруг у меня уже крыша поехала от всех этих событий? Так недолго и свихнуться», — с тоской думала Лариса. Но избавиться от этого чувства она не могла. Иногда она шла по улице, потом внезапно оборачивалась и пристально вглядывалась в лица прохожих. Казалось, что некоторых людей она уже видела где-то раньше. Но они быстро проходили мимо, и она не успевала запомнить их лица. «Это — Хасанов! Он установил за мной слежку. Но зачем? Он хочет знать, где я бываю и что делаю. Пока он в тени, но в любое время может объявиться снова. Он не оставит меня в покое…» Но в глубине души она надеялась, что Хасанов забыл о ней. «Чего ему возиться со мной, вокруг столько доступных девиц? Одна краше другой».

Наступил май. Лариса подумала, что надо прошвырнуться по магазинам. И прикупить обновок. Она наметила себе день, собралась, взяла деньги. Но только она вышла из дома, как ощутила, что чей-то взгляд буквально шарит по ней. Ларису охватил ужас. У нее закружилась голова, а ноги словно приросли к асфальту. Она огляделась. Ничего подозрительного. Лариса приложила руку ко лбу. На нем выступила испарина. Чуть ли не бегом она вернулась домой. И села на табуретку в кухне, тяжело дыша, как загнанный зверь. Она налила в чашку холодной воды и залпом выпила ее. Потом набрала номер Сергеева. Его не было дома. Она позвонила по сотовому. После пятого гудка он ответил.

— Алло!

— Это я, Лариса.

— Привет! Как дела?

— Нормально. То есть не совсем.

— Я слышал, что твой театр закрыли.

— Да.

— Сожалею. Чем сейчас занимаешься? — спросил он.

— Прохожу кастинг к фильму «Придворный роман».

Сергеев присвистнул.

— Круто! Ну и как?

— Пока в обойме.

— Так держать!

Наступила пауза.

— Ты что делаешь сегодня вечером? — после недолгого молчания спросил Сергеев.

— Пока не знаю.

— Может, встретимся?

— Я боюсь выйти из дома.

— Не понял!

— Мне кажется, за мной следят. Снова наступила пауза.

«Он думает, что я сумасшедшая!» — промелькнуло у Ларисы в голове.

— Да-а… — протянул Сергеев. — Работа всегда… так выматывает. Надо уметь расслабляться, отдыхать. У меня сегодня свободный вечер. Мы бы пошли куда-нибудь. Посидели. Отдохнули…

— Я тебе перезвоню, — выпалила Лариса и, не дождавшись ответа, дала отбой. «Зачем я позвонила Сергееву? Что он может сделать? Роман закончился, встречаться я с ним не хочу… Нет, больше звонить ему не надо. Ни под каким предлогом».

Лариса осталась дома. Выйти на улицу ей было страшно. Она пыталась читать книгу, но буквы расплывались у нее перед глазами. Тогда она решила посвятить день уборке квартиры. Она добралась до каждого уголка и вылизала все до блеска. Размеренные механические движения немного успокоили ее. Лариса решила больше не давать волю своим страхам. И не думать ни о какой слежке. «Это мой бред! Я просто переутомилась за последнее время!»