Брэм Стокер - Врата жизни

Нос шлюпки развернулся по направлению к судну, матросы налегли на весла. Команда торопливо взялась за дело, поднимая лодку до уровня нижней палубы. Там уже ждал боцман, который первым делом подхватил девочку. Перл потянулась к Гарольду и заплакала, внезапно испугавшись:

– Нет, нет, я хочу, чтобы дядя забрал меня! Я пойду с дядей!

Гарольд, который совсем ослабел после совершенных усилий, мягко проговорил:

– Послушай, дорогая, ступай с ним! Боцман позаботится о тебе, отнесет к маме с папой.

Девочка послушалась и даже спряталась личиком в плечо боцмана. Затем матросы помогли самому Гарольду выбраться из шлюпки. С ним обращались почти так же бережно, как с ребенком. Перл вскоре оказалась на руках у матери, которая горячо прижала ее к груди, и девочка обхватила ее руками за шею. Потом она взглянула маме в лицо и заметила, как та бледна. Тогда малышка погладила женщину по щеке и проговорила:

– Бедная мамочка! Я намочила твою одежду, – и обернулась к стоявшему рядом отцу со слабой улыбкой.

Мистер Стоунхаус обнял жену и дочь, не веря своему счастью.

А тем временем матросы и пассажиры дружно приветствовали Гарольда, сам капитан поспешил присоединиться к восхвалениям в адрес отважного молодого человека.

Прошло несколько минут, прежде чем прозвучала команда «Полный вперед!», и судно продолжило путь на запад.

Миссис Стоунхаус глаз не сводила с дочери, но когда появился Гарольд, женщина бросилась к нему, и все расступились, давая ей дорогу. Передав девочку мужу, она обняла юношу и поцеловала в щеку, а затем опустилась перед ним на колени. Гарольд был шокирован и смущен столь бурными проявлениями благодарности. Он попытался поднять ее.

– Вы спасли моего ребенка! – воскликнула она.

Гарольд был истинным джентльменом и добрым человеком. Он не мог позволить себе отвечать ей, пока не добился, чтобы она встала, только тогда он мягко сказал:

– Ну, ладно, ладно! Не надо плакать, я рад, что смог быть полезен. Любой на борту мог оказаться на моем месте. Просто я был ближе всех и стал первым. Только и всего!

К ним подошел мистер Стоунхаус, он энергично пожал руку Гарольда.

– Не знаю, как благодарить вас. Но вы настоящий мужчина, вы понимаете, что я сейчас чувствую. Благослови вас Господь за доброту к моему ребенку, а также к нам, родителям!

Супруги снова обнялись, удерживая застывшую в воде девочку вместе, согревая ее своими телами. Только теперь малышка ощутила страх – отчасти из-за волнения взрослых, отчасти потому, что стало проходить состояние шока. И она заплакала.

– Мама, мамочка, – и она захлебнулась рыданиями, от которых слезы выступили на глазах многих свидетелей.

– Одеяла уже нагрели, надо переодеться и согреться тем, кто был в воде, – сказал один из подошедших офицеров.

Миссис Стоунхаус пошла в каюту, прижимая к себе плачущую девочку, а два матроса сопровождали ее, оберегая от падения на мокром настиле. Гарольда сопровождали другие члены экипажа. Кто-то накинул ему на плечи покрывало, кто-то налил бренди, кто-то по-приятельски похлопал по плечу.

Остаток дня на корабле царила тишина. Благополучное избавление от беды умиротворило всех, а пережитое волнение забрало немало сил и у непосредственных участников события, и у его свидетелей. Семейство Стоунхаус оставалось в своей каюте, хлопоча вокруг Перл, которая вскоре уснула в тепле, после того как ее осмотрел доктор. Гарольд был ужасно смущен всеобщим вниманием, а потому не выходил из каюты, пока гонг не призвал пассажиров к ужину.

Глава XXV. И дитя поведет нас

После ужина Гарольд сразу вернулся в свою каюту и прилег на диван. На него накатила волна тягостных воспоминаний – естественная реакция, как обратное качание маятника после всех треволнений дня.

Кто-то осторожно постучал в дверь. Открыв, Гарольд увидел мистера Стоунхауса, который заговорил с порога:

– Я пришел к вам по поводу своей дочери, – он остановился, потому что голос предательски дрогнул.

Гарольд испугался, что на него обрушится новый поток благодарностей, а потому поспешил ответить, не дожидаясь продолжения:

– О, умоляю вас, ничего не говорите! Я был только рад, что мне выпала честь оказаться полезным. Надеюсь, малышка хорошо себя чувствует после этого… приключения?

– Поэтому я и зашел, – сказал мистер Стоунхаус. – Мы с женой, действительно, благодарны вам и не хотели бы докучать. Но дочка после всего пережитого сильно испугалась и зовет вас. Мы пытались успокоить ее, но тщетно. Она проснулась и наотрез отказывается улечься снова, пока не увидит вас. Она все зовет «дядю», который придет и поможет ей. Мне ужасно неловко, я представляю, как вы устали. И вам надо согреться и отдохнуть, но если бы вы смогли…

Гарольд прервал его жестом и просто сказал:

– Конечно, я пойду. Если я еще что-то смогу сделать, меня это искренне порадует. Перл – прелестный, добрый ребенок. Я поражен ее терпением и волей к жизни, мало кто смог бы перенести такое испытание.

– Вы должны все подробно рассказать мне и ее матери, – вздохнул мистер Стоунхаус, и они вместе отправились к маленькой Перл.

Когда они подошли к каюте, сразу услышали за дверью детский голос, громкий и почти пронзительный:

– Где дядя? О, где же дядя? Почему он не приходит? Он сможет меня спасти! Я хочу видеть дядю!

Как только дверь открылась и девочка увидела Гарольда, панический тон сменился возгласом радости. Перл потянулась навстречу молодому человеку, и он принял ее из рук матери. Девочка прижалась к его груди, поцеловала в щеку и погладила маленькой ручкой по лицу, словно хотела убедиться в его реальности. Потом она положила голову ему на плечо, вздохнула, и мягкий, глубокий сон охватил ее, словно туман, в котором расплываются контуры. Гарольд присел, удерживая ребенка на руках. Миссис Стоунхаус укутала девочку теплой шалью и села рядом. Отец и няня стояли у дверей, с тревогой глядя на происходящее.

Через некоторое время, когда показалось, что девочка уснула, Гарольд осторожно встал и положил ее в кроватку. Но стоило ему выпустить ее из рук, она проснулась с криком. В распахнутых глазах стоял ужас. Перл вцепилась в руку юноши и проговорила между рыданиями:

– Не оставляй меня! Не оставляй меня! Нет, нет!

Гарольд был искренне тронут, он подхватил малышку и проговорил:

– Нет, милая, я не собираюсь оставлять тебя! Посмотри мне в глаза, обещаю, что буду рядом. Все будет хорошо. Ты мне веришь?

Она быстро взглянула ему в лицо, кивнула и снова опустила голову ему на плечо, а затем прошептала:

– Да, я больше не стану бояться. Я верю тебе, дядя!

Миссис Стоунхаус хотела помочь юноше, который так много сделал для ее ребенка и теперь продолжал заботиться о Перл.