Ширли Лорд - Лица

– Ты слышала, что я сказала? Это мое решение, и никто его не изменит.

– Я опаздываю, – с вызовом сообщила Алекса таксисту, будто это он нес ответственность за то, что до самой Ист-Энд-авеню машина стояла на каждом светофоре. Босс, как всегда, назначил встречу по новому адресу.

Водитель невежливо пробурчал что-то В ответ, но прибавил ходу. Первый раз Форга не прислал машину – длинный серый лимузин с затемненными стеклами, за которыми окружающий мир приобретал приятные, мягкие оттенки. Сомнений нет, это выговор – хозяин «Дэви» недоволен ее предстоящей поездкой.

Перед тем как стать крупным акционером империи, Алекса твердо решила отдохнуть.

К счастью, вместо пятнадцати—двадцати минут опоздания она отделалась двенадцатью. От знакомого чувства страха и нетерпения сводило желудок. Он решит, что она опаздывает назло. Алекса менялась на глазах, шумный успех неизбежно портил ее, делал все более независимой. Форга уже высказывал претензии и сказал, что неподчинения не потерпит.

Рассеять страхи и подозрения босса потребует времени, надо набраться терпения, иначе каникулы не состоятся. Алекса думала, что знает, как это сделать, настроилась решительно, а тут такая досадная промашка. Какое легкомыслие, даже деньги заранее не приготовила. Вытащив наконец кошелек, она протянула таксисту пятидолларовую бумажку.

– Вы мне кого-то напоминаете, мисс. Вы не… как же ее зовут? Самое красивое лицо, или что-то в этом роде?

Опаздывая на свидание к Форге, Алексе некогда было объясняться.

– Сдачи не надо. – Она выскочила из машины, на ходу надевая очки и запихивая прядь золотых волос в пучок. Нервы пошаливали, как всегда перед разговором с Форгой.

Дверь, как при каждой встрече, была приоткрыта. Коридор освещала одна-единственная толстая темно-синяя свеча. Услышав голос сверху, она собрала все свое самообладание.

– Алекса, поднимись, пожалуйста. Давно мы не виделись. По-моему, больше двух недель.

Она робко поднялась по черным полированным ступеням – не только из-за боязни поскользнуться. В первый раз Форга ждал ее не в кабинете за массивным столом. Он стоял в лестничном проеме. Свет падал только ему на лицо и на скульптуру коленопреклоненной женщины позади, склонившей к полу пряди волос из слоновой кости. Внизу со стуком закрылась входная дверь.

– У нас важный повод встретиться, моя дорогая…

Ладони повлажнели от напряжения, но на этот раз он не пожал ей руки. Она прошла за ним по толстенному ковру коридора в гостиную с обитыми парчой диванами, гобеленами и скульптурами из слоновой кости в великолепно освещенных альковах.

Алексе было неловко, неуютно, как девочке, впервые попавшей на взрослую вечеринку. «Держись, Алекса, держись!» Форга указал ей на место рядом с собой на гигантском диване. Изо всех сил она старалась удержать дистанцию между собой и могущественной фигурой хозяина, скрыться от его пронзительных темных глаз. Не только потому, что он бесспорно красивый мужчина. Таким Шарлотта Бронте, должно быть, представляла себе Рочестера, а ее сестра Эмилия – Хитклифа. Форга источал некое массивное, необъятное величие, захватывавшее всех, кто находится рядом. Лишь один раз Алекса оказалась совсем близко к нему, когда он встал попрощаться. Тогда ей сразу же захотелось быть еще ближе, и не в сексуальном смысле. Сила его глаз притягивала, она мечтала получить одобрение и благословение, прикоснувшись к его рукам.

– Ты моя звезда. Я выбрал тебя, ты ведь знаешь?

Она медленно кивнула, чувствуя, как его глаза приказывают ей не отрывать взгляда от повелителя.

– Барри говорил с твоими людьми, с твоим агентом. Через пару месяцев истекает срок твоего контракта с ними. Ты станешь одной из важнейших персон в империи «Дэви», известнейшей деловой женщиной в мире. Ты будешь вдохновлять женщин всей земли, представлять все, чего достигла Мадам Дэви в своих исследованиях.

Кружилась голова, но оторвать своих глаз от его Алекса не могла.

– Тебя уже ждут в Рио, в Буэнос-Айресе, в Токио и, конечно, в Париже и Лондоне. Ты ведь никогда там не была.

Это был не вопрос. Он не дотрагивался до нее, но она чувствовала, что сейчас сжата в его крепких руках.

– «Дэви» отправится во все четыре стороны света. И ты, моя дорогая, тоже совершишь путешествие по всей Земле – и на Луну. Ты представляешь, каково побывать на Луне, прекрасное Лицо?

Она снова покачала головой, мечтая в эту минуту лететь на все четыре стороны, на Луну. С ним – куда угодно. Он говорил так мелодично, Алекса словно слышала океанский прибой в Мендосино, шелест ветра в пальмовых листьях Санта-Барбары.

– Ты звезда, но твоей звездности нужна поддержка, моя безупречная Алекса. Скоро ты почувствуешь, что хочешь стать еще более похожей на себя, чем сейчас, – суперзвездой, кометой над людской толпой. Я помогу тебе достичь этого.

Он поднялся, отвернулся, и магия исчезла. Алекса испугалась, что может громко выдохнуть от облегчения: когда он подошел к двери, перед ней был не бог и не хозяин, подавляющий, уносивший разум в прекрасные незнакомые миры. Он был всего лишь человеком, невероятно могущественным, но человеком. И все равно голова шла кругом. Рио, Буэнос-Айрес… неужели она скоро попадет туда?

– Проходи сюда. – Они перешли в следующую комнату, и у нее захватило дыхание. Перед ней на экране величиной в стену мелькали кадры с ней и Марком в Гринвич Виллидж. Они держались за руки, гуляли, разговаривали. Алекса тут же вспомнила, что Марк как раз вел ее в марокканский ресторан.

– Он прекрасный человек, – мягко произнес Бакстер Форга. – Но сейчас ты не сможешь поехать с ним в Марокко. У нас много важных дел.

Алекса подготовила целую речь, кучу аргументов, но в одну минуту все вылетело из головы. Вместо этого она выговорила одно слово:

– Почему?

– Это часть нашей стратегии. Стратегия нашей богатейшей империи. В четверг, когда ты собиралась ехать, тебе назначена очень важная встреча со старым другом.

Они вернулись в огромную роскошную гостиную, и на этот раз он по-настоящему прикоснулся к ней. Провел руками по ее волосам, так что она снова почувствовала себя звездой.

Сложив руки на коленях, Алекса терпеливо ждала – кто же этот старый друг?

– Тебя ждут в офисе «Вью», нужно обсудить возможность сняться на сентябрьской обложке. Будет владелица, исполнительный директор и, что более важно, Пенелопа Уоверли. – Форга с любовью посмотрел на нее. – Марокко и на следующий год будет в том же месте, и к тому времени ты сможешь купить себе его кусочек, если захочешь.

Он проводил ее до лестницы.

– Когда закончишь фотографироваться, мы устроим праздник – в воскресенье. Я пришлю за тобой Барри. Будет особенный праздник. Я покажу тебе, что значит слетать на Луну.