Энн Максвелл - Тайные сестры

– Может быть, по манхэттенским стандартам и не блеск… – сказал Кейн, смотря на хижину.

– Здесь свои стандарты и свои традиции, – ответила Кристи.

– Древние, как пещеры анасазей.

Кейн понял, что Кристи говорит это совершенно серьезно.

– Ты не перестаешь меня удивлять, – сказал он через минуту.

– Это потому, что ты смотришь на меня и думаешь о Нью-Йорке, о Джо-Джо, о своих проблемах… Кристи запнулась и глубоко вздохнула.

– Впрочем, что касается проблем, то здесь ты, пожалуй, прав, – признала она. – Я действительно принесла тебе много хлопот.

– Твоей вины здесь нет, Рыженькая. Проблемы начались много месяцев назад.

– Много лет назад. – Ее голос срывался. – Все это началось тогда, когда я уехала в Нью-Йорк и оставила Джо-Джо одну.

– Ерунда, Рыженькая.

Кристи устало покачала головой:

– Я была единственной, кто мог найти к ней подход. И я уехала. Никогда себе не прощу…

– Джо-Джо сама выбрала, что хотела, – сказал Кейн, вылезая из кабины. – И ничьей вины, кроме ее собственной, здесь нет.

Кристи спрыгнула на землю. Напряжение, в котором она жила весь день, измучило ее, и, когда ноги коснулись земли, она чуть не упала от слабости.

– Давай не будем говорить о Джо-Джо, – сказал Кейн. – А то это тебя совсем доконает.

Кристи понимала, что он прав. В первый раз в жизни она почувствовала себя хрупкой и беззащитной. Это чувство было ей неприятно, но она была не в силах с ним бороться.

Хижина оказалась не заперта. Кейн широко открыл дверь и включил свет. По западным меркам, хижина была обставлена роскошно. Единственная комната все еще хранила дневное тепло и запах высохших цветов, стоявших в вазе на столе. Один угол комнаты был оборудован под кухню, дверь с противоположной стороны вела в ванную. В комнате стоял двухспальный диван.

Кристи посмотрела на Кейна, словно задавая вопрос, который рано или поздно неизбежно должен был возникнуть.

– После ужина кинем жребий, кому спать в машине, – сказал Кейн.

– На железном полу?

– На матрасе. Ларри не дурак.

Кейн открыл окна, и прохладный ночной воздух проник в комнату.

– Нужно развести огонь, – сказал Кейн. – Я принесу дрова, а ты пока посмотри, что можно приготовить на ужин.

– Ты хочешь что-нибудь заказать? – улыбнулась Кристи.

– Это на твое усмотрение. Я не привередлив.

Кристи догадывалась, как голоден Кейн. Самой ей казалось, что она не ела уже несколько дней.

«Вот почему я чувствую себя такой слабой. Я просто голодна».

Кристи быстро просмотрела содержимое кухонных шкафов и маленького холодильника. В холодильнике оказались яйца, сыр, масло и несколько лепешек. В буфете – большая банка фасоли, бутылка вина и банка кофе.

Кофейник и чугунная сковорода стояли на плите, поскольку в шкафу было очень мало места. Пошарив у плиты, Кристи нашла спички.

Пока Кейн разводил огонь в маленьком камине, Кристи накрывала на стол. Лепешки шипели на политой маслом сковороде.

– Пахнет аппетитно, – сказал Кейн, садясь за стол. – Спасибо за ужин.

Она удивленно посмотрела на него:

– Не стоит. Подумаешь – разогреть лепешки!

– Не скажи. Я люблю ужин, приготовленный в домашней обстановке.

Ели они молча, глядя на уютное пламя камина. Где-то несколько раз протяжно прокричала сова. Из рощи на противоположном краю каньона ей ответила другая.

Закрыв глаза, Кристи наслаждалась тишиной и уютом. По звуку она поняла, что Кейн наливает ей кофе. Этот звук странным образом был похож на таинственные ночные шорохи за окном.

– Почему ты рассталась со своим другом? – спросил вдруг Кейн.

Кристи пожала плечами.

– Хорошо, начнем сначала, – сухо сказал он. – Почему ты в свое время с ним сошлась?

Кристи открыла глаза.

Кейн не сводил с нее своих янтарных, ярко горящих глаз.

– Мы оба ошибались, – ответила она. – Я думала, что ему нужна женщина, которую он мог бы водить на выставки, на концерты…

– И с которой спать?

Кристи пожала плечами:

– Секс не был для нас главным. А потом ему исполнилось сорок и захотелось семьи, дома, уюта…

Кейн рассмеялся, покачав головой:

– И чего еще?

Она удивленно покосилась на него.

– А почему ты порвала с ним именно тогда, когда я сидел в баре с Ларри? Ведь это, кажется, произошло именно тогда? Ты сказала этому типу…

– Его зовут Ник.

– …чтобы он убирался к черту.

– А что, по-твоему, я должна была ему сказать? Что я шляюсь по Дикому Западу с человеком, которого разыскивают за убийство индейца по имени Джонни Десять Шляп, который, в свою очередь, хотел убить нас обоих? Что я видела, как погиб человек, как истекала кровью собака…

Голос Кристи сорвался.

– Успокойся, родная. Все в порядке.

– Нет, не в порядке.

Кристи почувствовала, как к горлу подступает комок, она хотела замолчать, но не могла. Сознание ненормальности того, что случилось, охватывало ее темными волнами, словно она проваливалась в какой-то грязный омут…

– Или, может быть, я должна была ему сказать, – продолжала она, – что ищу свою тайную сестру, которая есть не кто иная, как всемирно известная модель, чей портрет он видит в каждом журнале?

Глаза Кейна сузились.

– Нику нравилась Джо-Джо?

– Они никогда не встречались. Ник до самого последнего времени не знал, что мы сестры.

– Почему?

– Потому что я чертовски устала быть некрасивой сестрой знаменитой красавицы.

– Некрасивой? Ты с ума сошла, Рыженькая!

– По сравнению с Джо-Джо я уродина, – мрачно сказала она.

– Во всяком случае, не для меня.

Кристи не услышала его.

– Или, может быть, я должна была рассказать Нику о Питере Хаттоне, который украшает свою спальню скульптурами демонов и любит смотреть, как моя сестра трахается с местными ковбоями?

– Не думаю, что Ник будет готов такое услышать.

Она рассмеялась:

– Я тоже!

Кейн вдруг осторожно, но настойчиво вынул у нее из рук чашку с кофе.

– Кофеин тебе сейчас нужен меньше всего, – сказал он.

Он вылил кофе в раковину, сполоснул чашку и достал из бара бутылку бренди. Он налил большой бокал и поставил его перед Кристи.

– Я столько не выпью.

– Я тебе помогу.

Кристи вдохнула аромат бренди и отпила глоток.

– Потрясающе!

– Ну и кто ханжа? – спросил он.

Она рассмеялась. Он снова погладил ее волосы и начал неторопливыми привычными движениями убирать со стола.

– Я уберу, – предложила Кристи.

– Нет, – ответил он, – не будем нарушать правило: один готовит, другой убирает.

Кристи кивнула и стала маленькими глоточками пить бренди, глядя на Кейна, не по-мужски привычно справлявшегося с посудой.