Наталья Перфилова - Увидеть Париж и разбогатеть

— Кто эти люди? — По-французски спросила она.

— Друзья твоей матери. — Коротко ответила я и жестом пригласила всю компанию следовать за собой в гостиную. Мы расселись вокруг низкого журнального столика и снова замолчали, настороженно посматривая друг на друга.

— Попроси, чтобы она показала документы, удостоверяющие ее личность. — В пол голоса сказал, наконец, Ивакин.

Я перевела его просьбу на французский, девушка внимательно выслушала а потом улыбнулась и охотно протянула мне папку, в которой я увидела паспорт на имя Натали Линдер, свидетельство о ее рождении, еще несколько не понятных мне документов, билет на самолет, заверенный сегодняшним числом и несколько цветных и черно белых фотографий. Карточки заинтересовали меня в первую очередь. Я стала внимательно вглядываться в лица на фотографиях. Их было не много, не больше двенадцати, ну, максимум четырнадцати штук. Практически на всех можно было рассмотреть белокурую девочку … На разных кадрах фотограф запечатлел ее в разном возрасте. В основном фото были любительские не слишком хорошего качества, но лица пропечатались вполне четко и узнаваемо. Здесь был даже семейный портрет, сделанный в профессиональной студии, около трех лет назад, о чем и свидетельствовала дата под витиеватым обрамлением рядом с надписью по-французски «Руан». С него на меня смотрел первый муж Дианы Давид Линдер, его вторая жена Изабель и белокурая девочка, постриженная под каре, без сомнения та самая, которая сидела сейчас в кресле передо мной. Я еще раз перебрала фотографии одну за другой и передала их Ивакину.

— Ты видела эти кадры раньше? — Спросил он.

— Точно такие же, нет. Но я узнала и Давида, и Изабель, его вторую жену. Потом там на одной из фотографий девочка сидит в песочнице напротив дома. Это точно дом Линдеров. И вот это платье с уткой на кармане я тоже видела на одном из присланных Диане адвокатом кадров.

— И документы, и фото вроде на поддельные не похожи… Спроси у нее, могу я ненадолго взять эти бумаги, чтобы убедиться в их подлинности?

— А кто этот человек? — С удивлением спросила в ответ на эту просьбу Натали. — Мамин адвокат? Ему можно доверять? Изабель предупреждала меня, что с русскими нужно вести себя очень осторожно…

— Ему можно доверять. — Успокоила девушку я. — Он не адвокат, а полицейский, расследующий причины смерти твоей матери…

— Мне сказали, она покончила с собой. — Удивилась Натали. — Разве это не так?

— У Дианы не было причин для самоубийства. — Ответила я. — Скажи, Натали, а кто сообщил тебе о смерти матери? Мне казалось, ты не поддерживала никаких отношений с Россией в течении всех этих лет.

— Мне прислал уведомление наш семейный адвокат. Он сказал, что мы с Изабель должны поехать в Россию, чтобы разобраться с делами моей матери. Он объяснил, что она довольно богатая женщина и у ее бизнеса нет других наследников, кроме меня… Я вылетела сюда прямо на следующий день. К сожалению, Изабель не смогла поехать со мной, но она обещала прибыть не позднее, чем через неделю, как только управится со своими неотложными делами.

Все эти пояснения я быстренько перевела для ребят на русский. Хмуро выслушав меня, Петя, прихватив папку с документами, удалился, Натали, извинившись и сославшись на усталость из-за перелета, снова скрылась в спальне, а мы с Денисом и Юлей заперлись на кухне.

— Что вы обо всем этом думаете? — Шепотом спросила Юля. — Не похоже, что эта девочка врет…

— А мне она не понравилась. — Неожиданно высказал свое мнение Тихомиров. — На мой взгляд, она не настолько искренна и наивна, как пыталась изобразить во время разговора с нами… Ее выдают глаза. Они мне показались не слишком добрыми…

— А с чего им добрыми то быть? — Возразила подруга. — Она в чужой стране, среди совершенно не знакомых ей людей… Да еще и языка не знает…

— Не уверен. — Снова отозвался Денис. — Я внимательно наблюдал за ней во время всего разговора, и мне пару раз показалось, что она реагирует на некоторые сказанные по-русски слова. Хотя, возможно, я и ошибаюсь. Все-таки я вижу эту девушку первый раз в жизни.

— Интересно, зачем она с такой срочностью понеслась в Россию, как только узнала о смерти Дианы? Ей всего восемнадцать, и она, насколько я знаю, ни разу до этого пределы Франции не покидала. Почему она не могла подождать, когда ее мачеха закончит свои дела, и поехать вместе с ней? Какое значение имеют какие то несколько дней? Ведь на похороны она так и так попасть не успела.

— Трудно сказать. — Ответил Денис. — Нужно дождаться, какое заключение даст эксперт по поводу документов и фотографий…

— Да я практически уверена, что все до последней бумажки подлинные. С подделками и затевать игру никто бы не стал. Я даже допускаю, что эта Натали и есть настоящая дочка Дианы. — С досадой перебила Тихомирова я. — И знаешь что? Я всерьез начинаю опасаться, что мы ничего не сможем поделать в сложившейся ситуации. Похоже, они намного умнее, чем мы предполагали по наивности…

— Не забывай про наш главный козырь, припрятанный до времени в клинике профессора Ильина. — Успокоительно напомнил Денис. — Диана идет на поправку и сможет, в конце концов, рано или поздно расставить все по своим местам.

— Ну, хорошо. Она, конечно, определит, ее это дочь или совершенно посторонняя девица… А если это Натали, и Петя убедится, что она, действительно, всего несколько часов назад впервые в жизни пересекла воздушную границу России? Что тогда нам делать со всеми этими убийствами и покушениями? Как найти Патрисию и человека похитившего моего ребенка?

— Еще раз повторяю, нужно дождаться известий от Петра. — Постарался хоть на время успокоить меня Денис. — А потом уже будем решать, что делать дальше…

Петя вернулся через два часа. Он, не разуваясь, прошел на кухню и швырнул папку с документами на стол.

— Все бумаги подлинные. — Хмуро сообщил он. — Она действительно только сегодня утром впервые появилась на территории нашей страны. Связаться с Дианиным адвокатом мне так и не удалось, он уже неделю упорно не желает брать телефонную трубку… Зато я переговорил с Изабель Линдер, она совершенно не знает русского, пришлось срочно искать приличного переводчика… короче, она полностью подтвердила каждое слово падчерицы… У меня такое нехорошее подозрение, ребята, что с этим делом мы рискуем позорно сесть в лужу… — Ивакин замолчал, свирепо посмотрев в сторону спальни, где все это время мирно отдыхала наша заграничная гостья.

— Что ты предлагаешь? — Спокойно спросил Денис, пододвигая Ивакину чашку со слегка остывшим кофе. — Может, сказать девчонке, что ее мать жива, и посмотреть на ее реакцию?