Кейт Уайт - Пока смерть нас не разлучит

— Я путешествую больше по работе и не с рюкзаком. Каждый год пишу большую статью о туризме в Европе или в Южной Америке. Так что к спортивным достижениям это трудно отнести.

На десерт подали чудеснейший яблочный пирог, но мне могли бы с тем же успехом положить на тарелку старый башмак. Я была не в силах имитировать кулинарный энтузиазм. Съела два кусочка и отложила вилку.

Пейтон предложила закончить вечер чашечкой кофе в библиотеке. Я сослалась на необходимость сделать несколько звонков и пожелала всей компании спокойной ночи.

Никто меня особенно не удерживал.

В своей комнате я первым делом набрала номер Джека и очень обрадовалась, когда он снял трубку — сразу после второго гудка.

Я заранее решила до поры до времени помалкивать о том, что случилось со мной на дороге. Скажу через день или два, когда вернусь в Нью-Йорк.

Если начать с сегодняшнего инцидента, разговор будет крутиться вокруг меня, моего безрассудства и моей безопасности.

А мне хотелось поговорить о нас.

— Привет, как славно опять слышать твой голос, — сказал Джек.

— Мне тоже приятно слышать твой голос.

— Ты из дома? Я пытался дозвониться до тебя пять минут назад.

— Нет, ночую в Гринвиче, в доме Пейтон. Мы только что отведали такого нежного барашка, что, по-моему, еще сегодня утром он жевал травку в какой-нибудь Новой Зеландии.

— Как продвигается расследование? Узнала что-нибудь новенькое?

— Новенького немного. Заглянула в местную библиотеку, а после побеседовала кое с кем.

— Ты там не теряешь бдительность?

— Смотрю в оба, не сомневайся. А у тебе как дела?

— Сегодня одна девица сомлела на лекции. То ли я вскружил ей голову, то ли она потеряла сознание от скуки.

— Первое более правдоподобно.

— Что ж, приятно думать, что хоть на некоторых особ женского пола я все еще произвожу впечатление.

— Не прикидывайся, Джек. Ведь знаешь, что я таю в твоем присутствии.

— Вчера вечером мне показалось, что мой шарм на тебя больше не действует. Говоря серьезно, извини за вчерашнее — я, кажется, напрасно погорячился.

— И ты меня извини. Свинство с моей стороны, что я выставила тебя за дверь. Ты бы со мной так никогда не поступил. Нет, чтобы все спокойно обсудить — затеяла базарный скандал.

— Ну, кто же в разгар ссоры мыслит рационально! Я коснулся деликатной темы, болезненной для тебя, и зашел слишком далеко. Правильно говорят: даже заходя слишком далеко, помните, что и у слишком далеко есть своя граница. Я совершенно опростоволосился как психолог.

— Что ты имеешь в виду, говоря о «болезненной теме»? — воскликнула я, опять задетая за живое. — Прошлым вечером я так взвилась не от того, что ты ступил на некую запретную территорию. Просто я тебе не пациентка! И пробовать твои ученые штучки на себе не позволю!

— Ну, все, все, проехали. Ты права, и давай на этом тему закроем. Будем двигаться дальше. Я приношу все и всяческие извинения… Знаешь что? Я по тебе скучаю. Жду не дождусь уик-энда, когда мы опять встретимся.

— Я тоже соскучилась и буду чрезвычайно рада нашей встрече.

Еще несколько минут мы болтали о том о сем. Было так приятно снова просто общаться, а не отношения выяснять. Затем Джек со вздохом попрощался и еще раз велел мне быть осторожной. Я положила трубку.

Внутри все пело — хотя бы этот груз я сбросила с плеч.

Но уже через минуту в этой внутренней песне стали различимы фальшивые ноты.

Во-первых, я не рассказала Джеку о сегодняшнем происшествии. Я и не хотела рассказывать. Но в результате я не выговорила свой испуг — и осталась с камнем в душе.

Во-вторых, я не услышала от Джека четкого обещания не практиковаться на мне в психоанализе.

Опять я ночевала у Пейтон и опять ложилась в постель без пижамы — прямо напасть какая-то. В трусиках и шелковом лифчике я направилась в ванную комнату. Умываясь, я обнаружила свежий халат, специально для меня повешенный, — в прошлый раз я его не заметила. Ну, сервис как в пятизвездочном отеле! Разве что на ручке двери не висит меню-заказ на завтрак.

Закутанная в махровый халат, спиной на горке подушек, я удобно расположилась в постели и занялась своим блокнотом с черно-белой обложкой.

«Что не выплеснула в разговоре с Джеком — поведаю тебе. А уж ты терпи, бумага!»

Оставшись наконец наедине с собой, я могла предаться аналитическим размышлениям — тоже способ отогнать дурные эмоции.

Итак, каким образом преследователь вышел на мой след?

Я никому не говорила, что отправляюсь в Веллингтон-Хаус. Значит, он должен был следовать за мной от фермы «Айви-Хилл», а затем где-то в стороне от дороги ждать, пока я выйду.

Теперь я четко вспомнила, что какая-то машина медленно следовала за мной по пути от Веллингтон-Хаус в центр города.

Конечно, я могу ошибаться.

Тогда другой вариант: преследователь совершенно случайно заметил меня в центре города и тут же за мной увязался. Верится с трудом.

Скорее всего, преследователь незаметно пас меня весь день, начиная с моего появления в Гринвиче.

Все это отбрасывало меня к вопросу, который я еще на прошлой неделе начертала в записной книжке огромными буквами: ПОЧЕМУ?

Мысль невольно возвращалась к самой бесхитростной версии: кто-то педантично истребляет подружек невесты.

Ответ на мое «почему?» следовало искать в трех направлениях.

Первое направление. Кто-то губит подруг Пейтон, дабы подорвать устои ее «империи», помешать ее «экспансии». Да, способ навредить очень экзотический. Но Маверик имеет четкое определение для такого косвенного нападения — «атака из ниоткуда». Достаточно старый и проверенный способ губить репутации. И репутация Пейтон действительно уже пострадала — первые тревожные факты налицо. В глупенькую секретаршу, которая перепутала все даты несколько месяцев назад, мне как-то не верилось. Эту историю надо бы изучить досконально. Кто-то мог начать нападение на Пейтон достаточно традиционно — подослать к ней секретаршу, которая будет исподтишка гадить, прикидываясь дурочкой. А может, секретарша была не подослана, а просто подкуплена. Так или иначе, Пейтон и ее команда с путаницей справились, выстояли. Тогда неизвестный враг решил прибегнуть к более жесткому варианту.

Второе направление поиска. «Несчастные случаи» связаны с каким-то происшествием на свадьбе. Джейми, а может быть, и Робин… а может быть, все подружки невесты видели нечто такое, что видеть им было не положено. Джейми, кажется, одна из всех поняла значение того, что она увидела, — и пала первой. Другая версия в рамке этого направления поиска: свадьба кого-то задела за живое — к примеру, Мэнди или Филиппу.