Джеки Коллинз - Приговор Лаки

Нет, Винни, нам нужна внешность молодого Ричарда Гира и такой же талант, иначе не стоит и начинать.

— А мне понравился парень, которого мы сегодня смотрели вторым, — подала голос Сильвия, которую Лаки сразу не заметила — помощница Венеры Марии сидела за росшей в бочке пальмой, как индеец в засаде. — По-моему, он достаточно сексуален.

— Гм-м… — задумалась Венера Мария. Несмотря на то, что Сильвия была лесбиянкой, в мужчинах она разбиралась на удивление хорошо. — Нет, не годится.

У него не очень здоровая кожа, — сказала Венера решительно и ненадолго задумалась. — На днях я смотрела по телевизору какой-то комедийный сериал, — задумчиво сказала она. — Там играл один парень…

Вот кто умел себя подать! У него была небольшая роль, но он затмил всех.

— Своей задницей, не иначе, — ввернула Лаки.

— Что ж, если он тебе так понравился, Мэри свяжется с его агентом и пригласит на прослушивание, — решил Алекс.

— Но я не помню его имени, — огорчилась Венера Мария.

— Тогда постарайся вспомнить название сериала или день, когда его показывали, выяснить остальное не составит труда. — Алекс сделал паузу. — Могу ли я пригласить вас, леди, на обед? — добавил он, обращаясь к Лаки и Венере Марии.

— Что с тобой, Алекс?! — Венера Мария ухмыльнулась. — То ты рычал на нас, как тигр, но стоило появиться Лаки, как ты превратился в Мистера Очарование!

— А что тебе не нравится? — Алекс обнял Лаки за плечи. — Ну, как прошло первое заседание?

— Тяжко. — Лаки постаралась вложить в это коротенькое слово всю полноту обуревавших ее чувств. — К счастью, я не видела Ленни, он — главный свидетель обвинения, и его пока не допускают в зал. А Стив и родные Мэри Лу там были… — Лаки глубоко затянулась сигаретой. — Знаешь, что меня больше всего потрясло? — спросила она.

— Что?

— Эта девчонка, Мила Капистани. Я просто не могла на нее смотреть. Она просто редкая дрянь.

— Никогда не имел ничего против скверных девчонок, — игриво заметил Алекс, но Лаки только покачала головой:

— Не шути с этим, Алекс. Ты просто ее не видел…

А я — видела. У меня от нее мурашки по коже.

Разговор прервался, и они втроем отправились в любимый китайский ресторан Алекса. Он приглашал и Сильвию, но та отказалась, сославшись на то, что у нее свидание с подружкой.

— Не странно ли, — заметил Алекс, когда они уселись за столик в углу и сделали предварительный заказ, — «что твоя помощница — лесбиянка?

— Ничего странного, — откликнулась Венера Мария, награждая официанта такой ослепительной улыбкой, что тот едва не уронил тарелки с закусками. А вот ты, Алекс, оказывается, старомоден и консервативен, как старая дева. Признаться, я не ожидала такой узости взглядов от режиссера, который в определенных кругах слывет настоящим новатором, чуть ли не авангардистом.

— Я не имею ничего против Сильвии и ее сексуальной ориентации, — защищался Алекс. — Я просто боюсь, что это может повредить твоей репутации.

— Это еще почему?

— Ну, если бы рядом со мной постоянно находился кто-то, кто придерживается нетрадиционной сексуальной ориентации… — Он отпил глоток минеральной воды.

— Может быть, и находится, только ты об этом не знаешь, — заметила Венера Мария. — Тебе придется проверить свое окружение, Алекс, хорошенько проверить, пока тебя самого не ославили гомиком.

— Позволь тебе заметить, что слово «гомик» уже давно не в ходу. Оно устарело сто лет назад, — мстительно заметил Алекс.

— Я вижу, вы отлично понимаете друг друга, — перебила их Лаки, которая до этого момента не участвовала в разговоре. — Может быть, мне вообще лучше уйти?

Алекс и Венера Мария как-то странно переглянулись.

— Нет, погоди, — сказал Алекс. — Мы с Винни посоветовались и решили сказать тебе…

— Сказать мне что?..

— Одну важную вещь.

— Ну так говорите! — воскликнула Лаки, недоуменно глядя на своих друзей. — Что за таинственность?

— Мы хотели поговорить с тобой о твоем семейном положении, — сказала Венера Мария строгим голосом. — И настоятельно требуем, чтобы ты выслушала нас, перед… прежде…

— Прежде чем послать к черту, — пришел ей на помощь Алекс.

— Мое семейное положение не касается никого, кроме меня, — холодно возразила Лаки.

— Не горячись, дай нам сказать… — Алекс подозвал официанта и заказал огромное количество самых разнообразных блюд. Когда он поднял вверх три пальца, давая официанту понять, что тот должен принести по три порции каждого кушанья, Лаки раздраженно спросила:

— Что, в Лос-Анджелесе уже перестали предлагать дамам самим сделать выбор?

— Нет, — покачал головой Алекс. — Просто я лучше знаю, какие блюда здесь вкуснее всего.

— То есть ты хочешь сказать, что наши желания не имеют значения?

Алекс ухмыльнулся:

— Ладно, принцесса. Что бы ты хотела попробовать из того, чего я не заказал? Желе из медуз или фрикасе из тигровых креветок?

— Морскую капусту.

— Морскую капусту?

— Да.

— Леди хочет салат из морской капусты, — сказал Алекс официанту, который сделал пометку в своем блокноте и с поклоном удалился. — Так вот, — промолвил Алекс, обращаясь к Лаки, — Винни знает, как я к тебе отношусь. С другой стороны, она — твоя лучшая подруга, и я уверен, что между вами нет никаких секретов. Возможно, ты даже рассказала ей об одной безумной ночи…

— О какой безумной ночи? — так и подпрыгнула Венера Мария.

— Он сам не знает, что говорит, — ответила Лаки, бросая на Алекса предостерегающий взгляд.

— Впрочем, это не имеет значения, — поспешно продолжал Алекс. — В общем, мы с Винни решили, что ради твоего же спокойствия ты должна дать Ленни еще один шанс.

— Что-о?.. — Лаки не могла поверить своим ушам.

Она никак не ожидала услышать такие слова от Алекса.

— Да-да, — кивнула Венера, лучезарно улыбаясь. — Вы с Ленни — замечательная пара. Это все знают.

— Ленни сделал ошибку, — подхватил Алекс, не дав Лаки вставить ни слова. — Но я думаю, его можно понять. Бедняга три месяца просидел в подземелье и каждый день прощался с жизнью. У него не было ни единой возможности выбраться оттуда, поэтому, я считаю, его нельзя слишком строго судить за то, что, когда ему подвернулась эта девчонка, он ухватился за нее, как за последнюю надежду. Я на его месте… — Он перевел дух и добавил уже менее напряженным тоном:

— Я бы на его месте трахнул не только эту милую цыпочку, но даже какой-нибудь неодушевленный предмет, лишь бы спастись.

— Лучше бы Ленни трахнул неодушевленный предмет, — вздохнула Лаки.

— Он был там совсем один, — возразила Венера Мария. — И ужасно боялся за себя… и за тебя тоже.