Светлана Успенская - Посмертная маска любви

— Прощай, Серый, — тихо произнес Гофман, по-свойски похлопав меня по плечу. — Передай привет своим хозяевам… Пусть не ищут меня, бесполезно…

Я бестолково замычал в ответ.

Хлопнула входная дверь, раздалось звяканье ключа в замке, потом взревел мотор автомобиля во дворе — и все смолкло. Я лежал спеленатый, как младенец, и бессмысленно глядел в потолок. На кухне равномерно капала вода.

Освободиться от веревок мне удалось действительно не раньше, чем через два часа. Все это время я ерзал по дивану, пока не свалился на пол, сгибался, терся узлом о стулья и устал так, как будто все это время провел в «качалке», кидая пудовые гири. Я вспотел, как мышь под метлой, извозился в пыли, но в итоге все же вылез из Славкиных тенет и присел отдохнуть.

В это время самолет с этим придурком на борту, наверное, был уже в воздухе.

Я сидел, тяжело дыша и туго соображая, что же мне теперь делать и куда отправляться.

Внезапно в полнейшей тишине загремели ключи в замке.

Гигантским скачком, который бы сделал честь олимпийскому чемпиону по прыжкам в сторону, я отпрыгнул в угол и затаился за креслом. Черт! Надо было сразу же драпать из этой меченой квартирки и не ждать, сидя как телок, пока Толенков припрется кончать Славку. А может быть, это Гофман сам возвращается, чтобы прикончить свидетеля?

Железная дверь с медленным скрипом отворилась, в полумрак зашторенной комнаты шагнула темная фигура в плаще. Осторожно скрипя половицами, она сделала несколько шагов, нагнулась, подняла с пола бельевые веревки и в задумчивости остановилась.

— Кэтрин! — обрадованно крикнул я и шагнул из своего укрытия.

Женщина в плаще испуганно вскрикнула и оглянулась. Что-то непонятное и блестящее с металлическим лязгом упало на пол — это был небольшой черный пистолет.

Глава 13

Кажется, через час-другой он выпутается из передряги… Вооруженная охрана по бокам придает ему уверенности. Теперь сам черт ему не страшен. Через час регистрация в Шереметьеве, таможня — а там уже рукой подать до мирной Германии, где его ждет целая толпа любящих родственников. За пределами страны его никто искать не будет — это птицы не того полета… Пока так называемые друзья не перережут друг друга, он посидит в Мюнхене, а потом спокойно вернется и продолжит свой продуктовый бизнес в фирме «East food ltd.», прямые поставки экологически чистых продуктов из Германии. Какое ему дело, что здесь происходит, — ситуация такая, что надо срочно спасать собственную шкуру, запахло жареным…

Слава Гофман спускался вниз по лестнице. Впереди шел один из телохранителей, тот, что потоньше, держа руку наготове, в кармане. Другой амбал, потолще, пыхтел сзади, с чемоданчиком в руках. Да, эти ребята из агентства, по всему видно, знают свою работу…

Первый телохранитель вышел из подъезда, оглядев наметанным глазом двор, и открыл заднюю дверцу «Волги». Шофер запустил двигатель. Слава сунулся было сесть рядом с водителем, но телохранитель молча положил ему руку на плечо и властно кивнул подбородком на заднее сиденье: мол, твое место там. Слава покорно втиснулся назад, по бокам его прижали мощные тела охраны, и в ту же секунду машина рванулась с места.

Ему было тесно сидеть с двумя огромными тушами по бокам. Пистолет больно вдавился в бедро, с другой стороны его больно притиснуло ребро чемодана, который охранник держал на коленях. «Как же достану «ПМ», если понадобится? — растерянно подумал Слава и тут же успокоил себя: — Не понадобится…»

Конечно не понадобится, а пушку он незаметно выкинет непосредственно в аэропорту, перед прохождением контроля. «ПМ», который он вчера выбил из рук Толенкова, наверное, уже «грязный»… Надо будет подстраховаться, стереть с него свои отпечатки…

Нет, в аэропорту освобождаться от оружия слишком опасно — там везде следящие камеры, размышлял Слава. Найдут в урне оружие, просмотрят видеозаписи и мгновенно установят, кто его туда подкинул. И тогда прости-прощай — въезд в страну ему будет заказан, его бизнес накроется медным тазом. А если еще повесят на него какую-нибудь мокруху… Никто ведь не будет разбираться!

Слава вытянул шею — машина выруливала из двора на оживленную улицу. Сбоку мелькнули зашторенные окна его квартиры.

Эх, слишком поздно он спохватился… Надо было сообразить, что к чему, еще когда близнецы укокошили Ломакина и подкатили к нему со своими претензиями: мол, это он помог Коле продать ресторан. А на самом деле он ни сном ни духом… Эх, если бы он раньше сообразил, чем дело обернется, не было бы вчерашней перестрелки, не было бы подосланного с разведцелями Копцева, не пришлось бы срочно рвать когти, оставляя незаконченными массу текущих дел. Да и деньги у него здесь остаются немалые — с собой он не может взять большую сумму, это вызовет ненужные осложнения в аэропорту…

Что же делать с оружием?.. Поручить избавиться от него телохранителям? Хрен знает, кто они такие, наверняка работают в стачке с ментами. Он им отдаст пушку, а они заложат его… Нет, надо как-то самому… Надо самому. Но как?

Машина притормозила на светофоре. Слава повернул голову — рядом застыла темная иномарка с тонированными стеклами. В голове крутились недавно виденные кадры из вечерней сводки происшествий по городу: на перекрестке расстреляли какого-то чиновника, машина с убийцами скрылась. И картинка — труп на сиденье, голова закинута назад, весь салон багровый от свежей крови. А что, если и его так…

Вроде бы нечего беспокоиться — с обеих сторон его прикрывает охрана, но вдруг… Прямо напротив его головы — темное стекло иномарки… Слава напрягся и незаметно втянул голову в плечи.

Фу-у! Кажется, пока пронесло. Машина тронулась. Иномарка отстала. Слава взглянул в окно: кажется, свернула в переулок. Телохранители сидели как ни в чем не бывало. Их присутствие немного успокаивало, но мысль о возможном преследовании все еще беспокойно шевелилась в голове. Нет, он успокоится, только когда пройдет таможенный контроль в аэропорту…

Автомобиль бесстрашно, с предельной скоростью мчался вперед по разделительной полосе, оставляя за собой медленно ползущие попутные машины. «При такой езде преследование будет слишком заметно, — подумал Слава. — Кто еще решится так гнать? Но только бы нас не остановила ГАИ…»

Телохранитель справа, заметив его беспокойство, снисходительно добавил:

— Не переживай, хозяин. Все будет нормально, успеем.

Это слово «нормально» пришлось по душе Славе. Не «хорошо», не «отлично», не «прекрасно», а именно «нормально». Да, пусть все будет нормально… Но что такое «нормально» в их понимании? Пара выстрелов — это нормально?