Рэчел Линдсей - Замок среди деревьев

— Я так рада! — воскликнула Стефания. — Так рада! Я надеюсь, Карлос… Надеюсь, граф де Марок теперь сможет контролировать своего брата.

— В этом уже нет необходимости, — ответил Джонни. — Разве ты не слышала, что случилось?

— Нет. — Глаза девушки округлились от страха. — Что-то плохое? Карлос…

— Мигель де Марок погиб в автокатастрофе пару месяцев назад.

— Понятно… — Образ Мигеля вспыхнул в ее сознании. Она вспомнила его таким, каким впервые увидела — стройный жизнерадостный и обаятельный молодой человек, который выбрал неверную дорогу. И хотя Стефания немного опечалилась от этого известия, она не могла не обрадоваться тому, что он больше не сможет причинять страдания матери и Карлосу.

Джонни подошел к ее столу:

— Вижу, ты потрясена этим известием. Я думал, ты уже все знаешь. Вообще-то до последнего времени я был уверен, что ты все еще в Португалии, с Карлосом.

Стефания потянулась за сигаретой. Теперь, когда Мигель мертв и драгоценности возвращены, не было необходимости что-то скрывать. Запинаясь, она подробно рассказала Джонни о своем разговоре с Жаник и последовавшем за ним решении немедленно покинуть замок.

— Мы с Карлосом никогда бы не были счастливы, — закончила она. — И думаю, графиня тоже.

— Ты хочешь сказать, что графиня так думала и заставила тебя с этим согласиться?

— Нет, нет! — поспешно возразила она. — Это не так. Просто мы с Карлосом совершенно разные. Он не смог бы понять моего образа жизни, а мне чужды обычаи его страны.

— Ерунда! Когда мужчина и женщина любят друг друга, ничто не имеет значения.

— Когда они любят друг друга, — тихо повторила Стефания. — Но, видишь ли, Карлос меня не любит. Он предложил мне руку и сердце лишь для того, чтобы взамен получить уверенность, что я не выдам его тайну.

— Сомневаюсь. Если он боялся за честь семьи, то должен был жениться на Жаник. А если мне пришлось бы выбирать, кому доверять в такой ситуации, я выбрал бы тебя.

Ей ужасно хотелось поверить ему, но события последних месяцев делали это невозможным. У Карлоса было предостаточно возможностей найти ее, но он не сделал этого, значит, права она. Стефания встала и подошла к Джонни.

— Очень мило с твоей стороны проявить сочувствие, но я предпочла бы больше не говорить об этом.

Джонни пожал плечами:

— Если ты собираешься позволить своей гордости встать на пути счастья…

— Здесь вопрос не в гордости, — перебила она его. — Ты сам сказал мне, что Мигель умер несколько месяцев назад. Это означает, что Карлос теперь волен делать все, что пожелает. Но факт в том, что он все еще в Португалии, а я здесь. Этого достаточно.

Джонни пригладил рукой волосы. Непослушная белокурая прядь упала на лоб.

— О'кей, Стефания, если не желаешь больше говорить об этом, не будем. Я просто хотел узнать, не освободился ли путь для меня. Ты же знаешь, что нравишься мне, и…

— Нет, Джонни. Больше ничего не говори. Глядя на тебя, я невольно вспоминаю прошлое, которое предпочла бы забыть.

Молодой человек некоторое время молчал.

— Ты всегда так откровенна с мужчинами? — наконец сказал он.

Девушка улыбнулась:

— Всему виной мои рыжие волосы.

Ничего не говоря, он наклонился и прикоснулся к ним губами, потом повернулся на каблуках и зашагал прочь из комнаты, но у двери остановился и обернулся:

— А как поживает Фелиция?

— Она и Роберт объявили недавно о своей помолвке. Весной они поженятся.

Он удивленно поднял брови:

— Я рад, что хотя бы в этом случае все хорошо обернулось. Передай им мои поздравления, ладно? В конце концов…

— Не надо меня жалеть, Джонни. — Она печально улыбнулась. — Боюсь, что я однолюбка, и этим все сказано.

— Ты просто очень упрямая, — мягко заметил он. — Но я люблю тебя за это. — Он взмахнул рукой. — Пока, Стефания. Когда-нибудь мы встретимся вновь, и, возможно, тогда все будет по-другому.

Появление Джонни разбудило задремавшие воспоминания. Обдумывая ситуацию, Стефания была достаточно честна, чтобы признаться себе, что в глубине души все-таки еще надеялась — Карлос однажды придет, она ему небезразлична. Но разговор с Джонни не оставил сомнений: если бы граф хотел найти ее, его бы ничто не остановило. Отсутствие известий от него было неопровержимым доказательством ее правоты — его любовь действительно была лишь притворством.

Стефания всегда гордилась своей способностью смотреть правде в глаза и поэтому, не без огромного усилия воли, решила продолжать свою прежнюю жизнь. Она опять начала встречаться с друзьями, ходила на танцы, посещала театры, много времени проводила в офисе. Иногда звонил Джонни, но она была непреклонна, и после нескольких попыток он больше не давал о себе знать. День шел за днем, новые воспоминания заслоняли старые, и Стефания сказала себе, что вскоре наступит час, когда она выбросит мысли о молодом португальце из головы, вырвет его образ из своего сердца.

Но однажды вечером, поздно возвращаясь из офиса, она никак не могла избавиться от мыслей о Карлосе. Его лицо преследовало ее весь день, и даже теперь, когда этот день закончился и она устала от работы, оно продолжало маячить перед ней еще более отчетливо, чем раньше. Девушку пугала перспектива бессонной ночи — она вынуждена будет опять и опять прокручивать в своем сознании каждое слово, сказанное им, анализировать каждый жест, каждую интонацию его низкого, хрипловатого голоса.

Стефания медленно шла по дороге к дому, не обращая внимания на пронизывающий ветер, раздувавший полы ее пальто, и внезапно хлынувший дождь, намочивший ее волосы и оставивший мерцающие следы капель на лице. Девушка сильно похудела со времени своего возвращения из Португалии, скулы обозначились резче, а темные круги под глазами стали еще заметнее.

Когда она переходила дорогу, какой-то молодой человек присвистнул, проводив ее оценивающим взглядом, и Стефания вспыхнула от раздражения. Когда-то столь бурное восхищение могло бы только позабавить ее, но теперь она не испытывала никакого удовольствия оттого, что выглядит хорошенькой. Ей нужны были внимание и восторг лишь одного мужчины.

Девушка утомленно переступила порог дома и бросила пальто и шляпу на маленький диванчик в холле. Из столовой вышел отец, чем-то озабоченный.

— Я звонил тебе в офис, но ты давно оттуда ушла.

— Я прогулялась до участка застройки.

— Господи! — раздраженно воскликнул он. — Ты вовсе не обязана это делать!

— Я знаю. Но мне хотелось посмотреть, как у них идут дела. — Она устало пригладила рукой волосы. — Где Фелиция?

Отец усмехнулся: