Юлия Шилова - Интриганка, или Бойтесь женщину с вечной улыбкой

Кивнув головой в знак согласия, я бросилась к своей сумочке и побросала туда вываленную на журнальный столик косметику, мобильный телефон, блокнот, ключи и еще целую массу различных ненужных вещей.

— Ника, нам пора.

Повесив сумочку на плечо, я взяла Майкла за руку и решительно направилась к выходу.

— Они забрали у меня сканер и магнитофон.

— Думаю, что у тебя больше в них нет необходимости. Или ты по-прежнему хочешь меня писать?

— Нет. Просто аппаратура дорогостоящая.

— Человеческая жизнь намного дороже.

Как только мы вышли из комнаты, я вскрикнула и с ужасом посмотрела на лежащего в коридоре мужчину с внешностью боксера, во лбу которого красовалась жуткая рана. От увиденной картины меня замутило, а перед глазами все поплыло.

— Ты его убил…

— Я же сказал, что он отдыхает.

— А я даже выстрелов не слышала.

— Не знаю, как ты могла их не слышать. У меня глушителя нет.

— Наверное, я находилась в жутком состоянии. Я вообще ничего не видела, ничего не слышала и ничего не понимала. Господи, Майкл, мне даже страшно подумать о том, что было бы, если бы ты не пришел.

— Ты не думай. Все плохое уже позади.

Как только мы вышли во двор, я вцепилась в Майкла обеими руками, стараясь не смотреть на еще одного лежащего во дворе застреленного мужчину.

— Этот тоже отдыхает?

— Отдыхает.

Из кармана брюк второго раздавались позывные мобильного телефона, и от этих громких звонков мне становилось все хуже и хуже.

— Майкл, что-то мне нехорошо.

— Что с тобой?

— Я боюсь упасть в обморок. Перед глазами все плывет.

— Тут недалеко спрятана моя машина.

Мы покинули пределы этого страшного дома. Майкл распахнул передо мной двери все той же роскошной машины и бережно положил меня на заднее сиденье.

— Ты как?

— Немного легче.

— Думаю, что тебе лучше полежать.

Как только машина тронулась, я достала из сумочки носовой платок и промокнула глаза.

— Майкл, ты действительно принц из сказки. И откуда ты только взялся?

— Из Соединенных Штатов Америки, — весело ответил Майкл и увеличил скорость. — А ты говорила, что сказка закончилась. Она только начинается.

— Как ты меня нашел? Как ты вообще узнал про этот дом и про то, что меня здесь держат? Я ничего не понимаю. Вообще ничего. Какая взаимосвязь… Ведь я даже тебе не звонила. Я звонила Черепу. Тебе сказал про меня Сан Саныч? Но откуда он знает, где именно меня держат? Ничего не понимаю… Ничего.

— Я вообще не разговаривал с Санычем.

— А как же ты меня нашел?

— Я просто стоял возле твоего дома. Я словно что-то чувствовал. Мне не хотелось с тобой расставаться, и где-то в подсознании я предчувствовал, что тебе угрожает опасность. Я сидел в машине, слушал музыку и рассматривал окна. Они почти все темные. Я ждал, где же зажжется свет. Я представлял твою квартиру, просто фантазировал. Я хотел тебе позвонить, но боялся быть назойливым. Я очень этого боялся. А затем я видел, как ты вышла вместе с двумя мужчинами и села в машину. С одним ты шла под руку, но, несмотря на это, я почувствовал: что-то не так. Ты не села на заднее сиденье. Ты встала на колени. И тебя стало не видно.

— Ты ехал за нами?

— Я ехал очень аккуратно и осторожно. Меня никто не заметил.

— Тебя действительно никто не заметил? Наверное, очень трудно остаться незамеченным на проселочной дороге. Как тебе это удалось?

— Профессионализм не пропьешь и в карты не проиграешь, — вновь рассмеялся Майкл. — Знаешь, мне сейчас так хорошо и спокойно, что хочется смеяться и смеяться.

— Почему? Я смотрю, ты сейчас не на шутку весел.

— Потому что ты рядом. Мне всегда хорошо и спокойно, когда ты рядом. С тобой у меня появляется невероятная веселость. У меня вырастают крылья. Ты не представляешь, что я чувствовал, когда ты была в этом доме. Я испытал настоящий шок. Я сидел на дереве и наблюдал за всем, что происходит во дворе дома.

— Ты сидел на дереве?

— Представь себе. Я никогда в жизни не лазил по деревьям. Я даже не знал, как это делается. А тут во мне открылись такие способности. Я теперь круче любой заправской обезьяны.

Последние слова не могли не вызвать во мне улыбку, и я рассмеялась.

— Я себе все штаны продрал, — не мог успокоиться Майкл. — Ты что, не видела на них дырки?

— Я еще не успела заметить.

— Ладно, еще успеешь. Я надеюсь, ты их зашьешь.

— Не сомневайся. Я поставлю на них самые красивые заплатки.

— И занозы будешь вытаскивать сама.

— Какие занозы?

— Те самые.

— Господи, у тебя еще и занозы…

— А ты как думала? Твое освобождение мне дорого обошлось. Я очень долго ждал, когда все уедут, и вычислил, что в доме осталось двое. А затем черт знает сколько времени ушло на то, чтобы выждать удобный момент и шлепнуть этих двоих.

— Майкл, ты сумасшедший. Ради меня убил сразу двоих.

— Кроме тебя, об этом никто не знает и, надеюсь, никогда не узнает.

— Майкл, я умею хранить тайны. Не сомневайся. Даже страшно представить, что сейчас начнется.

— В смысле?

— Калач подумает, что его людей убили люди Черепа. Других мыслей у него просто не будет. И тут начнется…

— Что начнется-то?

— Настоящая криминальная война. Череп не сможет доказать, что убийство этих двоих не его рук дело, да и Калач не будет его слушать. Он же не уличная шпана, какой его обозвали. Будет страшная заварушка, выяснение отношений, разборки, и.., упадет не одна голова.

— Можно сказать, мы натолкнули двух лютых врагов друг на друга.

Майкл немного помолчал и произнес уже более серьезным голосом:

— Ника, если я не ошибаюсь, то у тебя большие проблемы. Мне кажется, что тебе нежелательно возвращаться домой. Я могу отвезти тебя на дачу к своему другу. Он в длительной зарубежной командировке. Я взял ключи. Ну как?

— Я согласна. Только мне нужно заскочить домой и взять свои вещи. Не могу же я в этом бальном платье ходить всю свою жизнь.

— Тогда по рукам.

Майкл поднялся вместе со мной в квартиру, которую снимал для меня Руслан, и стал терпеливо дожидаться, пока я соберу вещи.

— И долго ты здесь живешь? — Он с удовольствием осматривал мои скромные апартаменты.

— Совсем нет.

Пока я кидала в большую спортивную сумку то, что представляло для меня наибольшую ценность, Майкл взял небольшую фотографию, стоящую на журнальном столике, и принялся разглядывать Руслана.

— Ника, а это ты с кем? Кто тебя обнимает?

— Это мой друг. Бывший одноклассник. Он снял для меня эту квартиру.

— А где он сейчас?

— Его убили. О боже, наверное, сегодня были похороны. А может быть, завтра…

— Такой молодой.

— Смерть редко смотрит на возраст.