Вознесенная грехом. Последний ход принцессы - Кора Рейли

Марселла

Было трудно сосредоточиться на бумагах, лежащих передо мной. Весь день, а потом и вечер я оказалась не состоянии сделать это. Я отправила Мэддоксу два сообщения и даже позвонила, но его телефон не работал. Я нервничала.

– Новостей с задания еще нет? – спросила я Маттео в сотый раз. Я знала, что парни нашли укрытие «Кочевников» и нападут именно сегодня.

– Нет. Но, возможно, у твоего отца появится информация после возвращения из туалета. – Маттео усмехнулся, увидев мое кислое лицо. – Не волнуйся. Твой байкер приедет в целости и сохранности.

Я не понимала, что так развеселило Маттео. Мне не нравился его сегодняшний юмор.

– Ничего не могу с собой поделать. Я все равно ни в чем не уверена на сто процентов. Вдруг папа сделает так, что Мэддокс попадет в аварию? Наверное, он хочет, чтобы я была с кем-нибудь другим.

– Твой отец уж точно не огромный фанат Мэддокса, но он намерен видеть тебя счастливой, – сказал Маттео. Он спокойно проверял данные о продажах лекарств на компьютере, пока я в четвертый раз читала один тот же отрывок о наших должниках и процентных ставках.

Мои мысли спутались.

Дверь в комнату открылась, папа вернулся из туалета.

– Что-то известно?

Отец приподнял брови.

– Она беспокоится за Уайта, – пояснил Маттео.

Папа покачал головой.

– А если что-то пошло не так? – спросила я снова, повторяясь как заезженная пластинка. Я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме беспокойства за Мэддокса. Это было его первое официальное задание, может, поэтому я так нервничала. Мне следует спросить маму, Джианну и тетю Лили, как им удавалось сохранять спокойствие, когда мужья выполняли опасную работу.

– Во время задания не всегда есть время проверять телефон, – заметил Маттео с ноткой иронии в голосе, однако во взгляде отца отразилась легкая тревога, которая, в свою очередь, умножила мою взвинченность.

Рев двигателя заставил меня вздрогнуть. Я встала с дивана, уронив папку, и поспешила на улицу, не дожидаясь, пока кто-то догонит меня. Глаза расширились, когда я обнаружила в переулке Мэддокса, покрытого кровью, пылью и землей, выходящего из фургона. Он выглядел так, будто выкапывался из могилы.

Я побежала к нему, стараясь не выглядеть слишком взволнованной. Я не знала, как мама выдерживала это десятилетиями, тем более теперь, когда ей приходилось тревожиться о папе и Амо. Возможно, в будущем станет легче, но сейчас я не могла даже оставаться дома, пока Мэддокс снова и снова рисковал жизнью.

– Байкеры сделали это с тобой, – выдохнула я.

Мэддокс отчаянно поцеловал меня, прежде чем замотал головой. Он выглядел совершенно разъяренным.

– Не только «Кочевники». Люди твоего отца пытались убить меня и представить все так, будто это сделал враг.

Я напряглась, отстранившись на пару сантиметров и надеясь, что неправильно его расслышала.

– Что? Ты уверен?

– Абсолютно, если это не тайный жест итальянской любви – стрелять в союзников.

Я тяжело сглотнула.

– Ты их допросил?

– Да, во всяком случае тех, кто выжил. Один мертв. Они говорят, что это именно их план, а больше никто не замешан.

– Но ты не поверил?

По лицу Мэддокса было понятно – он подозревал в причастности кого-то еще, и у меня возникло предчувствие, что он винил как раз Витиелло.

– Разве ты не стал лучше ладить с моей семьей?

– Твой отец терпел меня. Мы с Амо и Маттео, казалось, уладили все… – Мэддокс замолчал, когда папа и Маттео присоединились к нам в переулке, выражение его лица стало жестким.

– Ну вот он, в целости и сохранности, – усмехнулся Маттео, показывая на Мэддокса.

Я схватила Мэддокса за руки, и его губы дернулись от боли, но взгляд сосредоточился на папе и Маттео.

– Полагаю, вы ожидали не такого результата, верно? – зарычал Мэддокс.

– О чем ты говоришь? – холодно спросил папа. – Что случилось с моими людьми?

– Двое живы и лежат связанные, а один мертв. Они в кузове фургона.

Папа ринулся к Мэддоксу, готовый его убить, а тот, похоже, жаждал вступить в драку.

Глава 19

Марселла

Я не могла позволить двум импульсивным придуркам убить друг друга. Если бы они вели себя как взрослые люди и просто поговорили, прежде чем махать кулаками, мне бы не пришлось урегулировать ситуацию между ними.

Я встала между Мэддоксом и папой, прижав ладони к груди каждого. Они проигнорировали меня, продолжая обмениваться убийственными взглядами.

Как и Маттео, который держал в руке пистолет, готовый вмешаться, и определенно не за Мэддокса.

– Ты прикончил одного из моих людей?

Мэддокс пугающе ухмыльнулся папе. Парень напоминал оскаленного ротвейлера.

– Да, и я бы сделал это снова, если бы на кону стояла моя жизнь против их. Твои головорезы пытались пустить гребаную пулю мне в лоб!

Папа вытащил из кармана телефон, но не прекратил играть в гляделки с Мэддоксом.

– Мне нужно, чтобы ты выяснил для меня кое-что. Ты в курсе. Сейчас же, – потребовал он у кого-то, набрав номер. – Я хочу видеть своих солдат, – бросил он Мэддоксу.

– Я буду рядом, когда ты станешь с ними разговаривать. Не позволю тебе придумывать ложь за моей спиной.

– Не смей мне приказывать, Уайт.

– Папа, – твердо сказала я. – Мне нужно пообщаться с тобой наедине. Пожалуйста.

Отец лишь покачал головой, но я продолжала умоляюще смотреть на него. В переулке появились двое вышибал из «Сферы», и папа перевел взгляд на машину.

– Вытащите их и отнесите в одну из камер.

Мэддокс быстро запер дверь фургона.

– Никто никого не заберет, пока я не узнаю, выполняли ли эти трое твой приказ.

Я повернулась к Мэддоксу, коснувшись его руки.

– Дай мне поговорить с отцом, хорошо?

Мэддокс неохотно кивнул.

Я обратилась к отцу:

– Пап, пожалуйста.

– Пять минут, – прошипел он, с яростью взглянув на Мэддокса, и повел меня в «Сферу».

Маттео и вышибалы остались снаружи с Мэддоксом.

У меня скрутило живот от волнения. Я понятия не имела, что делать, если папа и правда пытался убить Мэддокса. Это еще хуже, чем утечка информации об Эрле, да и вообще просто ужасно. Если папа велел солдатам нажать на курок, то кровь была на его руках.

Мне стало не по себе лишь от одной мысли об этом. Я любила семью и не хотела разрушать ее, но я любила и Мэддокса…

Когда мы с отцом зашли в кабинет, я почувствовала, как весь груз тревоги обрушился на меня всепоглощающей волной.

– Поклянись, что это не ты! – закричала я, полностью потеряв контроль.

Если папа приказал головорезам убить Мэддокса и представить это как несчастный случай, то я не уверена, что смогу его простить. Даже если он сделал так, чтобы