Добро пожаловать на "Райский" остров (СИ) - Завгородняя Анна Александровна

- Я американка, месье, - ответила покраснев.

Но как же было приятно общаться на своем родном языке! Назвав нужный мне адрес, посмотрела на мужчину.

- Вы почти на месте, - сказал мне месье. - Во за углом этого дома поверните направо, потом проедете один квартал по прямой, нигде не сворачивая, и там увидите дом. Вы не ошибетесь, сразу поймете, что это именно тот дом, что вам нужен.

- А я точно узнаю?

- Конечно, мадемуазель, даже не сомневайтесь, так как это последний дом в нашем городке.

Я поблагодарила его и тронулась с места.

- Удачи, - крикнул он мне вслед, и я, высунув руку в окно, помахала ему на прощание.

Я последовала совету своего неожиданного гида и действительно скоро выехала к большому белоснежному дому. Припарковалась у дороги и вышла, медленно рассматривая здание. Определенно, оно было в стиле Майкла Лоусона, подумала невольно, ступая по посыпанной гравием дорожке к двери. На стук молоточка мне открыл высокий, худощавый мужчина с узким лицом.

-Мадемуазель? – спросил он по-французски и выжидающе поднял брови.

Я взяла телефон и включила программу.

- Месье Гранже? – произнесла я и приложение повторило мои слова по-французски.

- Мадемуазель англичанка? – на ломаном английском спросил мужчина.

Я облегченно выдохнула.

- Вы говорите на английском?

- Весьма посредственно, - последовал ответ. Но это было лучше, чем ничего!

- Что вам нужно, мадемуазель? – поинтересовался дворецкий. Говорил он с сильным акцентом, но я все поняла и на миг замялась, не зная, что сказать.

- Я здесь по личному вопросу, - выдала краснея.

- Боюсь, тогда хозяин не сможет вас принять, - озадачил меня дворецкий, - приезжайте через несколько дней. Возможно, тогда…

- Вы не понимаете, - заговорила я быстро, но тут за спиной слуги появилась пожилая женщина. У нее были полные щеки, добрые глаза удивительно синего цвета. Женщина была одета в костюм для верховой езды. Окинув меня любопытным взглядом, она шутливо толкнула дворецкого в бок и что-то спросила у него на своем непонятном языке. Он ответил, и женщина снова посмотрела на меня. Выражение ее лица изменилось. Улыбка исчезла, и она шагнула ко мне, рассматривая уже несколько иначе. Я определенно стала ей внезапно интересна.

Прошло несколько секунд, прежде чем хозяйка дома что-то сказала, и дворецкий попытался перевести:

- Госпожа просит вас пойти с ней, - сказал он.

Я удивленно моргнула, но выполнила желание странной незнакомки, которая проворно схватила меня вдруг за руку и потянула за собой да так быстро, что я едва поспевала за ней.

Мы миновали просторный холл, затем поднялись по деревянной широкой лестнице, пошли по коридору, стены которого были увешаны картинами и портретами. Затем вошли в просторную комнату, похожую на кабинет. Уже внутри странная особа почти силой усадила меня в широкое кресло за компьютерный стол и не говоря ни слова, включила компьютер.

Я глупо моргнула, все еще не понимая, что происходит, пока монитор не ожил, загрузив систему, и не показал мне заставку, с которой на меня смотрела я сама. Фото было сделано там, на «Райском» острове. И я поняла, что оказалась там, где надо.

*******

Его там не было. Мы разминулись на две недели, которые показались мне целой вечностью.

Уже скоро я узнала, где нахожусь и что за женщина принимает меня в своем доме. Все оказалось намного проще. Это была мать Майкла. Вместе с ней в доме жила еще его сестра и маленький племянник, милый мальчишка семи лет по имени Жан.

Судя по всему, меня здесь знали. Точнее, мое лицо, которое было у Лоусона на заставке в его компьютере. От матери Майкла я узнала, что он только недавно встал на ноги. Она говорила о его ранении, как о болезни. Я, зная правду, не стала уточнять и что-то объяснять. А еще я, кажется, поняла, что держало Лоусона на острове. Или, точнее, чем его держали Сантьяго и его дочь.

Вероятнее всего, это была семья. Возможно, ему грозили расправиться с его близкими. По крайней мере, это бы многое объяснило.

- Куда он улетел! Когда вернется? – помнится, спросила я в первый день своего появления в доме семейства Гранже.

Его матушка, мадам Женевьева, лишь развела руками.

Она не знала.

Не знала и сестра.

- Оставайтесь у нас, - предложила мадам Гранже с помощью дворецкого Луи, который помогал нам общаться.

- О, маман, возможно, Мишель не вернется, - заметила его сестра, молодая женщина лет тридцати от роду. С Майклом их роднили глаза. У Элен они были такого же темного цвета. Только выражение более мягкое, что ли?

- Ты что-то знаешь? – спросила Женевьева.

Элен покосилась на меня.

- Он сказал, что уехал искать нечто важное, - ответила женщина. – И что поиски, возможно, займут даже не дни, а недели. Но ты же знаешь Мишеля. В прошлый раз он уехал на месяц, а вернулся вот недавно, да еще и едва живой!

Слушая перевод дворецкого, я вдруг поняла, куда уехал Майкл. Или, точнее, за кем.

Возможно, я просто все себе придумала! Возможно, просто хотела надеяться…

Так или иначе, но переночевав в доме Лоусона, я на следующее утро решила возвращаться домой, потому что понадеялась, что он ищет меня!

Дорога в аэропорт заняла почти двое суток. Я сдала машину и купила билет. До рейса оставалось полчаса, и я стояла в зале здания, следя за тем, как прилетают и улетают самолеты. Вот и очередной совершил посадку.

Я прижалась разгоряченным лбом к холодному стеклу, глядя, как из самолета выходят пассажиры. Спускаясь по трапу, они спешили в терминал, а я стояла и смотрела, как группа приближается, как люди подходят ближе. Вот они уже идут мимо.

Зажмурившись, вздохнула, чувствуя, что устала. Нет, я совершенно не жалела о том, что приехала сюда и познакомилась с семьей Лоусона. Жалела лишь о том, что время упущено. Что, возможно, он тоже ищет меня на другом конце этого огромного мира.

«Если ищет!» - промелькнула мысль. Но я прогнала ее прочь. Заставка на компьютере Лоусона говорила больше, чем неуместные подозрения.

Прибывшие зашли в зал ожидания и теперь получали вещи, а я стояла и смотрела в окно, отметив, что мой самолет уже вышел на полосу и скоро объявят посадку.

Найдем ли мы друг друга, промелькнула мысль, когда за спиной что-то с шумом шлепнулось на пол. Я удивленно посмотрела в окно, разглядев отражение человека, стоявшего за спиной. Кажется, мужчина бросил на пол сумку?

Я впилась взглядом в отражение и почувствовала, как сердце пропустило удар.

Нет, такого просто не могло быть! Я не верила своим глазам.

Мужчина стоял за моей спиной. Нас разделяли несколько шагов, но я отчаянно боялась обернуться. Боялась, что это всего лишь мое воображение, которое показало то, что хотела увидеть!

Я скользила жадным взором по высокой фигуре, по широким плечам, отмечая, что мужчина одет в простую синюю джинсовую куртку и темные джинсы. На его ногах были черные кроссовки.

- Майкл, - прошептала я еле слышно, все еще не в силах обернуться, чтобы проверить, реальный ли он, тот, кто стоит за спиной.

Мужчина сделал шаг. Затем еще один.

Я зажмурилась. Сердце билось так быстро, так сильно, что мне было больно.

Я вздрогнула, когда на плечи опустились сильные руки. И заплакала, когда он, склонившись, прижался лбом к моему плечу.

Голос диспетчера объявил о начале посадки на рейс. Мой рейс!

Руки мужчины скользнули по моим плечам. Он прижался ко мне и обнял.

- Мэл! – прозвучал жадный шепот. По телу пробежала дрожь. Мои колени подогнулись.

- Мэл! – повторил голос. – Я искал тебя.

- И ты нашел, - ответила я и, развернувшись в объятиях Майкла, встала с ним лицом к лицу и встретила его пристальный, напряженный взгляд. Это был он. Такой же красивый, сильный. Такой мой. А затем Майкл наклонился ближе и меня снова пронзило острым разрядом от одного лишь его прикосновения. Каждую клеточку, каждый миллиметр тела! Так было и будет всегда!