Джана Делеон - Смертельная красота болот (ЛП)

Уверенности Мари даже близко не набралась, но позволила вытолкнуть себя за дверь и потопала через лужайку, нервно оглядываясь на каждом шагу.

— Думаете, она справится и не упадет в обморок? — спросила я.

— Чертов муженек убедил Мари, что она никчемна, — проворчала Ида Белль. — Я хочу это изменить. Она умная женщина и способна на большее, чем торчать дома, вязать и готовить.

Я спорить не стала, тем более что уже наслушалась историй о покойном супруге Мари, и ничего хорошего в них не было.

В передней части дома Селии вспыхнул свет — кто-то открыл входную дверь. Я скрестила пальцы, надеясь, что Мари сумеет что-нибудь вытянуть из угрюмой Селии. Минуту спустя свет погас, а еще через несколько секунд наша лазутчица уже бежала обратно.

Она ворвалась через парадную дверь — щеки красные, дыхание прерывистое.

— Кто-то вломился в дом Селии.

— Ее ограбили?

Мари покачала головой:

— Только перерыли комнату Пэнси — буквально всю комнату. Повытаскивали ящики из комода, вытряхнули все из шкафа, разрезали матрац.

— На кой черт? — поразилась Герти.

— Кто-то что-то искал, — сказала я.

Ида Белль сдвинула брови:

— Возможно, о привычке Пэнси все записывать знала не только Элли.

Я посмотрела на Мари:

— Селия упомянула, в какое время это произошло?

— Она весь день была дома, только на последний час отлучилась.

Герти облегченно выдохнула:

— Значит, Марк и Джоани вне подозрений. Он уже сидел в офисе шерифа, пытаясь убедить Миртл связаться с Картером, чтобы во всем признаться. А Джоани была дома с мамой и тетей.

— Но Фортуна как раз под ударом, — не разделила ее радости Ида Белль.

— На кой Фортуне красть эту записную книжку? — не поняла Герти. — Она же с Пэнси не спала.

— А Джоани уже в курсе, что Марк спал. Наш же вор, вероятно, тот, чья жена еще ничего не знает, и кто не хочет, чтобы она узнала.

— Но одно ли лицо убийца и вор? — спросила я. — Или это просто какой-то бедняга, не желающий, чтобы во время расследования всплыло и его грязное белье?

— Отличный вопрос. — Ида Белль вздохнула. — И как бы логично мы тут ни рассуждали, народ все равно обвинит во взломе Фортуну.

— Все хорошо, — успокоила я. — Последний час я провела за ужином с Картером.

На меня уставились три пары одинаково круглых глаз, затем Ида Белль подняла брови:

— Интересненько.

— Ничего интересного, — прервала я, пока они там не навыдумывали, чего нет. — Я заметила, что он устроился в машине через дорогу, явно собираясь следить за мной, и подошла поговорить. Он выглядел усталым и расстроенным, а из еды прихватил только кофе и жалкий батончик. У меня были куриная запеканка и пирог, я пожалела Картера и пригласила его поесть.

— Только поесть? — разулыбалась Герти.

— Разумеется! Слушайте, он же из-за меня там сидел, и это наименьшее, что я могла сделать.

— Далеко не наименьшее, — возразила Ида Белль. — Но сомневаюсь, что тебя это спасет.

— Почему? Если помощник шерифа — не железное алиби, то кто тогда?

Герти нервозно покосилась на подружку, та шумно выдохнула.

— Мы не хотели тебе говорить, но обвинения, брошенные в кафе кузиной Селии, не прошли даром…

Я нахмурилась, вспоминая все, что в тот день изрыгнула на меня упомянутая кузина. И тут же ахнула:

— Все думают, что я сплю с Картером?

— Некоторые, — поправила Герти. — Не те, у кого есть мозги.

— К сожалению, — добавила Ида Белль, — большинство местных как раз безмозглые.

Сердце ушло в пятки.

— Пригласив его, я окончательно все запортачила, да?

Герти прикусила нижнюю губу.

— Возможно, — пробормотала Ида Белль.

Герти выпучила глаза.

— Ладно-ладно, скорее всего, — признала Ида Белль. — Напротив тебя живет Фостер — самая любопытная зараза в Греховодье. Уверена, он не отлипал от окна с тех пор, как началась вся эта заварушка с Пэнси.

— Но ведь еще остается доктор Райан, — напомнила Герти. — Как только Картер его закроет, все наезды на Фортуну прекратятся.

Я покачала головой:

— Сомневаюсь. Картер сказал, что доктора арестовали в Новом Орлеане и продержат под стражей, пока он завтра не приедет на допрос.

— Но если Райан в тюрьме, кто вломился к Селии?

Ида Белль нахмурилась:

— Чертовски хороший вопрос.

Мари уговаривала меня остаться на ночь, но я заметила, что ночевка по соседству с Селией скорее укрепит подозрения, чем ослабит, и ей пришлось согласиться. Затем между Герти и Идой Белль вспыхнула ссора на тему «кто из них наиболее надежное алиби». Я в дрязги не лезла, ибо, если честно, правильный ответ один: никто.

Наконец я разрешила проблему, объявив, что собираюсь спать в своей постели, и если они желают изображать вооруженную охрану, то могут сделать это у меня. Учитывая, что только в моем доме хватает спален и ванных на всех, аргумент подействовал.

Мы просидели почти до полуночи, пытаясь осмыслить произошедшее, но тщетно. Доктор Райан был идеальным решением, а теперь все казалось таким сумбурным и бессвязным. Около десяти Иде Белль позвонила одна из греховодных дам и сообщила, что Марка отпустили, но подробности пока неизвестны. Как я и думала, Картер быстро понял, что Марк не убийца, однако своим признанием тот навлек подозрения на собственную жену, пусть никто из них и не мог ворваться к Селии.

От бесконечного разговора мы все измучились, издергались и расстроились, так что в конце концов отправились по кроватям. К сожалению, мой разум не так устал, как тело, и сон не шел. Я ворочалась, пыталась читать, а где-то в час ночи не выдержала и спустилась вниз за стаканом теплого молока.

Кости спал на одеяле на своем прежнем месте в углу кухни и даже не шелохнулся, пока я наливала молоко и ставила стакан в микроволновку. Но когда я нажала на кнопку, чтобы остановить таймер прежде, чем запищит противный сигнал, пес вскочил с прямо-таки невообразимой скоростью, вскинул голову и принюхался.

Я замерла, наблюдая, как он медленно выбирается из постели. Кости доплелся до задней двери, уперся носом в щель, снова втянул воздух, затем оглянулся на меня и, поцарапав косяк лапой, заскулил.

— Ш-ш-ш-ш-ш. — Я погладила пса по голове, надеясь, что это удержит его от лая, и, чуть отодвинув шторку, выглянула наружу.

На лужайке, прямо там, где свет от крыльца уже рассеивался, что-то двигалось. Что-то большое. Пульс ускорился. По газону тут может шнырять всякая мелочевка, но отбрасывать тень таких размеров способен только человек.