Лиза Джексон - Самозванка (Сокровища)

Естественно, у него это не получилось. Его отпрыски были для этого одновременно слишком сильными и слишком слабыми. Джейсон больше всего напоминает Уитта по характеру, его тоже мало что волнует, кроме корпорации и состояния. Триш так и не стала самостоятельной женщиной. Уитт сломал ее много лет назад. А Зак – она улыбнулась, подумав о своем втором сыне, – он совсем особенный. Юнис обожала его за дерзость и независимость. Нелсон, конечно, конформист и умел поладить с Уиттом, когда ему что-то требовалось.

Развод стал для нее кошмаром. Газеты изображали Юнис пресыщенной богатой дамочкой, неразборчивой в связях, включая кровного врага своего мужа. У нее не было ни сил, ни денег, чтобы бороться с Уиттом, и она согласилась на скромные алименты, оставив детей на милость этого чудовища. Даже сейчас при воспоминании о том, что Уитт отнял у нее самое дорогое, она в ярости стискивала зубы. Она должна была пожертвовать собой и жить с ним, терпеть его безразличие, его тяжелый характер, но никогда не расставаться с детьми, но она трусливо приняла деньги и уехала.

С тех пор в ее жизни не было ни одного счастливого дня. Даже во втором браке, внешне благополучном, она часто засыпала в слезах, тоскуя по своим детям.

Что касается ее отношений с Полидори, их связь распалась, как только Уитт узнал о ее измене. Она часто думала, что Энтони использовал ее, чтобы отомстить Уитту. Юнис поморгала, чтобы скрыть непрошеные слезы.

– Ты правда хорошо себя чувствуешь? – Нелсон озабоченно смотрел на нее, не понимая причин ее огорчения.

– Отлично, – ответила Юнис, не собираясь раскисать. – Ну что ж, давай займемся нашей проблемой. Нужно подробнее разузнать об этой авантюристке, которая называет себя Ланден.

Одри закрыла сумку и откинула назад голову, стараясь избавиться от напряжения в шее. Она просмотрела множество материалов в местной прессе о семье Дэнверс, записала имена и даты, которые не смогла найти в Монтане. Она начала поиски с 1974 года, с момента похищения, но просмотреть все, конечно, не успела. Необходимо было сделать перерыв. Одри собрала газеты и вышла на улицу.

За это время погода существенно изменилась к лучшему. Ветер стих, ярко светило солнце. Легкие облака медленно плыли по небу. Словом, день выдался хороший, и Одри решила пройтись до торгового центра пешком.

Она зашла в кафе на первом этаже, но не успела сделать заказ, как заметила Закари. Не ожидая приглашения, он взял стул, стоящий напротив нее, перевернул, уселся, по-ковбойски оседлав его, и недовольно бросил:

– Ты мне наврала.

– Неужели? – спросила она, не зная, в чем именно он намерен ее уличить.

– Не притворяйся. Ты остановилась не в «Бенсоне».

– Это преступление?

– Мне безразлично, где ты живешь, но остальным кажется, что это важно.

– Но если тебе безразлично, почему ты здесь?

– Меня послала семья.

Одри не поверила ему: Зак был не похож на человека, которого можно заставить сделать что-то, чего он не хочет.

– И как же ты меня нашел?

– Это было несложно.

Одри постаралась сдержать раздражение.

– Ты за мной следил!

Зак пожал плечами. Его притворное безразличие разозлило ее еще больше.

– Неважно. Я здесь, чтобы передать тебе приглашение.

Одри посмотрела на него с подозрением, но в этот момент появилась официантка, чтобы принять заказ, и им пришлось прервать разговор.

– Я тебя не приглашала к моему столу, – сказала Одри, как только официантка отошла к другим посетителям.

– Как и тебя никто не приглашал вчера вечером.

– Зачем ты за мной следишь?

– Ты заставила моих близких поволноваться.

– А тебя? Тебя я тоже заставила волноваться?

Зак так холодно посмотрел на нее, что Одри захотелось оказаться за много миль отсюда. Проницательные серые глаза пристально изучали ее лицо.

– Ты меня беспокоишь, – признался он, откинув голову назад.

– Ты все еще мне не веришь.

– На самом деле ты сама не веришь в свою легенду. Бессмысленно было спорить с ним на эту тему. Зак Дэнверс напоминал ей терьера, вцепившегося в кость, он предпочитал верить в то, что ему удобно. Отлично, решила про себя Одри, пусть думает что хочет. Однако от его циничного недоверия ей становилось не по себе. Она решила попытаться наладить контакт с упрямцем. Он по-прежнему единственный из семьи, которому она готова была верить.

– Так что ты говорил о приглашении? – напомнила Одри, намазывая хлеб маслом.

– На семейном совете решено пригласить тебя переехать в «Дэнверс».

Этого следовало бы ожидать, тем не менее она растерялась.

– Чтобы было легче следить за мной?

– Можешь так считать.

– А ты можешь им передать, чтобы они шли к черту?

– Уже передал. – Уголки его рта дрогнули.

– Слушай, Зак, я не терплю, когда мной манипулируют, и ненавижу, когда за мной следят.

– Ты сама к нам приехала, ты еще не забыла об этом?

Что ж, это правда. Одри сдула челку со лба. Она не должна выходить из себя. Она просто устала, голодна и не выспалась. Да и вчерашний вечер дался ей нелегко. Ее нервы, как натянутые струны, казалось, реагировали на самые слабые раздражители. Одри становилось страшно при одной мысли о новой встрече с семьей Дэнверс.

– Я просто хотела, чтобы ты помог мне узнать правду.

– Я и так ее знаю, – ответил Зак.

– Но если ты так уверен, зачем ты следил за мной? Зак снова молча разглядывал ее не меньше минуты.

– Я думаю, что ты собираешься разворошить осиное гнездо и не представляешь последствий. И ты очень быстро пожалеешь об этом.

– Каждый сам отвечает за свои ошибки.

– Я просто тебя предупредил.

– О чем? – Одри облокотилась на стол и придвинулась к нему. – Послушай, Закари, я не собираюсь провести остаток жизни, гадая, кто я на самом деле.

– А если ты выяснишь, что ты не Ланден? Неожиданно она улыбнулась, и Зака снова поразило ее сходство с Кэт.

– Я последую старой английской пословице: буду переходить мост, когда подойду к нему.

Официантка принесла заказ, и Одри с наслаждением принялась за еду.

– Джейсон считает, что в «Дэнверсе» тебе будет намного удобнее, – продолжал Зак, откусывая сандвич.

– Он беспокоится о моем здоровье и безопасности? – с иронией сказала Одри.

Зак пожал плечами.

– Передай ему «спасибо», только это будет «спасибо, нет». Цена слишком высока.

– Тебе не придется ничего платить.

– Я говорю не о деньгах, – отрезала Одри.

Их глаза встретились, и снова Зак почувствовал укол в сердце. Ему было тяжело рядом с ней. Эти такие знакомые голубые глаза, черные волосы, мягкая обещающая улыбка. Он молчал до самого конца обеда, за который расплатился с официанткой, несмотря на все возражения Одри. Она в конце концов решила, что лучше проиграть незначительную битву и сберечь силы для решающей.