Позволь тебя не разлюбить (СИ) - Лабрус Елена

Андрей пожал плечами, глядя перед собой.

— Знаешь, что меня зацепило больше? — усмехнулся он. — Что отец всё знал. Про неё и епископа. И вместо того, чтобы уволить, избавиться от неё, использовал. Использовал самым беспощадным образом — она выполняла для него всю грязную работу. Была и киллером, и нянькой его жене, и двойным агентом.

— За что и поплатился. Она его убила, — вздохнула я. — Но, знаешь, что, наверное, заслуживает уважения — то, как она была так привязана к Кате. Пока Костлявая была рядом, та хоть как-то держалась. Она была ей как мать. Как любящая, заботливая мать, готовая на всё ради своего ребёнка. Буквально на всё.

Андрей развёл руками:

— Ты добрее меня. Намного добрее, Ви.

— Я мать. Я знаю, что это такое, — я усмехнулась и отдала ему письмо. — Так и думала, что Катя начала тяжбу на наследство, только ради того, чтобы видеться с тобой хоть иногда.

— Как там говорил твой дед? Ищите женщину? — улыбнулся Андрей.

— Всё всегда замешено на чувствах, — улыбнулась я. — Ну что ж, осталась только одна загадка: зачем всем так была нужна эта земля?

— И у меня есть для тебя ответ, — сказал мой Король.

Глава 15

Мы ехали так долго, что я даже успела заснуть и проснулась от грохота железной двери.

Машина стояла у гаража. Андрей открывала ворота. Кругом не было ни души, разве что вороны, что с карканьем сорвались с дерева, когда я открыла дверь машины, и улетели.

— Это же… — уставилась я на заставленный чёрными мешками склад.

— Да, это они, — сорвал Андрей ближайший мешок, и я увидела под ним ржавую бочку со знаком токсичных отходов. — Бочки, что подняли со дна Русалочьей заводи.

— И ты хранишь их здесь? Это же опасно, — непроизвольно шагнула я к выходу.

— Не опаснее, чем держать в подвале мешок золота. Вернее, — он посчитал глазами, — почти двадцать мешков золота. Скорее всего, в них родий, — повернулся он. — Металл нейтральный, хрупкий и очень дорогой. В разы дороже платины, потому что встречается во много раз реже. Долгая история, как он вообще попал сюда, как-нибудь потом расскажу, но, если коротко, токсичными отходами его просто замаскировали, чтобы никто не покусился на эти бочки. И спрятали на «ничейной» тогда земле, которую какое-то другое ведомство, которое ни о чём и не подозревало, выделило её твоему деду.

— Или подозревало, — ответила я. — Мне кажется, в этом тоже был замешан твой отец. Он что-то знал уже тогда, поэтому и договорился с моим дедом. Подключил нужных людей, тому презентовали землю, часть которой он использовал для строительства дома, а остальную передал твоему отцу.

— Одного только он не учёл, — кивнул Андрей соглашаясь. — Что задолго до того, как он начал там строить церковь, и даже до того, как начали строить новый монастырь, там добывали древесину, возможно, не совсем законно вырубали лес. И нашли чёртовы бочки. Решив, что начнётся расследование и прочая суета, если они заявят о своей находке, с плеч полетят и головы, и погоны, предпочли просто сбросить бочки в Русалочью заводь от греха подальше, и всё.

— А если бы там были настоящие токсичные отходы, а то и радиоактивные?

— Была бы экологическая катастрофа, — ответил Андрей. — Но, слава богу, её не произошло.

— И что собирался делать епископ? Неужели перекопать всю территорию монастыря?

— Не удивлюсь. Но пока земля не его, никто бы ему этого не позволил.

— А с родием?

— Видимо, обеспечить себе безбедную старость в какой-нибудь уютной тёплой стране. Он же не дурак, понимал, что рано или поздно правда выплывет наружу. А родий стоит дорого.

— Настолько? — усмехнулась я.

— Ну, здесь примерно на пятьдесят миллиардов рублей чистого металла.

— Ты серьёзно? — вытаращила я глаза.

— Продать его, конечно, не так просто, как кажется, но, если что, на безбедную старость нам хватит, — улыбнулся он. — Мой тебе свадебный подарок, Дюймовочка. Достаточно по-королевски?

— Я замужем, Ваше Величество. За кротом, — напомнила я.

— Мы это исправим, — подтянул он меня к себе. — Кстати… — он неожиданно опустился на одно колено и протянул кольцо. — Выходи за меня.

Я округлила глаза.

— Когда?.. Где… ты его взял?

— Я носил его в кармане шесть лет. Я летел, чтобы сделать тебе предложение в тот день, когда ты попала в аварию. Оно немного потускнело и не очень похоже на то, что дарят на помолвку, — потёр он кольцо о штаны. — Но оно всё ещё то самое. Я так тебя и не разлюбил, Дюймовочка.

— И я тебя, мой король.

— Это да? — улыбнулся он.

— Это да, — взяла я у него кольцо.

На нём кружили две ласточки.

Наши ласточки.

Эпилог

— Уже можно? — остановилась я и взялась за повязку, которой мне завязали глаза.

— Нет, мама, нет, — закричали дети.

— Ещё чуть-чуть, — сказал мне на ухо Андрей. — Совсем немного.

Он держал меня за плечи и мягко руководил, куда идти.

Под ногой хрустнула ветка. Божественно пахло хвоей.

Мы точно были где-то в лесу. Но я не знала где. Меня сначала везли, а теперь вели с закрытыми глазами.

— Сейчас будут ступеньки вниз, — предупредил Андрей.

Уже год, как мы поженились. И с весны они с детьми готовили мне какой-то сюрприз. Что-то заговорщицки обсуждали, прятали от меня какие-то рисунки, куда-то ездили с отцом. Даже бабушку с дедушкой подключили к своему заговору, и те хитро улыбались, но тоже молчали как партизаны.

— Ой, — я чуть не оступилась.

— Осторожно, — подхватил меня Андрей.

— Пахнет… русалками, — принюхалась я.

На самом деле пахло свежеструганным деревом и тиной. А ещё сейчас я явственно слышала, как о берег бьётся вода и шуршат камни.

— Всё, можно, — разрешил Андрей.

Он убрал руки. Стянула повязку.

— Сюрприз! — закричали дети.

Увы, всё, что я видела — это белое пятно. Потом синее пятно, потом белое пятно на синем, а потом…

— Это что?.. — прижала я руки к груди. — Мой Мотылёк?

— Это твой катер! Твой катер, мам! — подпрыгивали от нетерпения Макс с Анфисой.

Не совсем отмытый от копоти, с оплавленным боком, но это точно был он.

— Не удалось исправить всё, — смущённо засунул руки в карманы Кирсанов, — но он на ходу.

— Папа сам его чинил, — гордо сказал Максим. — А я помогал.

— И я, — сказала Анфиса.

— Мои же вы зайки, — погладила я детей по волосам. — И ты тоже ничего, — взъерошила кудри мужа. — Спасибо, мои родные. Спасибо! — я вытерла слёзы. Посмотрела под ноги. — О, и причал восстановили.

Максим хихикнул и зажал рукой рот. Анфиса тоже засмеялась.

— Что? — не поняла я.

Макс тыкал пальцем куда-то мне за спину.

Я обернулась.

И открыла рот.

— Ты… — у меня не было слов. — Ты построил дом?

— Ну, это сделал не я. Строители. По чертежам твоей бабушки, так что особо моей заслуги в этом нет. И они предложили кое-что изменить, потому что у нас дети, и семья стала больше. В общем, в нём теперь немного больше комнат… но катер я починил сам.

— Мама, поехали уже! — закричали дети.

Им, уже бывавшим в доме и не раз, куда интереснее было покататься на катере, а я…

— Ладно, потом посмотрю дом, — махнула я рукой. — Ключи! — протянула руку.

Андрей вложил в неё связку.

— Ну, кто за штурмана?

— Я! Нет, я! — закричали дети.

— Все прочь, — растолкал их отец. — Это моё место, юнги! Отдать концы! Свистать всех наверх! Товарищ капитан, — натянул он на меня белую капитанскую фуражку и приложил руку к козырьку своей. — Судно к отплытию готово!

— От винта! — выдохнула я и повернула ключ зажигания.

Двигатель мягко заурчал.

— Эй, на борту! — крикнули нам откуда-то сверху.

— Ого! У нас теперь на втором этаже балкон? — задрала я голову.

— А то, — хмыкнул мой муж.