Линда Барлоу - Измена

И опять она кивнула ему. Она верила ему. Действительно верила.

Она попыталась повернуться на бок, но он прижал ее спиной к кровати. Придавив ее ноги своим бедром, он удерживал ее в таком положении.

— Твое тело доверяет мне, Энни, — сказал он. — Рано или поздно ты придешь к этому и умом.

После очередного прилива страсти Мэт мягко сказал:

— Ну ладно, давай вместе обдумаем все это. Ты абсолютно уверена, что водитель пытался тебя сбить?

Энни с трудом заставила себя вернуться к предшествующим событиям этой ночи. Правильно ли она оценила ситуацию? Может быть, машина неслась с разгона и водитель просто потерял управление? Скажем, пьяный подросток? Она пожала плечами.

— Я не знаю, пытался ли он в самом деле сбить меня, но вот то, что он пытался меня испугать, — это совершенно точно. Я в этом уверена.

— Ну-ка, расскажи мне, что произошло. С самого начала.

Начав с записки, найденной на ветровом стекле, она по порядку описала события того вечера.

Когда она закончила, Мэт задумчиво проговорил:

— Таким образом, есть две возможности: или Вико заехал к тебе сзади и в досаде от того, что ты гналась за ними, пытался испугать тебя.

— Вико ехал совсем на другой машине.

— Ну, хорошо. А что, если так: кто-то следил за тобой до места встречи с Паулиной и Вико, и потом ты была поглощена погоней за подростками и не увидела что кто-то преследует тебя.

— Но кто? И зачем?

— Ну, прежде всего это может быть тот, кто посылает тебе записки с угрозами.

— Но мне кажется, что он ненормальный, псих какой-то.

— Ну, предположим на минутку, что он не псих, а просто кто-то, кому нужно тебя запугать для того —…ну, для чего? Для того, чтобы ты ушла с работы?

— Я уже задавала себе этот вопрос. Может быть, кому-то нужно, чтобы я не была менеджером проекта? Не в этом ли дело? И если это в самом деле так, то почему? Может быть, кто-то претендует на мою должность? Сэм сказал, что если бы он не поручил это дело мне, он, возможно, поручил бы его Дарси. Но это не может быть Дарси — мы с ней близкие подруги… и в любом случае зачем ей эта работа?

— Кто еще, кроме Дарси?

— Ну, есть такой Джек Флетчер, которому я никогда особенно не доверяла. У меня такое чувство, что с ним что-то не ладно. Но он управляющий строительными работами, что само по себе неплохая работа. Он обладает, возможно, даже большим влиянием на стройке, чем я. Так что для него есть какой-то смысл избавляться от меня, если ему невыносимо работать со мной.

— Ну, может быть, ему невыносимо то, что приходится работать с женщиной?

Она пожала плечами.

— Впрочем, это не имеет никакого отношения к твоей работе. Может быть, ты представляешь для кого-то опасность?

— Какую опасность я могу представлять?

— Энни, не будь наивной. Это может быть связано с самим родом твоих занятий. Может быть, какое-то мошенничество со стороны строителей или подрядчиков. Ты управляешь проектом на протяжении многих месяцев и можешь знать какие-то вещи, которым сейчас не придаешь значения. Может быть, кто-то пытается избавиться от тебя, пока ты еще во всем не разобралась.

«Он прав», — подумала Энни. Мак-Энерни, например, производил на нее впечатление человека, который может, ни минуты не раздумывая, ввязаться в какое-нибудь грязное дело, если оно сулит внушительную выгоду и не связано с большим риском. И кроме того, не стоит выпускать из виду еще и Сида Кэнина, которого Сэм уволил, никому не сказав, за что.

— В конце концов не будем забывать, что только что был убит человек, — сказал Мэт. — Может быть, убийца и анонимщик — это одно и то же, лицо.

— У меня от всех этих мыслей уже болит голова, — сказала она.

— Мне знакомо это чувство, поверь. Меньше всего в жизни мне хотелось бы иметь дело с еще одним убийством.

— О, Мэт, прости меня! Я раскаиваюсь.

Он улыбнулся. Потом наклонился и поцеловал ее.

— На слово я тебе теперь ни за что не поверю. Если ты действительно раскаиваешься, ты должна мне это доказать. И я, могу подсказать тебе несколько способов, как это сделать, — сказал он.

Она в шутку пыталась сопротивляться ему, когда он опрокидывал ее. Ночь была такой бурной, что в ней не осталось места для легкой любовной игры. И теперь впервые Энни ощутила, что любовь Мэта может быть и наслаждением, и одновременно забавой.

«Нет, забава — это неподходящее слово», — невольно подумала она немного погодя. Его легкомысленность не вяжется с той страстью, что охватила их обоих.

Двадцать пятая глава

— Энни, ты сегодня что-то бледна. С тобой все в порядке? — спросил Флетчер на следующий день. Они стояли на церковных хорах в западной части собора, наблюдая за установкой труб большого церковного органа. Рабочий день шел к концу, и рабочие постепенно расходились по домам.

— Я прекрасно себя чувствую, — сказала Энни. — Мне надо уйти, ты не смог бы все закончить вместо меня?

— Нет проблем.

Энни спешила домой, потому что на сегодня у нее была назначена встреча с Мэтом. Весь день она с волнением ждала этой встречи. Он позвонил ей во время ланча и даже для отвода глаз не попытался завести разговор о стройке, об убийстве или еще о чем-нибудь. «Ты мне нужна», — сказал он, и его голос красноречивее слов говорил о его сокровенных желаниях.

— Если ты подождешь пару секунд, я провожу тебя до машины, — добавил Флетчер.

— Спасибо, но это совершенно не обязательно.

— Я знаю, но убийство Джузеппе и угрозы, что ты получаешь… Думаю, тебе не помешало бы сопровождение сильного мужчины, особенно вечером.

«Но только не такого, как ты», — подумала Энни, но одернула себя. Она все же несправедлива к парню. Джек всегда был с ней вежлив, а сейчас, казалось, проявлял искреннюю заботу.

— Ну хорошо, спасибо, — сказала она.

Они вместе пошли к лифту, который только что установили в южной колокольне. В соборе было темно и мрачно, и Энни вспомнила, как Барбара Рэй описывала ей свое видение. Холодок пробежал по ее спине. Смерть Джузеппе наложила на собор зловещий отпечаток. Теперь он казался не образцом красоты и святости, а вместилищем скорби.

«Сработало», — подумал Флетчер, сопровождая Энни к лифту. Он действовал почти наобум, но результаты превзошли все его ожидания. Энни была уже не такой самоуверенной и нахальной, как несколько недель назад. Она испугана, и страх смягчил ее, сделав еще более женственной.

Конечно, ему следует быть осторожнее. Никаких больше писем с угрозами, раз на сцене появилась полиция. Слишком опасно! Он не может позволить себе испытывать судьбу.