Светлана Успенская - Над пропастью во лжи

– Запишем, что нет…

Через несколько минут, что-то подсчитав на бумаге, юноша произнес:

– Это ужасно! Я впервые встречаю такой запущенный случай! Выживаемость близка к нулю, энергия – тоже, стабильность отрицательна, зато депрессия – восемьдесят баллов! Вы сами чувствуете, что с вами не все Е порядке? – строго, как учитель, спросил он.

– Да, вы правы… – Маринка растерянно улыбнулась. – В последнее время мне кажется, что весь мир ополчился против меня.

– Нет, Марина. – Оля осуждающе покачала головой. – Проблема не в окружающем мире, а в вас самой, и вы должны это понять. Понимаете, если не улучшить параметры вашего теста, со временем вы будете выживать все хуже и хуже. Чтобы этого не случилось, вы должны научиться противостоять злу и уметь увеличить собой количество светлой энергии во Вселенной. Эту энергию мы зовем тэтой.

– Тэтой? – переспросила Маринка.

– Да, радость и счастье – вот что такое тэта. Человек своей жизнью призван увеличить количество тэты в мире. Вы думаете, что человек создан лишь для того, чтобы родиться, есть-пить несколько лет, а потом умереть в муках? Нет, человек создан как бессмертный всемогущий тэтан, мощный дух, способный изменить мир.

Это было как раз то, о чем так часто думалось по ночам! Маринка завороженно слушала пылкую речь, и ей казалось, что в эти минуты крошечный краешек огромной светлой истины на миг приоткрылся ей.

– Каждый может и должен стремиться стать тэтаном.

– Но как?

Есть методики. Этому можно и нужно научиться. Самый великий мыслитель человечества Дэн Гобард первым открыл эту истину и тем самым навсегда осчастливил людей. Он создал науку сенсологию [5], которая призвана дать счастье и смысл жизни каждому индивидууму.

– Дэн Гобард! – воскликнула Маринка, услышав знакомое имя. – На нашей Казанской ветке Коля-книжник продавал какую-то «Сенсологию». Но потом, правда, он куда-то исчез и…

– Вот видите, вы уже слышали кое-что о сенсологии. «Сенсология – современная наука душевного здоровья» Гобарда – это величайшая книга человечества, она даже более грандиозна, чем Библия. Потому что Библия лишь констатирует, что человек мелок и несчастлив, а «Сенсология» учит, как это преодолеть.

– Ну да, – Маринка недоверчиво хмыкнула, – что-то не верится. Сдается мне, если уж с колыбели удачи нет, то надеяться больше не на что!

– Вы так думаете? – вздернула брови Оля. – Вот посмотрите на Вадима!

Маринка перевела внимательный взгляд. Юноша был при полном параде: аккуратные волосы, красивое тонкое лицо с правильными чертами, тонкие очки, галстук – он был похож на мальчика из благополучной семьи, на учительского сыночка или на преуспевающего клерка из банка. Наверняка ему неизвестно, что такое ночевать в садовом домике и питаться только один раз в день… Что такое изнурительно работать сутками, чтобы выслать полученные крохи семье, что такое жить без надежды когда-либо вырваться из вонючей засасывающей трясины…

– Между прочим, я был беспризорником, – без тени смущения поведал Вадим. – Ночевал на вокзалах, побирался, иногда воровал. Но теперь я сенсолог, у меня есть цель в жизни, высокая, благородная цель. Я знаю, всегда есть надежда вырваться из вонючей засасывающей трясины, подняться из болота к сверкающим вершинам духа. И главное, знаю, как это сделать!

– Как? – потрясенно замерев, спросила Маринка.

– Очень просто. Приходите в Гуманитарный Центр Дэна Гобарда.

– Приду! Я обязательно приду!

– Повторите эту фразу еще раз.

– Я должна зарабатывать деньги, я должна зарабатывать деньги, должна зарабатывать деньги. Зарабатывать деньги, деньги, деньги, деньги, деньги…

– Вы действительно слышите эту фразу?

– Не знаю. Может быть, уже нет…

– Поздравляю вас. Самая сильная грамма у вас стерта. Теперь вы абсолютно чисты. Теперь вы – сенсолог!

Ее обступили дружественные, участливые, счастливые лица.

– Поздравлю вас, Марина, теперь вы абсолютно чисты, теперь вы – сенсолог! Как вы себя чувствуете?

Марина растерянно улыбается. Она измучена, бледна, растерянна. На ее лице залегли тени тяжелых воспоминаний, но светлые блики уже полощутся в глазах и слабая улыбка кривит бледные губы.

– О, нам пришлось нелегко, – делится впечатлениями Вадим, ее «терапевт». – У нее оказалось много очень стойких грамм. Нам пришлось на славу поработать. Не правда ли, Марина?

Девушка слабо улыбается, пожимает протянутые руки.

Как здесь хорошо, в Центре Дэна Гобарда! Светло, тихо, уютно – как в раю… Такие все заботливые, внимательные. Никто и никогда не относился к ней с такой теплотой, как здесь. Здесь ее родной дом, сюда стремится ее измученная, страждущая душа.

До ее появления здесь никого никогда не интересовало, что у нее внутри. Никто никогда не спрашивал, что накипело у нее на душе. А здесь… Здесь все болеют за нее, как будто она самый близкий, самый любимый друг. Как будто важнее ее душевного состояния на свете ничего нет. И она знает, это не притворство – их бескорыстие, их открытость, их всегдашняя готовность помочь. Добрые, внимательные глаза глядят на нее со всех сторон. Ее ввели в круг избранных, ей вернули человеческий облик и самоуважение. Для чего? Для того чтобы вместе со всеми двигаться по трудному, тернистому пути к высокой цели. Продвигаться неслышно, день за днем, месяц за месяцем, год за годом. Куда? Зачем?

Вперед! «Наша цель – очистить планету!» – возвещает лозунг в аудиторной комнате.

Да, человек достоин лишь такой великой идеи. Только движение к высшей цели придает человеческой жизни единственно возможный смысл.

– Наша цель – очистить планету, – повторяет Марина сквозь внезапно хлынувшие слезы счастья.

Это и ее личная цель. Она счастлива здесь, со своими единомышленниками. Она пойдет на край света, чтобы вместе с товарищами очистить от грязи, мрака, людской злобы и пошлости самые темные, самые неприглядные уголки Вселенной. Чтобы в мире было много тэты, чтобы когда-нибудь самой превратиться в бессмертного духа. И тогда вся планета превратится в цветущий сад, все люди станут счастливыми. Когда-нибудь так будет.

Как завещал великий Гобард. Как учит сенсология.

Глава 9

Да, тяжелый денек сегодня выдался… Еще утром я летела над океаном, возвращаясь из Блэкуотера, и думала, что прочно стою на вершине жизненного успеха, но вот – новое задание, новая интрига, новый виток бесконечной борьбы. Итак, мне предстоит суд. Нам всем предстоит суд. Как бы он не превратился в Судилище…

Торопливо поднялась по лестнице к своей квартире. С леденящим душу воплем шарахнулись мимо подъездные коты, посверкивая в полутьме зелеными фарами бешеных глаз. Один из них оказался черным, изящным, с белыми лапками и кокетливым белоснежным галстуком на шее. Он так походил на кошку Нюсю, которая когда-то жила у нас в бараке, что сердце обрадованно толкнулось в груди, словно при встрече с давно не виденным другом.