Тэми Хоуг - Темная лошадка

Я не хотела, чтобы чужие вторгались в мое убежище, но не объяснять же это Лэндри. Нельзя показывать противнику свои слабости. Мое замешательство и так слишком красноречиво. Я продиктовала адрес, ругая себя, что уступила даже в такой малости.

– Буду через тридцать минут, – пообещал он и повесил трубку.

Через двадцать три я уже открывала ему калитку.

– Ничего себе домик, – заметил Лэндри, глядя на хоромы Шона.

– Я тут в гостях.

Я повела его от стоянки мимо конюшни, к своему флигелю.

– Недурно, – усмехнулся, он. – Знакомство с людьми, которые не живут в картонных коробках и не кормятся из помойки, возвышает.

– А у вас именно такой круг общения? – спросила я. – Могли бы и повыше брать. Все-таки на побережье живете.

Лэндри покосился на меня с подозрением, оскорбленный тем, что я без его позволения что-то о нем разузнала.

– Откуда вы знаете?

– Вычислила. Свободные руки и Всемирная паутина…

Это ему совсем не понравилось. Вот и хорошо. Пусть знает, что я умнее его.

– Группа крови у вас четвертая, резус отрицательный, на прошлых выборах голосовали за республиканцев, – сказала я, отпирая входную дверь. – Кофе?

– А какой я предпочитаю, вы тоже знаете? – съязвил он.

– Черный. Сахара два куска.

Он вытаращил глаза.

Я пожала плечами.

– Случайно угадала.

Лэндри встал напротив меня, у дальней стены кухоньки, и скрестил руки на груди. Хоть сейчас на плакат о вербовке! Крахмальная рубашка, белая в тонкую бордовую полоску, кроваво-красный галстук, темные очки, военная выправка.

– Вид у вас как из ФБР, – заметила я. – Что это вы так? Профессиональная зависть?

– Почему вы так мною интересуетесь? – огрызнулся он.

– Знание – сила.

– То есть для вас это вроде игры?

– Вовсе нет. Просто хочу знать, с кем имею дело.

Лэндри нахмурился:

– Вы про меня и так уже все узнали. А теперь просветите меня насчет Сибрайтов.

Я показала ему видеозапись, рассказала, что произошло накануне вечером в доме Сибрайтов. Лэндри и бровью не повел.

– По-вашему, у отчима есть в этом какой-то интерес? – спросил он.

– Как он относится к Эрин, совершенно ясно. И с похищением он «разбирается» что-то очень странно. Кроме того, мне не нравятся его знакомства. Но если похищение инсценировано и он принимал участие, зачем прятать пленку? Вот чего я не понимаю.

– Может, на всякий случай, – предположил Лэндри, перемотав пленку, чтобы посмотреть еще раз. – Ждет, пока все закончится, девушка умрет, вот тогда он покажет пленку жене и расскажет, как оберегал ее от ужасной правды и принимал те решения, которые считал верными.

– Ах, да! Решения в семье принимает тот, кто лучше для этого подготовлен, – пробормотала я.

– Что?

– Семейный девиз. Брюс Сибрайт патологически педантичен, просто сдвинулся на идее контроля. Эгоист, шантажист, всех держит в страхе. Семейка будто из пьес Теннесси Уильямса.

– Тогда все сходится.

– Да, – согласилась я. – Эта девушка жила в настоящем гадюшнике. Если хотите, могу назвать еще трех подозреваемых.

– Валяйте.

Я рассказала про Чеда Сибрайта, потом еще раз про Дона Джейда.

– И еще я жду по Интерполу данных на Томаса Ван Зандта, известного своим недостойным поведением с молодыми дамами и вообще первостатейного мошенника.

– Эти лошадники просто прелесть что за люди, – заметил Лэндри.

Я пожала плечами:

– Наш бизнес – жизнь в миниатюре. Есть люди хорошие, есть плохие. Есть прекрасные и безобразные.

– Имущие и неимущие. Потому и в тюрьмах битком, – хмыкнул Лэндри. – Ревность, алчность, сексуальные извращения правят миром. – Он вздохнул и снова перемотал пленку на начало. – Эстес, а какая у вас роль в этой буче?

– Я же говорила. Помогаю младшей сестренке.

– Зачем? Почему вообще она пришла именно к вам?

– Долго рассказывать, да и неважно. Я уже впряглась и буду тянуть свою лямку до конца. У вас есть возражения?

– Да, есть, – не отрываясь от экрана, кивнул он. – Но я уверен, они вас не остановят.

– Верно.

Когда на экране появился белый фургон, он нажал кнопку «пауза» и прищурился.

– Можете разглядеть номер?

– Нет. Пыталась, но и на пленке Сибрайта ничего не разобрать. Технических возможностей магнитофона недостаточно. Послушайте, Лэндри, я уже выяснила всю подноготную окружения Джейда. Я очень охотно буду работать с вами. А вам глупо отказываться. Уверена, в вас много всякого, но глупость – это не ваше.

Он посмотрел на меня долгим взглядом, пытаясь проникнуть глубже, чем я бы позволила.

– Я тоже навел справки, – сказал он. – Вы, Эстес, женщина без тормозов. И всегда такой были, насколько мне известно. Это мне не нравится. Вы считаете Сибрайта свихнувшимся педантом, а для меня педантичность – достоинство. Когда я берусь за дело, то им занимаюсь только я. Точка. Я не хочу каждый день задаваться вопросом, что€ еще вы учудите завтра. И, уверяю вас, никто в нашей конторе не захочет. Если мое начальство узнает, что вы сунули нос в это расследование, будет мне нагоняй.

– Ничем помочь не могу. Я уже взялась и отступаться не собираюсь. Я сказала, что буду с вами работать, но работать на вас я не намерена. Вы мне не указ, Лэндри. Если вас это тревожит, значит, у вас проблема. Как бы то ни было, цель у нас одна: вытащить Эрин Сибрайт живой. Так что, может, приступим к делу? Тратим попусту дневной свет.

Лэндри усмехнулся и шагнул к двери.

– Черт с вами, ведите. Надеюсь, я об этом не пожалею.

Я ответила такой же усмешкой:

– Значит, действуем вдвоем.

Брюс Сибрайт не был рад меня видеть. К двери он вышел сам – вне всякого сомнения, запретив остальным высовываться, – одетый для игры в гольф, в брюках хаки и ярко-оранжевой рубашке поло. На нем были такие же мокасины, как у Ван Зандта. А времени было 8.15 утра.

– Мистер Сибрайт, это детектив Лэндри из полиции округа, – сказала я. – Он говорит, что никаких сообщений от вас не получал.

– Сегодня суббота, – возразил Сибрайт. – Я не знал, как рано можно звонить.

– И потому подумали, что лучше подождать до вечера?

– Мисс Эстес говорит, что вашу падчерицу похитили, – вступил Лэндри.

Сибрайт свирепо зыркнул на меня.

– Похитители запретили звонить в полицию – вот я и не звонил. Искренне надеюсь, что мисс Эстес не подвергла Эрин еще худшему риску, приведя вас сюда.

– Не думаю, чтобы наше вторжение было хуже неуплаты выкупа, – возразила я. – Можно войти?

Сибрайт неохотно посторонился и поспешно закрыл за нами дверь, чтоб соседи ничего не увидели.