Мадина - Николь Келлер

собственные мысли, прокручивая в голове слова, которые намерена сказать Льву, и не заметила, как он вошел на кухню. Лев обнял меня за талию, прижал к своей груди и положил подбородок на мое плечо.

– Доброе утро, малышка. Почему не спишь?

И меня затапливает радостью от того, что я слышу его расслабленный голос, от того, что в нем больше нет вчерашних ноток напряженности и даже обреченности.

– Доброе. Что-то не спится. Я решила приготовить тебе завтрак.

– Именно эти волшебные ароматы заставили меня подняться с постели, – улыбается Лев, целуя меня в скулу.

Неожиданно он разворачивает меня в своих руках, так, что я оказываюсь с мужчиной лицом к лицу.

– Я тебя обидел вчера? Ты поэтому легла спать отдельно? – серьезно спрашивает Лев.

– Нет, – отвечаю тихо, не отводя взгляда. – Я подумала, что ты хочешь побыть один. И тебе нужно время, чтобы обдумать то, что крутится в твоей голове.

– Я действительно просто устал, малышка. А еще я голоден, – и с хитрой улыбкой он вжимает меня в столешницу. Она больно впивается мне в поясницу, и я кривлюсь. Лев замечает мою реакцию и подставляет руки, чтобы мне не было больно. Однако я накрываю его ладони своими:

– Береги руки, Лев. Они у тебя золотые. Многие этим рукам жизнью обязаны. Ты не имеешь права их повредить.

Лев морщится на мои слова, но ничего не отвечает. Он неожиданно подхватывает меня за талию, заставив вскрикнуть, и сажает на стол.

– Лев, завтрак…– бормочу я, смущаясь и покрываясь румянцем.

Он, не глядя, отключает газ под сковородкой, и нежно проводит по щеке кончиками пальцев.

– А я и собирался позавтракать…Тобой.

Я прикрываю глаза, до сих пор не привыкнув к его откровенным разговорам, как ощущаю нежное прикосновение его губ, которое буквально сразу перерастает в голодный страстный поцелуй. Я обвиваю руками плечи мужчины, чтобы не упасть, и отдаюсь полностью во власть его сильных рук. Неожиданно мне становится его мало, я хочу большего: хочу ощущать прикосновение его кожи, хочу касаться его стальных мышц и чувствовать, как они перекатываются под моими ладонями. Хочу чувствовать, как бьется его большое и сильное сердце.

Я крепко зажмуриваю глаза, потому что до сих пор не могу поверить, что я делаю это. Крепко хватаюсь за края футболки Льва и медленно тяну ее вверх. Мое сердце так гулко бьется в груди, кажется, еще чуть-чуть, и оно выскочит. Я чувствую, как Лев немного отстраняется от меня и помогает снять с себя футболку.

– Моя девочка…Посмотри на меня, – мягко произносит Лев, целуя меня в висок и пододвигая меня к краю, поближе к себе и аккуратно разводя мои бедра в стороны.

Я отчаянно трясу головой.

– Если я посмотрю, я умру на месте, – шепчу я, наощупь касаясь груди Льва. Я медленно веду вниз и, наконец, достигаю желанной цели. Под моей ладонью бьется самое доброе и самое сильное сердце в мире. Быстро-быстро. Тук-тук-тук. В унисон с моим.

– Обязательно наступит момент, когда ты будешь наслаждаться такими мгновениями вместе со мной. Я научу тебя, – Лев опаляет мое ухо обещанием, касаясь языком и слегка прикусывая мочку.

Я не могу сдержать стона и откидываю голову, предоставляя Льву больший доступ. Он покрывает мою шею короткими поцелуями и неожиданно нажимает на плечо, заставляя лечь на спину. Я немного напрягаюсь, но Лев, очевидно, почувствовав мое состояние, дарит мне поцелуй.

– Просто доверься мне, – шепчет он, медленно избавляя меня от одежды.

– Я доверяю.

В этот раз все было совсем по-другому. Нет, Лев не был грубым или жестким. Просто чувствовалось, что ему необходима эта близость, чтобы дать выход всему тому, что у него внутри. Таким образом он пытается рассказать мне, что с ним творится. Сегодня этот секс – для него. Сегодня я хочу забрать все переживания себе, чтобы мой мужчина больше никогда не ходил таким удрученным и хмурым. Я обнимаю Льва ногами за торс и притягиваю к себе за шею для поцелуя. Больше всего я хочу, чтобы мы стали единым целым, чтобы мысли о нашей близости вытеснили все дурное из головы Льва.

Так и происходит: Лев кончает с хриплым стоном и моим именем на губах:

– Моя Мадина…

Глава 16

Мадина

Время неумолимо мчится. Лев очень помог мне с организацией моего «дела»: создал странички в социальных сетях, объясняя мне, что и зачем, как несмышленому ребенку. Хотя, почему «как» – в этом вопросе я им и была, потому что у меня никогда не было личных страничек в соцсетях, и эта сторона вопроса была темным лесом.

– То есть ты не против, если заказчики будут приходить в твою квартиру? – робко интересуюсь у мужчины. – Обещаю, дальше порога они не пройдут, только заберут заказ, оплатят и все, – горячо заверяю, словно Лев мне еще чуть-чуть и откажет. Но это только мои домыслы:

– Во-первых, не «мою» квартиру, а «нашу». Во-вторых, нет, не против, но только без фанатизма, хорошо? Договоримся, что твои тортики для тебя – только хобби, а деньги у нас в семье зарабатываю я. И не надо отбирать мой хлеб.

«Наша квартира», «у нас в семье»…Боже, как сладко это звучит, что я аж жмурюсь от удовольствия и повторяю про себя несколько раз, словно пробуя эти фразы на вкус.

Так и началась моя карьера «кондитера» на дому. Неожиданно, дело пошло на «ура». Нет, не настолько, чтобы открывать отдельную кондитерскую, но все же один заказ в день стабильно я выполняла.

Лев постоянно подшучивал надо мной, открывая холодильник:

– Мдааа, такими темпами нам скоро придется отдельный холодильник покупать под твои кулинарные шедевры. Только куда его засунуть? Может, в тот угол? Что скажете, шеф-повар?

Несмотря на такие добрые подшучивания, мне казалось, что это Лев рекламирует меня без устали, чтобы обеспечить мне приток клиентов. Иначе объяснить свой неожиданный успех я просто не могу.

– Что ты делаешь? – спросила я как-то Льва, и, не удержавшись, заглянула ему через плечо. Нет, я не имею привычки нарушать личное пространство человека, а тем более читать его личные сообщения, но я позвала Льва ужинать уже в третий раз, а он никак не отреагировал!

А оказалось, что этот невозможный мужчина сидит и буквально каждому фото пишет хвалебный развернутый отзыв!

– Эй, ты настолько не веришь в меня, что думаешь, будто я нуждаюсь в дополнительной рекламе?! – я возмущена до глубины души. А Лев лишь хохотнул, и, не отрывая глаз от телефона, продолжил свое занятие:

– Как раз-таки я