Дочь Мента - Екатерина Ромеро

— Мила, не дергайся. Пожалуйста, послушай меня! Просто доверься. Один раз. Я буду осторожен.

— Да, да хорошо. Я готова.

Хватаю ртом воздух, я еще никогда не была в более открытой и порочной позе, честно. И рядом Сергей. Мне и стыдно, и хочется одновременно. Я это делаю. Я хочу познать взрослую любовь, но мне страшно.

Как это будет, каково это – быть его?

Сергей накрывает мои руки своими, сжимает их. Мы подстраиваемся друг под друга, и довольно быстро боль сменяется чем-то запретным. Таким ярким и порочным, животным, диким и совершенно неподвластным моему контролю.

Сергей входит в меня медленно, опустив руку мне между ног, лаская клитор. Сантиметр за сантиметром он заполняет меня всю, преодолеваю преграду девственности.

— Ай, о боже, больно… я умру.

— Не умрешь. Никто не умирал еще от этого.

А после он делает один резкий толчок, от которого у меня разве что искры из глаз не валят.

— АЙ! БОЛЬНО!

Ощущение такое, точно меня поршнем проткнули и я истекаю кровью. Болит.

— Все, Мила. Все уже.

Я заполнена просто до предела. Боюсь сделать движение, так что вся моя прыть осталась за бортом. Сергей ведет всецело, я только познаю, пробую, подчиняюсь. И мне нравится, нравится быть его, пусть даже это больно.

Чувствую его поцелуи и жар тяжелого тела. Я вся Сергея, вся для него. Мы соединяемся как пазл, он во мне, делает толчки внутри, и я понимаю, что он мой. Так же как и я его. Так всегда было.

Сильнее прогибаю спину, впускаю его в себя, а после Сергей с силой обхватывает меня за талию и вбивается жестче. Больно уже, слишком сильно на первый раз.

— Что мне делать, подскажи.

— Попробуй подвигаться. Не бойся. Вот так. Дай сдачи.

Сергей делает толчок в меня, и я быстро улавливаю ритм, отвечаю ему тем же. И мы двигаемся. Трахаемся, если быть точнее. Осторожно, медленно, бережно для меня и все же прекрасно.

Это так честно и открыто, я чувствую его, и мне нравится. Нравится чувствовать Сергея так близко.

— Больно, Мила?

— Печет. Там.

— Хорошо, не буду мучить.

После Сергей резко выходит из меня, и я сцепляю зубы.

Жжет и правда уж больно сильно. На спину брызгает что-то горячее, он вытирает меня, и мы просто лежим.

Я совсем обессилена, но счастлива до чертей. Наконец я его. По крайней мере, мне так хочется в это верить.

Иду в душ, с ужасом видя, что все мои бедра в крови, но это случилось. Теперь все изменится, так?

Глава 36

— Ты там утопилась?

— Нет.

Сергей открывает дверь, подходит прямо ко мне, становится под душ. Набирает геля, намыливает мою талию, живот, груди, а после опускается к бедрам. Трепещу вся, это слишком. Горячо, откровенно и так честно. Такого тепла никогда не было между нами.

Прикрываю глаза. Чувствую, как капельки воды потекли по волосам. Он меня моет. Везде. Вижу, как стекает розовая вода с моих бедер. Что теперь будет? Я не хочу сейчас об этом думать, это будет позже, сейчас я хочу быть с ним.

— Ты очень красивый.

— Мы перешли на «ты»?

— А что, нельзя?

— Можно.

Сергей выключает воду и закутывает меня в полотенце, относит в кровать. Я хочу что-то найти здесь перекусить, но, честно говоря, меня просто вырубает, как только я касаюсь подушки. Просыпаюсь первая. Резко, не до конца веря в то, что это произошло. Уже новый день, раннее утро, и я все еще лежу в объятиях Сергея. Счастливая: он не ушел.

Осторожно провожу кончиками пальцев по его плечам, по крепкому торсу, я им любуюсь. Бесстыже – и мне это нравится.

Он такой красивый, и он мой. Только мой сейчас. Пожалуйста, я не хочу его ни с кем больше делить.

— Хватит палить на меня.

— Разве это плохо? Мне хочется.

Хожу пальчиками по его груди, но не тут-то было. Волкодав открывает глаза, и уже через миг я оказываюсь под ним с широко расставленными бедрами. Полностью голая. Открытая.

Сердце учащается, внизу живота тянет. Мне хочется снова, снова испытать то, что было вчера.

Смелею, осторожно опускаю ладонь вниз. Сергей возбужден, я сразу это понимаю. Чувствую его большой член в руке, и я его вижу. Кажется, это самое порочное, что я вообще видела в своей жизни, самое грешное и желанное одновременно.

— Нравится?

— Очень.

Сергей наклоняется и целует меня в губы, а после опускается к груди и начинает ласкать языком мои соски. Сначала один, а после второй. Долго, сильно – аж до боли, одновременно с этим шире разводя мои бедра и проталкивая между ними ладонь. Он накрывает мою промежность, трогает клитор. Нежно, ласково, я давно уже мокрая для него.

— Так приятно?

— Да, только сильнее. Хочу как вчера.

— Тебе будет больно.

— Не будет. Я хочу, пожалуйста…

— Стыд совсем потеряла, Мила.

— У меня его и не было.

Сергей облизывает два пальца, а после вводит их в меня. Полностью, до самого предела, заставляя выгнуться под ним, всю затрепетать просто.

Прикрываю глаза, чувствую его внутри. Так сильно и глубоко. Сначала медленно. Сергей толкается в меня, накрывая третьим пальцем клитор. Плавно, осторожно, нежно, отчего я быстро становлюсь мокрой, аж хлюпает подо мной.

— Принеси бумагу. Слишком мокро.

— Ты хочешь. Это нормально, Мила. Чувствуй, так хорошо?

Толкается сильнее, и да, это салюты в голове, яркие вспышки. Чувство наполненности, я сейчас его, даже если Сергей сейчас не входит в меня членом.

— Да, очень. Очень хорошо.

Утыкаюсь носом ему в плечо, это так грешно и нежно, приятно. Вокруг тишина, охотничий домик превратился в наше пристанище.

И мне так сладко, что я забываю про учебу, про обиды и даже про то, что делаю это все с женатым мужчиной. Не моим.

— Ай, ай, божечки…

— Какая ты чуткая, Мила. Дыши, дыши, девочка. Расслабься. Я сделаю хорошо, – говорит спокойно, а сам при этом нещадно трахает меня пальцами. Все жестче и быстрее, напористее и в одном темпе.

Становится жарко и так сладко, что я, честно говоря, не хочу, чтобы это когда-то кончалось. Чувствую себя цветком,