Линда Ховард - Умереть, чтобы угодить

— Ты же сама все это затеяла. Ты знала, что я не стану драться с тобой в полную силу, так что соглашайся. По крайней мере так ты останешься цела. Да, и еще ты должка дать мне фору.

Последнее требование заинтересовало Сару. Насчет своих возможностей она не питала иллюзий, но сражаться с противником, который намеренно поддается ей, тоже не хотела.

— Договорились.

Он подбоченился и склонил голову набок.

— Вот как мы поступим: моя задача — положить тебя на лопатки, а твоя — отправить меня в нокаут любым известным тебе способом. Проигрывает тот, кто первым разденется догола.

Сердце Сары было готово выскочить из груди. При мысли о том, что им придется бороться почти обнаженными, у нее закружилась голова.

— Но это еще не все, — продолжал он, — сначала договоримся о том, что считать предметом одежды, и начнем с равного количества этих предметов.

Сара согласно кивнула, признавая его правоту. Он оглядел ее:

— Сережки придется снять. Они могут врезаться в кожу. Сара безмолвно вынула из ушей золотые гвоздики и отложила их.

— У тебя браслет, у меня наручные часы — все правильно. — Он перевел взгляд на ее ноги. — Ты без носков, значит, и я сниму свои.

— Лучше давай оба разуемся, — предложила Сара, снимая сандалии.

Кахилл сбросил ботинки и носки.

— Сколько еще на тебе одежды?

— Четыре предмета — не считая браслета. Брюки, рубашка, лифчик и трусики.

— А на мне только три.

— Надень носки — будем считать их за один предмет. Он снова надел носки и шагнул на мат.

— Итак, у каждого по пять предметов. Значит, раздевание будет недолгим.

Как же он уверен в победе, негодяй! Сара тоже надеялась, что он победит, но если он рассчитывал выиграть бой со счетом пять-ноль, значит, он ни в грош не ставил женщин. Ее сила — в проворстве. Метнувшись вперед, как молния, она подцепила ногой его ногу и бросила его на мат прежде, чем он успел отразить нападение. Улыбнувшись, она отступила на безопасное расстояние.

— Снимай носки, — велела она.

Кахилл молча стащил носки, отбросил их и поднялся.

— Быстро же ты двигаешься, — заметил он, не сводя с нее бдительного взгляда.

— И мой сэнсэй так считает.

Через пятнадцать минут он пропыхтел: «Моя взяла» — и сполз с нее. Он скользнул взглядом по ее обнаженной груди, задержавшись на выпяченных сосках.

— Снимай трусики.

У нее от предвкушения что-то сжалось в животе. Стараясь поскорее отдышаться, она кивнула на свое запястье.

— А как же браслет?

— Его я приберегу напоследок.

Сара неловко поднялась. Ей пришлось собраться со всеми силами, чтобы оказать достойное сопротивление, а ему — сдерживаться, чтобы не причинить ей боль. Поединок продолжался дольше, чем предполагала Сара, а каждое прикосновение к почти обнаженному телу Кахилла вызывало в ней вспышку желания. Впрочем, и он явно держался из последних сил. Его кожу покрывал пот, спереди под трусами обозначалась крупная выпуклость. Челюсти были решительно сжаты.

Сара несколько раз глубоко вздохнула, подцепила пальцами эластичный поясок и спустила трусики вниз по ногам. Кахилл издал изумленный возглас, впившись взглядом в темный треугольник между ее ног. Не сводя с нее глаз, он стащил трусы и переступил через них. Пришла ее очередь сдергивать изумленный возглас.

— Подожди! — собственный голос показался ей хриплым. — Трусы я у тебя еще не выиграла.

— Давай сделаем вид, что они на мне, — предложил он и ринулся в бой.

В мгновение ока она очутилась на мате, но в последнюю секунду ухитрилась вывернуться и избежать досадного поражения. Кахилл оказался настолько тяжелым, что легко сбивал ее с ног — как в предыдущих раундах, так и в этот раз. Сара была благодарна ему за то, что он старался не причинить ей боли, но чувствовала себя беспомощной. Надеяться она могла лишь на собственное проворство и удачу, да и то пока оставалась на ногах.

Падая под напором, она сумела подогнуть ногу и попыталась оттолкнуться ею от мата, как рычагом. Кахилл передвинулся, сдерживая ее сопротивление, и очутился между ее ног, раздвинутых буквой V, а разгоряченный пенис уперся в нежные складки. Он замер, с его губ сорвался низкий рык. Не удержавшись, он подался бедрами вперед и начал медленно входить в нее.

На краткую долю секунды Сара забыла обо всем, кроме всепоглощающего желания приподняться навстречу ему. Она медлила слишком долго, но в последний миг рванулась в сторону, отталкивая его, и перекатилась по мату. Он снова зарычал, как раненый зверь, и придавил ее всем весом прежде, чем она успела встать.

Чудовищная тяжесть пригвоздила ее к мату, не давая пошевелиться. Ладони Кахилла легли ей на плечи.

— Я выиграл, — хрипло выговорил он. Поединок завершился.

Задыхаясь, он встал на четвереньки, потом выпрямился:

— Лежи, не двигайся.

Сара подчинилась, слишком обессиленная, чтобы шевелиться, и слишком возбужденная, чтобы спасаться бегством.

Она смежила веки, хватая ртом воздух и прислушиваясь к шороху его одежды. Надевает презерватив, подумала она и уже открыла рот, чтобы попросить его не делать этого. Но Кахилл вернулся, поднял ее руки над головой, и Сара ощутила прикосновение холодного гладкого металла к запястьям. Послышался щелчок, и Сара поняла, что попалась.

Озадаченная, она уставилась на Кахилла. Зачем ему понадобились наручники? Повернув голову, она осмотрела их. Цепь наручников он перекинул через трубу, проходящую вдоль стены. В порядке эксперимента Сара пошевелила руками. Металлические браслеты не были тугими, но высвободиться и них ей не удалось.

— А это обязательно?

— Конечно, — тяжело дыша, он присел и медленно провел ладонями по ее груди, — на случай если ты решишь, что победы в двух из трех раундов недостаточно.

— Я играю по правилам, Кахилл. — Она выгнула спину, наслаждаясь прикосновениями его пальцев к соскам.

— И все-таки не будем рисковать. — Наклонив голову, он поцеловал ее. Поцелуй был сокрушительным, страстным и влажным, но Сара заранее знала, что поединок пробудит в нем мужские инстинкты воина и победителя. Она обмякла, подчиняясь ему, по сути дела — безоговорочно капитулируя.

Он раздвинул ей ноги, навис над ней, и она сжалась, готовясь к немедленному проникновению. Она затаила дыхание, дрожа от вожделения и машинально приподнимая бедра.

— Подожди, — простонал он, — сейчас мне не продержаться и десяти секунд.

«Мне тоже», — подумала она, но промолчала. Если ему так хочется тянуть время — его дело.

Впрочем, от нее ничто уже не зависело: инициативу перехватил Кахилл, а ей оставалось только лежать неподвижно, наслаждаясь промедлением.