Элизабет Лоуэлл - Тень и шелк (Под именем Энн Максвелл)

Десять часов.

Дэни присела на длинный стол, разглядывая удивительную вещицу.

Прошло десять минут, а Дэни так и не сумела понять, как устроены эти часы.

А вот потрескивание огня в каменном камине поблизости было вполне понятным.

– Технология, основанная на использовании кристаллов, – объяснил Шон из-за спины Дэни.

Она вздрогнула от неожиданности. Этот человек двигался на редкость бесшумно при столь мощном телосложении.

– Весь шар резонирует, как кристаллы в обычных часах, – продолжал Шон. – В сущности, обе эти технологии были разработаны одними и теми же людьми. Кассандра помогла им с патентом.

Джиллеспи уселся в кожаное кресло перед пылающим камином и поежился, словно в разгар зимы.

– Дрянная штука, «чарли-фокстрот», – рассеянно пробормотал он, кивая в сторону часов.

– А что это значит? – невинно поинтересовалась Дэни.

Шон фыркнул.

– Совершенно непрактичная, – продолжал Джиллеспи. – Стоит дотронуться до часов, и они начинают врать. Каждая новая уборщица обязательно сбивает часы, и приходится тратить уйму времени, чтобы заново настроить их.

– Я хотела узнать, откуда взялось выражение «чарли-фокстрот», – сообщила Дэни.

Джиллеспи беспокойно зашевелился в кресле. Дэни запоздало пожалела о своем решении поддразнить его. Почему-то Джиллеспи менее уверенно общался с другими женщинами, когда поблизости находилась Редпас.

– Ну, выкладывай, Джилли, – подбодрил его Шон.

– Это же американский жаргон, – возразил Джиллеспи. – Вот и объясни сам.

Дэни обернулась и уставилась на Шона с таким видом, словно не имела ни малейшего представления, о чем идет речь. Только пляшущие огоньки в глазах выдавали ее.

– Это международный радиокод, – объяснил Шон. – «Чарли-фокстрот» заменяет буквы Сир – это пристойный способ назвать что-нибудь нецензурно.

– Он как-нибудь связан с окружением? – с непроницаемым видом осведомилась Дэни.

Джиллеспи изумился, но вскоре присоединился к хохочущему Шону.

– Очко в вашу пользу! – объявил Джиллеспи. – Оказывается, вы, профессор, не из тех людей, кто всю жизнь сидит в башне из слоновой кости. Дьявольски удачно сказано.

Прежде чем Дэни успела спросить, что имеет в виду Джиллеспи, дверь личного кабинета Редпас отворилась. Кассандра выглядела слегка осунувшейся, но на ее лице играла довольная улыбка.

– Один из моих давних коллег по Лэнгли сейчас связан с управлением по борьбе с наркотиками в Таиланде, – сообщила Редпас. – Он поддерживает тесные контакты с работниками службы паспортного контроля во всех аэропортах региона.

Джиллеспи ждал, мгновенно напружинившись. С Шона тоже слетела вся безмятежность. Редпас зевнула.

– Извините.

– Только если дождемся хороших вестей, – предупредил Шон.

– Рослый блондин-европеец недурной наружности пытался сесть на самолет компании «Бритиш эйр».

– И что же? – поторопил Джиллеспи. Редпас по-кошачьи улыбнулась.

– К сожалению, – добавила она, – в южноафриканском паспорте этого человека отсутствовала въездная виза.

– Откуда он прибыл? – спросил Шон.

– Из района Золотого треугольника.

– Территория каренов, – задумчиво произнес Шон. – А я и не знал, что у «Гармонии» есть там связи.

– Я тоже, – подтвердила Редпас. – Очевидно, Тони Ли все-таки присоединился к компании международных воров.

– Дьявольщина! – выпалил Джиллеспи.

– Согласен, – подхватил Шон. – Что-нибудь еще?

– Местные власти проверили билет этого человека и его маршрут, – продолжала Редпас. – Для него был забронирован билет в Лондон через Карачи, а оттуда – на Карибские острова.

– На Арубу? – быстро спросил Джиллеспи.

– Да, – подтвердила Редпас.

– На Арубу многие ездят, – напомнил Шон. – Мы должны быть уверены.

– Так и есть, – отозвалась Редпас.

– Насколько велика эта уверенность?

– Почти сто процентов. Поскольку этот человек прибыл из района, известного производством опиума, его самого и его багаж подвергли тщательному обыску.

– Все полости тела? – хмыкнул Джиллеспи. – И что же они нашли?

– К своему удивлению, они не нашли ровным счетом ничего, – сухо сообщила Редпас.

Шон понял ее первым и едва заметно улыбнулся.

– Значит, это был Касатонов, – заключил Шон. – У него нашли шелк?

– Нет, – ответила Редпас.

– Его кто-нибудь сопровождал? вмешался Джиллеспи.

– Нет. Но сопровождение ничего бы не изменило. По некоей причине местные таможенники обыскали всех имеющих билеты на тот же рейс, что и у русского, независимо от национальности.

Шон негромко присвистнул.

– Должно быть, полиция КНР и впрямь рассвирепела, если решилась на поголовный обыск.

– Это. точно, – подтвердила Редпас. – Но им не удалось обнаружить никакой контрабанды.

– Жаль, – заметил Шон. – Я не отказался бы потолковать с пассажирами рейса, которым летел Касатонов.

– И ничего бы не добился, – возразила Редпас. – Чем меньше страна, тем острее чувство национальной гордости.

Джиллеспи хмыкнул.

– По крайней мере они дали нам список пассажиров?

– Нет.

– Мерзавцы.

– Зато мы проникли в их компьютер, – невозмутимо продолжала Редпас. – Во время просмотра файлов разведывательной службы выяснилось, что тем же рейсом летела еще одна любопытная личность.

– Американец? – оживился Шон.

– Англичанин, – поправила Редпас. – Сотрудник какой-то лаборатории. Имелось подозрение, что он поставляет оборудование для китайской «триады», которая превращает опиум каренов в героин.

Шон нахмурился:

– Ну и что?

– При досмотре его багажа обнаружили только небольшой вакуумный насос и оборудование для плавления и выдувания стекла. И никаких следов опиума или героина, – добавила Редпас. – Ни малейших.

Джиллеспи и Шон озадаченно переглянулись.

Но Дэни не удивилась.

– Слава Богу! – с жаром выпалила она.

– Подумаешь, кому-то взбрело в голову везти оборудование стеклодува в район реки Меконг! – воскликнул Шон.

– Это значит, что с шелком обращаются бережно.

– С чего вы взяли? – не отставал Шон.

– Отличный способ защитить шелк от внешнего воздействия – запечатать его в стеклянную капсулу, – объяснила Дэни. – Вакуумная капсула – почти идеальная среда для хранения при отсутствии музейной витрины с регулируемым климатом.

– Блестяще! – воскликнула Редпас. – Я рада, что вы согласились консультировать нас, мисс Уоррен. Теперь нам известно, что надо искать.

Джиллеспи взглянул на Шона с выражением, недвусмысленно заявляющим: «Я же говорил!» Шон поджал губы.

Заметив его гримасу, Дэни задумалась, почему Шон так решительно настроен против ее помощи.