Созвездия твоих глаз - Екатерина Маркмирова
По словам мистера Дугласа, детектив Майкл Фёрст – высококлассный специалист.
– Дэвид, этот крот умеет рыть. Не благодари, – сказал преподаватель.
Да, услуги Майкла Фёрста не из дешёвых, но экономить я не собирался. Детектив аккуратно делал свою работу и постоянно присылал отчёты о ходе дела. Он начал с тех участниц, что выбыли из группы не год, и даже не два назад. Нашёл через соцсети тех, кто участвовал в отборах. Сейчас он пытается разговорить их.
«Я засажу этого ублюдка с дредами за решётку, чего бы мне это не стоило!»
Глава 18
Эмбер
Утро субботы радовало прекрасной погодой за окном, к тому же вчера мой банковский счёт пополнился кругленькой суммой. У меня никогда в жизни не было так много денег сразу. Себастьян перевёл мне гонорар на этот месяц, и почти столько же пришло от «Харт-билдинг» за две недели работы. Отец не озвучивал размер моей зарплаты, но даже по моим подсчётам, сумма завышена. Думаю, что это вновь забота Дэвида, а не мои заслуги, но спрашивать у него об этом я не собиралась. Какой смысл? Не стану же я возвращать ему часть своей зарплаты. Вчера я присмотрела три адреса, где сдаются в аренду неплохие студии для танцев. После съёмок в «Вирджин» именно этим я и собиралась заняться. Если всё получится – мы в скором времени сможем записать на видео наш танец и отправить заявку жюри «Бэст24».
Я всё очень хорошо распланировала, наверное, этим и рассмешила бога. Фотосессия убила всю субботу, зато я почувствовала себя настоящей моделью.
Себастьян и съёмочная группа ждали меня в необычной фотостудии неподалёку от Центрального парка. Огромная площадь была разделена на множество фотозон, начиная от циклорамы и заканчивая интерактивной площадкой. Здесь есть и спальня, и кухня, ресторанная часть, детская комната, ванна, аквазона, бассейн и много ещё очень интересного и необычного.
– Привет, дорогая! – Себастьян наклонился ко мне, и мы поцеловали воздух рядом с щекой друг друга.
Сегодня я была готова к этому, а вот в прошлый было весьма необычно: когда он тянулся ко мне, я машинально отступила, чем вызвала заливистый смех у мужчины и слова: «Дорогуша, ты просто чудо!»
Вообще, Себастьян очень жеманно себя вёл, думаю, это свойственно французам, так же как и необычный выбор одежды. Дюпон сегодня был в пурпурном: и брюках, и рубашке, и бандане, но серьга в правом ухе была золотой. Себастьян своими сильными татуированными руками направлял меня. Сначала стилисты поработали с моей причёской и макияжем. В этот раз я не Одри Хепберн, где нарочно был подчёркнут образ примерной дочери. Я была самой собой. Волосы просто лежали на плечах, но их вид кричал, что с ними работал высококлассный мастер. Макияж, которого не было видно на лице, подчеркнул все достоинства и скрыл недостатки. Визажист назвал его нюдовым контурингом. Немного теней, туши, кошачьих стрелок на веки и персикового блеска на губах. Потом я только меняла одежду. Чтобы описать мою усталость, поясню: использованы были все зоны этой фотостудии.
– Милая, камера тебя любит! Снимки будут готовы на следующей неделе, и мы запустим их в работу. Тебя увидит не только Нью-Йорк!
«Мама, ты слышала? Надеюсь, папочка не сильно огорчится», – с довольной улыбкой на лице подумала я.
Из студии я выходила почти в десять. Меня уже ждало такси, предоставленное «Вирджин». На Бруклинском мосту мне позвонила Райя. Девушка была вся в слезах и просила приехать помочь.
– Эмбер, пожалуйста, мне больше не к кому обратиться! – всхлипывала она в трубку.
– Еду, диктуй адрес! – тут же отреагировала я и попросила водителя: – Мне нужно в Гарлем, разворачивайтесь, я доплачу.
– Вы уверены, мисс? В Гарлеме небезопасно! Особенно в это время суток! – водитель не хотел соглашаться.
– Моей знакомой нужна помощь! Едем! – я настояла.
Всю дорогу я была как на иголках. Что же случилось? Может, вообще нужно в службу спасения звонить?
О Гарлеме ходят много баек, что там опасно, на улицах то и дело случаются перестрелки, но это слишком утрировано. Да, местный колорит бьёт по глазам, но там живут люди, такие же, как и везде, только их доходы ниже нижнего. В Гарлеме нет небоскрёбов, на которых светятся таблоиды, а лишь малоэтажки. Много бездомных на улицах, мусор, и всё же Гарлем не дно, а на несколько уровней повыше.
– Вы бы осторожнее тут, мисс, – занудствовал таксист.
– Если Вы так волнуетесь, подождите меня, – предложила я, не воспринимая предупреждение мужчины всерьёз.
– Я подожду, пока Вы не зайдёте, потом поеду. Мне нужно работать, мисс.
Поблагодарив водителя, я выбежала из машины. Он и впрямь ждал, пока я не зашла внутрь. Подъезд встретил тусклым светом единственной лампочки, горевшей где-то сверху, этаже на третьем. Я полезла в сумочку за телефоном, чтобы включить фонарик. В голову закрались дурные мысли, сказываются детские страхи о монстрах под кроватью. Бояться некогда, поэтому я торопилась. Освещая лестницу, я бежала по неровным ступенькам, надеясь не упасть.
Всё случилось, как в низкосортном абсурдном кино: позади послышались громкие шаги, я напряглась, но не оборачиваясь, ускорилась. Может, показалось? Страх застучал в горле, пальцы задрожали. Нажать «911» я не успела, но вызов кому-то ушёл. Шаги настигали, а потом белая вспышка боли пронзила меня, и мир в глазах померк.
***
На голову полилось что-то холодное и липкое, а потом последовала оплеуха. Больно! Слёзы потекли по щекам. Ничего не видно, кроме сплошного тумана. Я хотела вытереть глаза, но не смогла – руки связаны за спиной чем-то, больно впивающимся в кожу.
– Где я? Райя?! Ты здесь? – мой голос был сиплым и словно чужим.
Я дёргала руками и ногами, но тщетно. По ощущениям – меня привязали к стулу. Страх ледяными тисками сковал душу, обволакивал со всех сторон и мешал дышать.
«Мамочка, что со мной?»
– Райя? Слышал? – заржал мужчина.
– Слышал. Крошка, сейчас тут только мы – красивые и очень горячие.
«Двое мужчин. Незнакомые голоса. Господи, они что-то сделали с Райей и теперь принялись за меня!»
– Зачем я вам? Почему я ничего не вижу?! Отпустите меня! Пожалуйста! – взвыла я.
Шаги за спиной, холодное лезвие коснулось кожи на плече, и я дёрнулась.
– Крошка, сейчас мы с тобой поиграем, – прошептали рядом с ухом.
– Что? Со связанными конечностями сложно постоять за себя? – прозвучало с издёвкой, и стало понятно, о чём идёт речь.
