Кей Хупер - Послание из ада (Одержимая)

– Мэгги?

– …И еще ты хочешь, чтобы он сполна заплатил за все, что он сделал. Вот почему ты веришь, что в конце концов я смогу тебе помочь. Нормальны или паранормальны мои способности, не имеет для тебя особого значения.

Джон немного подумал, потом медленно произнес:

– Почему-то мне кажется, что сначала ты собиралась сказать что-то совсем другое.

Мэгги ничего не ответила, и после непродолжительного молчания Джон заговорил снова:

– Ладно, тогда ответь мне вот на какой вопрос. Почему ты так уверена, что Саманту Митчелл похитил именно Окулист? Допустим, ее действительно похитили, она не сбежала от мужа, который активно занимался с ней сексом, несмотря на беременность. Но почему именно Окулист?

Мэгги помолчала.

– Потому что я почувствовала: это он, – ответила она.

– Ты почувствовала – что?

– Ощущение было скорее физическим. То, как он схватил ее сзади, как обхватил руками за талию, как он прижимался к ней всем телом, пока она боролась, стараясь вырваться. Все это было слишком похоже на предыдущие случаи.

– И ты чувствовала это потому, что это чувствовали все женщины?

– Да.

– И это происходило, когда ты допрашивала их, верно? Когда они рассказывали тебе о своих ощущениях?

Мэгги кивнула.

– Ты бывала в домах, откуда были похищены предыдущие жертвы?

– Нет. Я ездила только к Лауре Хьюз, поскольку она была выкрадена прямо из своей квартиры в охраняемом кондоминиуме. Трех остальных Окулист похитил из довольно многолюдных мест. Это могло смазать всю картину.

– Картину? – уточнил Джон.

– Если угодно, я могу назвать свои впечатления психическими вибрациями или психосоматическими полями. Суть от этого не изменится.

– Помнится, совсем недавно ты утверждала, что ты никакой не экстрасенс, не эспер.

– Я всегда так отвечаю, если не знаю, кто спрашивает.

Он бросил на нее быстрый взгляд.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что теперь ты знаешь… и доверяешь мне?

Мэгги усмехнулась.

– В твоем случае я просто надеялась, что такой ответ поможет мне избежать новых вопросов. К сожалению, я ошиблась.

Джон невесело хохотнул:

– О'кей, очко в твою пользу. Но ведь я действительно хочу разобраться…

– И поверить?

– И поверить, – подтвердил он. – Хотя это будет нелегко. Дело в том, что за всю свою жизнь я еще никогда не сталкивался ни с чем подобным и ничего не знаю об экстрасенсорной перцепции.

– А тебе не нравится, когда ты чего-то не знаешь?

– Очень не нравится.

– Гордыня?

Он немного подумал:

– В том числе. Но, как видишь, гордыня не мешает мне задавать вопросы.

– Это я заметила. – Мэгги замолчала и молчала до тех пор, пока Джон не свернул на служебную стоянку возле полицейского участка. Только там, уже открыв дверцу своего автомобиля, она повернулась к нему и сказала:

– Я вовсе не против вопросов, Джон, но сейчас я слишком устала. Поэтому, если ты согласен, давай отложим их на более позднее время.

– Ты придешь к нам в отель? – спросил он. – Когда отдохнешь, разумеется. Мне кажется, нам обязательно нужно рассказать Квентину о том, что ты сегодня почувствовала, и послушать, что он скажет. Быть может, они с Кендрой помогут нам.

– С Кендрой?

Джон поморщился, гадая, уж не с помощью ли своих таинственных способностей Мэгги вынудила его проболтаться о том, о чем он предпочитал до поры до времени помалкивать.

– Да, Кендра – его напарница.

– Квентин полицейский? – Мэгги открыла дверцу своего автомобиля, но садиться не спешила. – Он – коп?

– Квентин здесь неофициально.

– Понятно. Откуда он? Из какого подразделения?

– Квентин – федеральный агент, – неохотно сказал Джон. – Он работает в ФБР.

– Очаровательно! – Мэгги нахмурилась. – А если Драммонд узнает?

– Будет много вони и брызг, – признал Джон. – И, возможно, кое-кому придется долго отмываться, но я все-таки надеюсь, что он не узнает. Во всяком случае – до тех пор, пока у нас не появятся конкретные сведения, которые помогут его людям отправить Окулиста за решетку до конца его поганой жизни. Победителей, как известно, не судят.

Мэгги покачала головой.

– Я вижу, ты любишь риск!

– Наверное, – нетерпеливо бросил Джон. – Так ты приедешь сегодня в отель?

Мэгги твердо знала, что ни о каком «наверное» тут не может быть и речи, но она слишком устала, чтобы волноваться еще и из-за этого.

– Хорошо, – покорно согласилась она. – Я отдохну часа два, и, если после этого буду чувствовать себя сносно, я тебе позвоню. Номер твоего мобильника у меня есть.

Джон кивнул и вместо того, чтобы сесть в машину и уехать, неожиданно запер ее.

– Мне нужно кое о чем поговорить с Энди, – объяснил он, поймав удивленный взгляд Мэгги.

Мэгги в сердцах захлопнула дверцу своего автомобиля.

– Может, мне пойти с тобой? Или записать все, что я говорила тебе в доме Митчеллов, чтобы Энди мог подтвердить мои слова?

Джон, который успел сделать несколько шагов по направлению к дверям, остановился.

– Неужели ты еще и читаешь мысли? – спросил он.

– Догадаться нетрудно. – Мэгги пожала плечами. – Во всяком случае, мне кажется, что я начинаю постигать твою логику.

Губы Джона дрогнули в улыбке.

– Это хорошо или плохо? – спросил он.

– Пока не знаю. Когда узнаю, я тебе сообщу.

Он рассмеялся.

– Что ж, пусть будет так. Что касается твоего предложения, то ничего записывать не надо. – Он снова улыбнулся. – Я и так все отлично помню.

– Ну, это-то меня не удивляет. Ладно, Джон, пока. – Мэгги села в машину, закрыла дверь и запустила двигатель. Ожидая, пока мотор немного прогреется, она следила в зеркало заднего вида, как Джон идет к дверям полицейского участка.

– ФБР… – пробормотала Мэгги вполголоса. – Что ж, это, пожалуй, первая хорошая новость.

Опустив телефонную трубку на рычаг, Энди посмотрел на Джона и нахмурился.

– О'кей, я проверил, – сказал он. – Ты слышал, Томас Митчелл все подтвердил, хотя, боюсь, он был немало озадачен моими вопросами. Да, недели полторы назад они с женой действительно едва не поссорились из-за волнистых попугайчиков. Еще за неделю до этого Саманта действительно порезалась осколком карманного зеркальца. Примерно в то же самое время у самого Митчелла состоялся крупный разговор с тестем. – Энди покачал головой. – Теперь бедняга точно решит, что полиция по какой-то причине поставила его на «прослушку».

– Я хочу поподробнее узнать насчет попугаев, – попытался отвлечь его Джон. – Почему они ссорились?

– Саманта Митчелл хотела завести пару волнистых попугайчиков, а муж возражал, потому что боялся аллергической реакции. Короче говоря, это могло оказаться вредно для младенца. Послушай, Джон…