Безжалостные люди - Дж. Дж. МакЭвой

прямо в глаза, и мне захотелось проломить его гребаный череп. Мы потеряли пятерых наших людей — трех ирландцев, двух итальянцев — всех разорвало на куски из-за их гребаного тупого дерьма.

— Это твой первый раз на задании? Ты опозорил семью, — я двинулся к Нилу. — Ты опозорил меня, а теперь стоишь передо мной со своим членом в руках, не зная, что с собой делать.

Вздохнув, я обернулся и увидел, что моя жена сидит в моем кожаном кресле за дубовым столом, просто уставившись на мужчин позади меня. Она была сногсшибательна, одетая в красивое голубое кружевное платье и белые туфельки. Но я знал, что она была так же зла, как и я. За последние девять дней мы сильно ссорились и трахались, и я начал читать ее так же хорошо, как она могла читать меня. К сожалению, наши люди были похожи на пещерных и понятия не имели, как, черт возьми, работать вместе, и теперь у меня на руках было пять трупов.

Мы стояли в моем подвале, окруженные всеми нашими людьми, но никто не разговаривал. Ни один из них. Мел вытащила пистолет и положила его на стол, выпустив одну пулю, прежде чем посмотреть мне в глаза. Она хотела крови, и я тоже.

— Кто больше всех облажался? — тихо спросила она. Я заметил, что она никогда по-настоящему не кричала на мужчин, когда злилась. На самом деле, ее голос стал мягче, как будто она хотела усыпить бдительность.

Никто не произнес ни слова, поэтому я подошел к ней и прислонился к столу.

— Она задала вопрос. Мы хотим получить ответ, или мы убьем вас всех и начнем все сначала. Сколько мы им платим, дорогая?

Она посмотрела на меня, и я знал, что она ненавидит, когда я называю ее так на людях, но мне было все равно.

— Пять миллионов в год? Я могла бы пойти в гетто и найти людей, которые заменили бы их за пять минут, предложив 500 тысяч, — небрежно сказала она, крутя пистолет на столе.

Кивнув, я снова посмотрел на мужчин.

— Итак, мы снова спрашиваем, кто облажался больше всех?

Эрик шагнул вперед.

— Это был Йен.

И в тот момент, когда он это сказал, Мел подняла пистолет и выстрелила ему прямо в коленную чашечку. Бедняга. Я даже не знал, что пистолет заряжен, потому что на столе все еще лежала одна пуля.

Мел зашипела на него.

— С каких это пор ты отказываешься от своего брата, ублюдок? — И в ее словах был смысл. Даже когда мы командовали ими, они не должны были выдавать эту информацию, если только кто-то не предавал нас.

Эрик завопил, как умирающая свинья, когда Йен шагнул вперед. Оттолкнувшись от стола, я протянул руку Мел, когда она поднялась со стула.

— Эта пуля для тебя, Йен, — сказал я ему, когда он посмотрел на пистолет и пулю. Пока мы ждали, было слышно только ворчание Эрика.

— Пятеро погибших из-за тебя. Покончи с собой, — сказал я, когда мы с Мел шли к лифту.

— Если он этого не сделает, — добавила Мел, когда мы вошли в ожидающий лифт, — остальные из вас избавят этого идиота от страданий. Это приказ.

Должно быть, она точно рассчитала время, потому что двери закрылись точно по сигналу.

— Мне нравится Эрик, — сказал я ей, когда мы поднимались на первый этаж. Моя мама устраивала один из своих многочисленных благотворительных вечеров в конце лета, и мы все, конечно, должны были присутствовать.

— Надеюсь, в следующий раз он будет держать рот на замке, — она ухмыльнулась, явно наслаждаясь тем, что выстрелила в него.

— Туше, но мы можем использовать эту хуйню, чтобы прикрыть дело. Насколько кому-либо известно, одним из этих пятерых действительно мог быть Орландо. Мы можем сделать заявление завтра, — сказал я, останавливая лифт и прижимая ее к стене. Я хотел ее. Я нуждался в ней, и если бы я не получил ее прямо сейчас, мне пришлось бы ждать часами.

— Успокойся, черт возьми, Лиам, — она посмотрела на меня. — Всякий раз, когда ты видишь кровь, ты приходишь в восторг.

— Всякий раз, когда я вижу, как ты проливаешь кровь, я прихожу в восторг. Есть разница, — сказал я, поправляя ее, когда я прислонился к ней.

— У нас интервью, на которое мы опаздываем, — сказала Мел, когда я схватил ее сзади за шею, позволяя своим рукам блуждать и зарываться в ее волосы.

— Тогда мы можем заняться сексом по-быстрому, — солгал я, никто из нас не кончал быстро, и она это знала.

Она оттолкнула меня от себя, когда начала отряхивать платье, и запустила лифт, чтобы он снова начал двигаться.

— Ты быстро становишься сексоголиком.

— Только для тебя, — я подмигнул, поправляя галстук, когда двери открылись. А там нас ждала моя мама, постукивая своими туфлями-лодочками по полу.

— Вы оба опоздали. Здесь журналисты из Time, которые ждут сделать фотосессию счастливой пары, ее нет, — сказала она, ее голос был резким.

— Эвелин, журнал Time подождет столько, сколько мы захотим, поскольку они единственные, с кем мы сотрудничаем, — ответила Мел.

Я с удивлением наблюдал, как они разговаривали глазами. Однако все исчезло, когда моя мать без предупреждения шлепнула меня по руке.

— Лифт, Лиам, честно? — она фыркнула на меня, а я уставился на нее в замешательстве. Мел и моя мама, казалось, говорили глазами на языке, который, казалось, никто другой не понимал.

— Я не знаю, что с ним не так, Эвелин, — Мел ухмыльнулась, прежде чем подмигнуть мне в ответ.

— Давай приведем в порядок твои волосы, пока весь мир не узнал об этом. — Она вздохнула, забирая Мел. Мне не хотелось этого говорить, но это вывело меня из себя. За последние несколько дней мы с Мел провели большую часть времени вместе. Иногда мы разговаривали, большую часть времени мы трахались, а все остальное время мы просто лежали рядом друг с другом. Это было так, как будто мы оба позволяли нашим телам, разумам и душам просто привыкнуть друг к другу, и я наслаждался каждым моментом этого, и именно поэтому я