Нэнси Бартоломью - Стриптиз

Я завела руки за спину и расстегнула молнию, и платье медленно стекло к ногам черным бархатным озером. Перешагнув через это озеро, я встала перед публикой с широко раздвинутыми ногами, возвышаясь на тончайших шпильках. Бруно почувствовал, что страсти накаляются, и переместился на всякий случай ближе к сцене. Я опять посмотрела на Джона Нейлора. Наши взгляды встретились. Неторопливо я начала ласкать себя — сначала бедра, потом талию, грудь, шею, пока не дошла до заколки, сдерживающей волосы. Медленно обвела взглядом зал, потом посмотрела на Нейлора и быстрым движением вытащила заколку. Волосы каскадом упали мне на плечи.

Нейлор был по-прежнему невозмутим. Он небрежно поднес стакан к губам и сделал глоток, не сводя с меня глаз. Я медленно расстегнула застежку лифа. Продолжая поддерживать его руками на груди и не давая соскользнуть вниз, я шагнула вперед, к самому краю сцены, чтобы все лучше могли видеть меня и чтобы мужчинам из зала было удобно засовывать деньги мне под подвязки чулок. Я постаралась встретиться взглядом с каждым из присутствующих, а затем снова уставилась на Джона Нейлора.

— Вы хотите меня? — спросила я зал. В ответ раздался хор голосов, и мужчины бросились к сцене запихивать купюры мне под подвязки. Бруно еще ближе подвинулся к сцене, за ним маячил Большой Эд.

— Сними его! Сними его! — кричала разгоряченная публика.

— Вы правда хотите меня? — повторила я свой вопрос, но обращалась только к Нейлору. Его лицо сохраняло невозмутимость. Брови приподнялись, будто я чем-то его развеселила, но мне показалось, что на лбу поблескивают крошечные капельки пота.

Я лениво опустила руки, и лиф соскользнул на пол, обнажая грудь с черными блестящими наклейками на сосках, с самыми маленькими из тех, что использовались на выступлениях. Пора, пора приступать к завершающему аккорду.

Мужчины окружали язык подиума, лица их расплывались в тумане, стекающем со сцены в зал. Я встала на колени перед ними, сжала ладонями груди, затем отвела локти назад для равновесия и выгнулась дугой, грудью в зал.

На какое-то мгновение я забылась. Представила, что подхожу к Джону Нейлору и позволяю ему прикоснуться к моему телу. Этого мне было достаточно, чтобы почувствовать, как электрический разряд словно пронзил меня и наполнил чувствами, которые я не хотела признавать.

Резким движением я поднялась. Взглядом отыскала в зале Джона Нейлора и увидела в них перемену. На один только краткий миг завеса подозрительности и профессионального долга упала с его глаз, и я прочитала в них обещание. И тут же его лицо приняло прежнее выражение.

Сердце мое бешено колотилось. Я одной рукой собрала волосы и подняла их вверх. Музыка звучала все громче, лучи прожекторов метались по залу, высвечивая зрителей, и затем снова скрещивались на мне. Я незаметно взглянула на Рыжика, он кивнул: «Пора!» Чуть откинув голову назад, я соблазнительно облизнула кончиком языка губы и застонала. Мужчины как один потянулись ко мне. И в этот миг Рыжик выпустил на сцену огромное облако тумана. Когда туман рассеялся, меня на сцене не было.

Бруно и Большой Эд следили за порядком в зале, а я накинула кимоно и направилась в гримерную. Мне пришлось потратить немало сил, чтобы пробить равнодушие Джона Нейлора. Сейчас я чувствовала себя обессиленной.

В коридоре за сценой меня поджидал Винсент Гамбуццо, как всегда, в темных очках. Челюсть его дергалась заметнее, чем обычно.

— Какого черта ты это сделала? — спросил он. Между пальцами он сжимал зажженную сигару.

— Не понимаю, о чем это ты? — удивленно спросила я, пытаясь обойти его.

Винсент схватил меня за рукав и развернул к себе лицом.

— Ты и этот коп. Что это ты для него вытворяла? Ты что, совсем голову потеряла? Он же может вообще прикрыть нас. Стоит ему только заявить, что у нас неприличные выступления, и все, нам крышка. Только этого мне не хватает! — кипел он.

— Винсент, успокойся. Посмотри, по нему сейчас незаметно, что он хочет закрыть нас. Он никогда этого не сделает, и сказать почему? Потому что я знаю мужчин, это моя работа, а ты должен доверять мне.

Челюсть его стала дергаться чуть реже.

— Ты думаешь, я решила проститься с работой? Я хотела показать ему, что знаю границы, но испугать меня нелегко.

Винсент переминался с ноги на ногу.

— Не знаю, что происходит, Кьяра, — пожал он плечами. — Но мне это не нравится. Говорю, избавься от полицейских. Сделай так, чтобы они здесь не появлялись. Ты меня поняла? Даю два дня.

Я оттолкнула его и прошла к себе в гримерную. Не надо мне напоминать, что часы идут. Я слышала их тиканье все громче и громче.

Глава 24

К своей чести, Джон Нейлор не сбежал, он по-прежнему сидел за столиком. Я прошла через зал и остановилась совсем рядом с ним. Если бы он захотел, ему достаточно было шевельнуть пальцем, чтобы прикоснуться ко мне.

— Вам понравилось то, что вы видели, детектив? — спросила я.

Нейлор медленно окинул меня взглядом, давая понять, кто здесь хозяин положения.

— Я же сказал, что вернусь, — ответил он.

— И сдержали слово, — отозвалась я. — Мне нравятся мужчины, которые держат слово.

На сцене я не помнила, что страшно зла на него. Сейчас это чувство снова вернулось и переполнило меня беспомощной яростью. Он почувствовал эту перемену, но не подал виду.

— Я решил снять с вас наружное наблюдение, — сообщил он.

Я едва не поперхнулась от горечи, которая была готова заполнить все вокруг.

— Это вам мой брат Эл посоветовал?

Нейлор даже не поморщился.

— Я просто выполнял свою работу. Возможно, не очень хорошо, потому что должен был поговорить с вашими родителями, но решил, что смогу узнать все, что мне нужно, от вашего брата.

— Ой, как мне повезло! — ответила я. — А вы не подумали, что всему городу будет известно, что вы в школе расспрашивали обо мне. Я еще понимаю, что вы интересовались в тех местах, где я работала, но школа-то здесь при чем?

— Я им сказал, что это рутинная проверка. Ваш брат единственный, кто в курсе расследования.

— А как же Тони? Неужели об этом тоже надо было выспрашивать?

Нейлор искоса посмотрел на меня.

— Почему бы вам не рассказать обо всем самой, Кьяра? Этот человек вполне мог втянуть вас в свою преступную деятельность. А это уже имеет прямое отношение к моему расследованию. Ваше прошлое будет преследовать вас везде, куда бы вы ни переехали.

Подняв глаза, я увидела, что Винсент стоит у бара и смотрит на нас. Продолжать разговор в «Тиффани» было бессмысленно.