Джоанна Флюк - Кьянти для жертвы

Когда она постучала по открытой двери, Кен поднял голову. Он вздрогнул от неожиданности, но, узнав Ханну, улыбнулся.

— Входи.

Ханна вошла в святилище, при одном упоминании о котором учеников бросало в дрожь, и села напротив Кена. Она пыталась придумать, как лучше подготовить Кена к предстоящему разговору, но он опередил ее.

— Всегда рад встрече с тобой, Ханна. Не планируешь поступать к нам осенью?

Ханна рассмеялась в ответ на стандартную шутку директора.

— Нет, у меня другие планы.

— Чем могу помочь? — Кен снял очки и, сложив дужки, положил их стеклами вниз на груду бумаг.

Ханна колебалась. Хотелось соблюсти приличия, но она не знала как.

— Почему вы привезли две порции ужина Ронде Шарф в дом Фолкер в пятницу вечером?

Кен изменился в лице, и улыбка исчезла.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю.

— А еще кто-нибудь знает?

— Пока нет. Если вы будете честны со мной, никто и не узнает.

Кен вздохнул — будто сдули баскетбольный мяч. Он весь словно стал меньше.

— Мне нечем гордиться, но то, что ты думаешь, — правда. У меня была связь с Рондой.

— Связь означает именно то, что я под этим понимаю?

— Да. Это всецело моя вина, что все зашло так далеко, и я несу полную ответственность. Я только надеюсь, что Кэти не узнает об этом.

Ханна могла понять его беспокойство. У его жены был вспыльчивый характер, и вряд ли она спокойно отнесется к измене супруга.

— Сейчас все остается между нами. Расскажите, как это началось.

— У нас с Кэти было не все гладко, — Кен глубоко вздохнул. — Это тебе, наверное, неинтересно?

— Нет.

— Ну… я хотел наладить отношения и поехал в аптеку купить духи в знак примирения.

Ханна решила перейти к сути дела. Она знала о приемах Ронды.

— И Ронда стала с вами заигрывать?

— Именно так. Это было сразу после того, как она получила в наследство тетушкин дом. Она сказала, что хочет съездить посмотреть его, но нуждается в помощи большого, сильного мужчины. И…

— Не важно, я представляю, что дальше, — перебила Ханна. — Потом вы поехали туда на следующее… э-э… рандеву в пятницу вечером?

Кен покачал головой.

— Не совсем. Мы с Кэти разрешили наши проблемы. Когда в среду она уехала к своей семье, я решил, что пора порвать с Рондой.

— В связи с тем, что у Ронды было бы две недели отпуска, чтобы пережить разрыв?

— Это один из факторов, — признал Кен. — Я старался, чтобы всем сторонам было легче.

— Включая вас?

— Включая меня.

Ханна смерила Кена тяжелым взглядом, но было видно, что он говорит правду.

— И вы решили заказать ужин перед тем, как сообщить ей плохую новость?

— Теперь это кажется странным, но это верно. Я позвонил и попросил о встрече, но она сказала, что должна ехать в тетин дом забрать какие-то вещи. Я сказал, что отвезу ее туда, а затем закажу нам ужин. Она согласилась и предложила принести десерт.

Ханна видела, что Кен не лжет, но это не означало, что он не убивал Ронду. Она на мгновение почувствовала себя неуютно, и в голове мелькнуло, что нужно было взять какое-то оружие, но она тут же отбросила эту мысль. Кен не был здоровяком, а она научилась от Майка кое-каким приемам самообороны.

— Расскажите, что в точности произошло тем вечером, и ничего не упускайте.

— Хорошо, — согласился Кен с тяжелым сердцем. — Только можно я сначала приму лекарство?

Он открыл средний ящик стола и извлек флакон с таблетками.

— Что это?

— Это док Найт что-то прописал мне от бурсита. Сказал, что поможет, но пока никакого эффекта.

Кен вытряхнул таблетку, проглотил и запил водой.

— Вы хотите услышать все?

— Да.

— Я договорился с доком Найтом, что он примет меня в пятницу в пять. После этого я заехал за Рондой и отвез ее в дом тетки.

— В какое время это было?

— Около шести.

Ханна записала время в блокнот.

— Что было, когда вы приехали?

— Она вышла из машины, а я поехал забирать еду. Я решил, что скажу ей все после ужина.

— Ужин заказали из «Ристоранте Альфредо»?

— Да. Я заказал заранее. По пятничным вечерам они готовят «оссо буко», а Ронда говорила, что она любит это блюдо.

— Где была Ронда, когда вы вернулись?

— В кухне. Она отдыхала, пока ждала меня обратно. Мы сели за стол, и я открыл вино. Я принес бутылку очень хорошего кьянти, так как думал, что это смягчит ситуацию.

— Ясно, — Ханна старалась, чтобы в голосе не звучал сарказм. Кен был глупцом, если думал, что алкоголь может улучшить ситуацию.

— Мы сели ужинать, но я так нервничал, что почти не мог есть. Я съел только гарнир. Ронда это заметила и спросила, все ли в порядке. И тогда я ей сказал.

— И она отреагировала так, как вы и ожидали?

— Хуже. Она разозлилась и обвинила меня, что я обращался с ней как с…

Кен остановился и прокашлялся.

— Тебе действительно нужно знать, что она сказала?

— Нет. Что было дальше?

Кен взял стакан и отпил глоток.

— Она начала на меня кричать и обзывать отвратительными, грязными словами, понимаешь?

— Да. Продолжайте.

— Я терпел, сколько мог. Я понимал, что мне нечего сказать, чтобы успокоить Ронду, а потом… я уехал.

Ханна достала блокнот.

— Во сколько это было?

— Около семи тридцати.

— Куда вы отправились?

— Я поехал домой и позвонил Кэти.

Ханна простонала:

— Вы сказали Кэти, что произошло с Рондой?

— Конечно нет. Я понимаю, что был безответственным идиотом, начав связь с Рондой, но я никогда не желал ей смерти.

Ханна осклабилась:

— Так что вы сказали Кэти?

— Что у меня был трудный день и я хотел услышать ее голос. Мы поговорили о ее встрече с семьей и о братьях, с которыми она не виделась с детских лет. Когда я положил трубку, я почувствовал себя намного лучше. Я даже проголодался, так как не обедал, а на ужин съел только оливки. В доме поесть было нечего, поэтому я решил съездить взять себе гамбургер или еще что-нибудь. Я пошел к машине и вдруг понял, что оставил Ронду в доме Фолкер и она не сможет уехать обратно в город.

— Я ждала, когда вы дойдете до этого момента. Итак, вы поехали назад?

— Да. Мне не хотелось, не я не мог оставить ее там. Оттуда пешком до города слишком далеко.

— Во сколько вы приехали туда? — Ханна держала ручку наготове. Время играло важную роль.

— В девять тридцать или около того. Свет в доме горел, и я решил, что Ронда все еще там. Я посидел в машине минуту-другую. Не хотелось идти и снова ссориться с ней. Но я ведь вернулся, чтобы подвезти ее, поэтому я решил, что пойду.