Юлия Коростелёва - Обречённые не умирают (СИ)

- Нет. Я тоже всё решила. Макс, ты должен жить на свободе. Ты не виноват, что я решила совершить суицид именно с твоей машиной. Я скажу, что это было самоубийство, и тебя отпустят, - я пытаюсь загладить свою вину перед парнем.

- Я виноват. Если бы я не кинул тебя тогда, то тебе не пришлось бы бросаться под машины. Я уехал из Канзаса и теперь живу в Далласе. Не хотел обрекать тебя на отношения, когда мы сможем видеться раз в год, - он продолжает смотреть на меня.

- Я часто бываю в Далласе, а ты, как видишь, бываешь в Канзасе. И бросилась я не из-за тебя, а просто всё навалилось сразу. Ты - не главная причина, - я стараюсь не заплакать, Макс берёт меня за руку.

- А если бы я был рядом, то все эти проблемы не казались тебе такими значительными. Но теперь получилось, как получилось... И я настаиваю, чтобы ты сказала, что это не является суицидом, - сила воли этого парня поражает, он готов сидеть в тюрьме за мой грех.

- Нет. Ни за что, - я отказываюсь, скрещивая руки на груди.

- Тогда так. Давай жребий. На одном листке будет написано "Д"(Джулия), то есть решаешь как быть ты. На другом -"М"(Макс), тогда ты подтверждаешь, что не совершала самоубийство, - парень достаёт из рюкзака ручку и тетрадь.

Вырванный из тетради лист превращается в две бумажки для жребия.

- Я согласна.

- Выбирай, - он перемешал бумажки так, что я не знала, где какая буква.

- Левая, - говорю я, надеясь, что эта бумажка с буквой "Д", всё же я левша, и мне должно повезти.

Хотя бы сегодня, Господи!

- Тут буква "М". Жаль, но придётся слушать меня, - Макс спешит выкинуть бумажки.

- Стой! Покажи! - кричу я.

- Нет, я выкидываю, - парень уже кинул левую бумажку в мусорное ведро.

- Покажи правую. Иначе результаты не принимаются, - говорю я.

- Ладно, - сдаётся голубоглазый брюнет.

- Макс, ты врунишка. Тут буква "М", значит, на левой "Д", - смеюсь я.

- Нет, на обоих "М", - признаётся хитрый Макс.

- Жулик, ты соврал мне. Всё, ты проиграл, победа за мной, - улыбаюсь я.

- Неет, я отказываюсь, - а этот парень ещё тот упёртый баран, но я ещё упрямее.

- Макс, я придумала выход, но это очень опасно, - почесав висок, сообщаю я.

- Какой? - интересуется Макс.

- Я скажу, что это было самоубийство, тебя выпустят, ты лишь заплатишь штраф за превышение скорости. Но тогда я должна сбежать из больницы, возможно будет охота, но ты же поможешь? - рассказываю я, в то время как Макс периодически осматривает мои руки, порезанные осколками лобового стекла его новенькой мажорской машинки.

- Я, конечно, помогу, но ты с дуба рухнула. Всё и сразу захотела? Я за тебя уже решил, мне посидеть в тюрьме - раз плюнуть, я предлагаю всё продумать и приступить к выполнению моего плана, - мне настолько не понравился ответ парня, что я чуть не кинулась в его крепкие, дружеские объятия.

Заботится обо мне. Интересно.

- Давай сделаем передых. А пока расскажи мне о своих мотивах к самоубийству во всех красках, - просит Макс.

- Мотивы? У меня резко изменилась жизнь, только не жалей меня. Раньше всё было обычно: школа, дом, уроки, друзья, гулянки. А потом предали подруги и родители; чуть не изнасиловал мужчина в попутке; парень, которого я любила, не признался во взаимности; пошла кровь изо рта; умер дядя, которого я считала другом детства; обострились разногласия с учителями и родителями; у меня разбилось зеркало во время гадания; ты бросил меня... А ещё я отдалась этому ублюдку Алану, который потом занялся "любовью" с моей лучшей подругой, и таким образом потеряла саму себя, - совершенно холоднокровно рассказываю я, закрыв глаза и вспоминая все моменты этой гнусной жизни в течение последних, теперь уже 18 дней.

- Не буду жалеть, только можно один вопрос? - спросил Макс.

- Да, - удивлённо согласилась я.

- Какая фамилия у парня, который переспал с твоей лучшей подругой? Просто ты сказала, что его зовут Алан, и живёт он в Канзасе, - говорит Макс, продолжая изучать каждую ранку на моих руках своими пальцами.

- Смит. Тебе это о чём-то говорит? - я хмурю брови, не понимая, что происходит.

- Джули, только дыши сейчас глубже, чем обычно... Это, ну как сказать... Мой двоюродный брат.

Мои глаза от шока становятся круглыми и стеклянными. Они братья? Похожи внешне, если отбросить разный цвет глаз, и у Макса более тёмные волосы. Но одинаков ли характер? Покажет время.

- Ты что молчишь? Не пугай меня. Он мой двоюродный брат, которого я знаю уже 17 лет. Знаешь, я ведь и спросил у тебя фамилию не зря, ведь Аланов то много, но только мой брат мог так "красиво" бросить девушку, - тихо сказал Макс для того, чтобы никто не услышал нас.

- Если ты всё знаешь о нём, то расскажи об его отношениях, - прошу я.

- Ты ещё не поняла? Ему девушки нужны в качестве инкубаторов для секса и для повышения своей и так никем не превзойдённой репутации, - разъясняет голубоглазый брюнет.

- Я так и думала, но в глубине души всё же надеялась на его благоразумие. А с виду Алан казался таким хорошим: красивый отличник из бедной семьи, который ухаживал за мной, дарил подарки, делал комплементы, - я вспоминаю счастливые моменты с парнем.

- Ну он действительно умный и из небогатой семьи. А ухаживать и делать комплементы - это проще простого, когда хочется заполучить тело симпатичной девочки. Подарки? Ты не задавалась вопросом, откуда они берутся?

- Задавалась.

- Он продаёт наркотики. Ну знаешь, ЛСД и экстази? Вот в таком ключе. На отравлении нормальных людей Алан зарабатывает на коробку конфет и букет красных роз для таких, как ты. Меркантильная? - в его голосе прослеживается ярость, Макс зол на брата, но пытается сдержать себя.

- Нет, я говорила, что мне плевать на деньги человека. Какой ужас, Макс, я принимала подарки от наркодилера, который убивал людей своими веществами! - не сдерживая эмоций, я начинаю плакать.

Сентиментальность в последнее время на пределе, я рыдаю слишком часто.

- Да, Джули. Но он там не главарь банды естественно, так что денег ему достаётся не так уж и много, - поясняет Макс, вытирая с моих щёк солёные слёзы.

- А откуда такие шмотки? И новый телефон? - спрашиваю я, убирая руки парня со своего лица.