Антон Антонов - Всё, что тебе нужно

А поскольку сама Люба была весьма лакомым кусочком, мужчины тоже не проходили мимо.

Люба училась в одиннадцатом классе и первый урожай пожертвований быстро приноровилась собирать еще в школе, на переменах. Одноклассники и раньше знали, что она спит с мальчиками лет с тринадцати и довольно доступна, хотя предпочитает партнеров старше себя. Типичная акселератка, она выглядела лет на двадцать и даже веснушки нисколько не портили этого впечатления. Ходили слухи, что у нее роман с каким-то то ли курсантом, то ли целым лейтенантом, а может, даже с несколькими — но достоверно никто ничего не знал.

Недоброжелатели поговаривали, что с таким отношением к любви Любовь не успеет оглянуться, как угодит в проститутки. И она этого мнения не опровергала и — возможно, с целью эпатажа — говаривала так:

— А что, работа как работа. Не хуже других. Куча денег и море удовольствия.

А в начале марта она вдруг заговорила на религиозные темы. Вот уж от кого, а от нее этого никто не ожидал. Правда, перед этим она успела сделаться записной фанаткой «Звездной дороги», а ее лидер Руслан Чайковский как раз ударился в религию — так что удивительного ничего не было.

И все-таки все удивились. Жизнерадостная, веселая и кипучая Люба Тушина, живущая по принципу «Надо жить играючи» — и вдруг разговоры о Боге.

Из этого класса в орден Ангелов Любви вступила еще одна девушка. Но та откровенно говорила друзьям и одноклассникам:

— А зато мы Руслана видим чуть не каждый день. А я с ним даже целовалась два раза — вон, Любка подтвердит.

И Люба действительно подтверждала, хотя на самом деле девушка по имени Ира целовалась с Русланом только один раз.

Сама Люба, однако, ничего подобного о целях своего вступления в орден не говорила. Наоборот, она активно и оживленно излагала всем желающим ту часть идей Галактиона Эрве, которую уловила и усвоила. В ее интерпретации это выглядело так:

— Понимаешь, на самом деле каждый человек — это немножко бог, только очень слабый. А когда людей много — они становятся сильнее. И еще человек делается сильнее, когда освобождается от тела. Когда умирает, проще говоря. Только обязательно так, чтобы он не сам это захотел, а так по жизни получилось. И вот те, кто уже умер, собираются в Пантеон и вместе правят миром. Но и по отдельности тоже могут много сделать. Все зависит от того, сколько у них магической силы. Если верить в Пантеон и служить ему, то можно набрать эту силу и оказаться в Пантеоне на более высоком месте.

В общем, по ее рассказам выходило, что Пантеон — это такое грандиозное собрание привидений. А в привидения, надо сказать, обыватели верят гораздо охотнее, чем в Бога. То есть в Бога — православного, например, — многие тоже верят, однако свечки ставят чаще Николе Угоднику или другому какому святому. У православных и католических святых имеет место строгое разделение труда — то есть души умерших выполняют функции языческих богов.

В девяностых годах один социологический опрос показал, что в России в духов, призраков, гороскопы, магию, колдовство и нечистую силу верит больше людей, чем в библейского Бога и особенно в Святую Троицу. Господь, который един в трех лицах — это непонятно, а вот домовой, с которым можно поговорить с помощью ниточки и колечко — это доступно вполне.

Руслан Галактионов (он же Галактион Эрве) просто устранил из картины Мироздания фигуру единого Верховного Бога, заменив его Законом Дао и Кармы (восточная экзотика весьма притягательна). И кроме того, он предложил людям шанс не на туманные и абстрактные наслаждения, а на исполнение божественных функций.

Власть — это то, чего почти каждый человек желает больше, чем наслаждений.

К тому же христианский рай, если вникнуть в писания проповедников и теологов, вовсе не кажется таким уж привлекательным местом. Согласно христианской доктрине, бессмертным духам чужды плотские удовольствия. А между тем, человеку, состоящему из плоти и крови, трудно представить себе какие-либо удовольствия, лишенные плотского начала. Недаром самое любимое чтиво и самые любимые зрелища широких масс — это эротика (и шире — любовные истории) и триллер. Первое — о плотской любви, второе — о физической боли, страхе и смерти. И то, что второе вовсе не является наслаждением — это спорный вопрос. Одно дело — самому испытывать боль, и совсем другое — смотреть, как ее испытывают другие. Человек — жестокий хищник, и вид чужой боли почти всем и всегда доставляет удовольствие. Только не все и не всегда готовы признаться в этом себе и другим.

И Галактион в «Пантеосе» предусмотрел выход для любых человеческих страстей. Во-первых, он объявил, что теоны могут испытывать телесные ощущения и диапазон их тем шире, чем выше магическая сила теона. В сообществе теонов этот диапазон еще более расширяется и в Пантеоне может достичь бесконечных пределов. И чем выше поднимается душа человека в иерархии Пантеона, тем шире не только диапазон чувств (который простирается далеко за рамки человеческих ощущений), но и диапазон исполнения желаний. И на некоторой ступени этот диапазон тоже становится безграничным. Протеоны — души, никогда не имевшие тела — могут выполнить любое желание теона, поднявшегося достаточно высоко, никоим образом не побеспокоив при этом другие теоны и какие бы то ни было элементы Мироздания. Таким образом, возвышенный теон как бы приобретает свой собственный виртуальный мир, бесконечный и населенный протеонами, которые могут принимать облик любых людей, существ и предметов и действовать так, как должны действовать их реальные аналоги или так, как того хочет теон-хозяин.

Есть лишь несколько ограничений, через которые возвышенный теон не может переступить. Без воли Пантеона он не может подняться выше в иерархии и приобрести больше магической силы. На жизнь Пантеона и всего Мироздания он может влиять лишь в тех пределах, которые ему отведены, а степень его влияния на жизнь отдельных людей Земли и на события в реальном мире определяется его магической силой. И еще — теон не может по собственному желанию погрузиться в Нирвану — то есть полное небытие.

Шура Шмелев, прочитав «Пантеос», сообщил Галактиону, что все вышеизложенное можно перевести в термины виртуального программирования. Теон — это про грамма, которая заключает в себе сознание человека и его всевозможные расширения, в том числе протеоны — подпрограммы, создающие антураж и виртуальное исполнение желаний.

Изложенная в «Пантеосе» теория альтернативных истин вполне допускала такую интерпретацию (как и множество других), и Галактион решил включить ее в свою новую книгу «Мироздание».