Медвежий Яр. Часть 2 - Алёна Берндт

твердолобый Буля, ни вертлявый Малой почему-то в этот раз не испугались… Хотя раньше одного взгляда Смыка было достаточно, чтобы они метнулись выполнять его поручения.

– Видишь, Гена, уже началось, – негромко сетовал тогда Смык своему другу, – Это всё из-за этой девки! Поняли, что она меня прогнула, унизила! И всё – почуяли слабину, псы! У хищников так – нельзя показывать слабость. Если ты слаб, сожрут! Вот так-то, Гена! А ты еще спрашивал, почему я так за неё взялся! Вот! Вот по этой самой причине и взялся!

Смык тряс указательным пальцем вслед удаляющейся машине, увозившей Булю и Малого в город. Геннадий только пожимал плечами в ответ и за обе щёки уплетал пироги с рыбной консервой, которыми потчевала их хозяйка.

– Мамка пекла такие! Прямо как в детство попал! – с набитым ртом отвечал другу Гена, и Смык понимал, что такие важные стратегические вещи, о которых он сейчас говорил, Гене не важны.

– Нашёл! – ворвался в дом довольный Николай, уже изрядно нетрезвый, – Нашёл вам провожатого! Правда, он сказал, что далеко не пойдёт, только выведет на нужную дорогу. А потом вернётся домой, но вам подробно объяснит куда дальше идти, говорит – найдёте без труда! Даже, говорит, нарисую план, куда идти, если нужно!

– Это чего? Мы по бумажке пойдём, что ли? – проворчал Геннадий, ухватив со стола еще кусок пирога, – Тут и заблудиться недолго. Да и вообще, давай здесь подождём, куда ей деваться, появится!

– Я же тебе только что объяснял, ты чем слушал! – рассердился Смык на друга и его тугодумие, – Молодец, Николай! А чего ты того мужика к нам не позвал? Поговорили бы, может он и согласился нас проводить до места…

– Не пошёл он, я звал! – ответил Николай, – Сказал, завтра утром вас будет ждать за старой конюшней, там развалины сгоревшие, уж почти не видно, но я вас до туда доведу.

Согласившийся пойти в проводники мужик, который назвался Семёном, ждал своих подопечных на опушке леса. Одетый в старую куртку, он ковырял палкой свои видавшие виды охотничьи лыжи и иногда поглядывал из-под руки куда-то вдаль, по склону отороченного лесом холма. Из-за надвинутой на самые глаза шапки было сложно определить его возраст, но Смык понял, что это вообще молодой парень, лет около тридцати, а то и меньше.

– Здорово! Ну, давай знакомиться, я – Антон, это мой друг Геннадий. Слушай, Николай нам сказал, что ты согласился только часть пути с нами идти… так ты не думай, я тебе заплачу нормально за хлопоты! Айда с нами до места, чего уж!

– Здорово. Меня Семёном зовут. На старую заимку я не пойду, недосуг мне, а проводить – провожу вас. Да там после и младенец дойдёт, не бойся заплутать. И денег мне твоих не надо, я сказал – помогу, значит помогу. Пошли уже, я хочу еще засветло вернуться! Да и вам поторапливаться следует, чтоб до темна добраться до заимки. Ночевать в лесу не хорошо, у нас еще зима, хоть на календаре и весна!

– А чего, это далеко что ли? – Геннадий уже тогда погрустнел лицом, он надеялся, что хотя бы за пару часов они уже окажутся на месте, – Мы что, до вечера можем не добраться?!

– Ну, в лесу темнеет раньше, – пожал плечами Семён, – Да еще и снег может пойти к вечеру.

Гена поглядел на ясное небо, где не было видно ни облачка, только безмятежная синева, и подумал, что проводник-то у них совсем не того… какой снег может быть при таком солнце! Вот неудивительно, что все отказались, а он один согласился!

Как и обещал, Семён довёл их до развилки, до которой обычно ходил трактор и были видны наваленные им сугробы, а потом указал направление.

– Вот, по просеке идите, до ручья. Там брёвна лежат, по ним ступайте, потому что лёд там некрепкий… Отец рассказывал, случай был, когда там провалились двое… Ну а после по руслу ручья дойдёте до Каменки, речка такая, а оттуда старая просека идёт до оврага и реки. Вот там только внимательны будьте – обрывы нам на Койву высокие. Если до темноты не дойдёте – разводите костёр и ночуйте, по лесу не мечитесь, иначе заплутаете и не выйдите… или того хуже! Вот, там над оврагом изба стоит, это и есть заимка.

– Антох, давай не пойдём! – негромко сказал Гена, ткнув друга в бок, – Он столько наговорил, я не запомнил, куда идти! Тем более, что так далеко! Давай вернёмся и будет ждать в Бобровке, у Николая! Не век же ей сидеть в лесу, когда-нибудь выползет оттуда, тут мы её и прихлопнем!

– Прихлопнем?! – тихо прошипел в ответ Смык, с опаской поглядывая на Семёна, как бы тот не услышал, – Ты дурак что ли? Это в лесу может что угодно произойти, а в деревне, у всех на виду… Да она нам такой подарок сделала, что в лес умотала! Заткнись и терпи! Не думал я, что ты слабоват в коленках! Думал, ты и вправду крут, как говорил! А оказывается, как только жареным запахнет, так у тебя уже и поджилки трясутся! Ты чего, девки какой-то испугался?!

– Ты меня позвал, чтобы я обеспечивал твою безопасность! – надменно и со скрытой в голосе угрозой ответил Геннадий, – Так вот теперь я тебе говорю – то, куда ты полез, опасно! У нас недостаточно людей, недостаточно подготовки, проводника нормального нет, чтобы такие прогулки по лесу совершать! Не в девке твоей дело, ты сам что ли не понимаешь!

– Ладно, не хнычь! – свысока глянув на друга, ответил Антон, – Если у тебя кишка тонка, то у меня – нет! Меня отец всё детство по лесам таскал, по походам всяким. Выведу тебя, городского жителя! Эй, Семён, давай-ка еще раз скажи, куда идти, по каким приметам! И давай я на твоей бумажке пометки сделаю сам, где ты там местность рисовал, так мне понятнее будет.

Минут двадцать Семён объяснял Смыку подробности, помечал что-то на небольшом листке бумаги, и от этого у озябшего Геннадия еще сильнее холодели руки. А Смык напротив, даже будто повеселел от всего происходящего, с предвкушением потирал руки, поправлял за плечами небольшой рюкзак и поудобнее устраивал за спиной своё новенькое ружьё.

– Парни…, – обернувшись, сказал вдруг собравшийся уже уходить Семён, – Может передумаете? Пойдём обратно в село, я вам советую меня послушать.

– Это почему же вдруг? – прищурился на него Смык, – Что вдруг такое?

– Ну… погода сейчас обманчивая, это в городе весна, а у нас здесь всё по-другому. Ночью может