Сандра Браун - Смерть в ночном эфире

– Гэвин не поладил с отчимом? – спросила она Дина.

– Это вина Гэвина. Он не просто отвратительно вел себя, он стал совершенно невыносимым. Мы с Патрисией обсудили ситуацию и решили, что лучше ему пока пожить у меня. Я хочу, чтобы у нас е ним все получилось.

– Я уверена, что так и будет со временем. Гэвин замеча­тельный мальчик.

Дин рассмеялся:

– Я не могу с тобой согласиться. Но я надеюсь, что тот замечательный мальчик, которого ты помнишь, все же прячется под этой враждебностью и грубостью, пусть и глубоко.

В половине второго Пэрис прочитала сводку новостей с монитора, затем прошла реклама, во время которой она принимала звонки. Один из позвонивших попросил ее о свидании, Пэрис вежливо отказалась.

– Тебе следовало бы согласиться, – поддразнил ее Дин. – Парень был в полном отчаянии.

– Разумеется, он ведь был отчаянно пьян, – ответила она с улыбкой, стирая запись разговора.

Следующий звонок был от веселой пары. Они только что обручились.

– Питер попросил меня открыть бутылку вина, а сам протянул мне бокал, в котором лежало кольцо. – Даже хи­хиканье не могло скрыть очаровательный английский ак­цент. – Мои подруги в Лондоне мне не поверят! Когда-то мы все вместе смотрели «Даллас», не пропуская ни одной серии, и мечтали встретить красивого техасца.

Смеясь вместе с молодой женщиной, Пэрис спросила, какую песню они хотели бы услышать.

– «Она ни на кого не похожа». Питер говорит, что Билли Джоэл написал ее обо мне.

– И я уверена, что он прав. Вы не будете против, если наш с вами разговор услышат остальные слушатели?

– Это просто фантастика!

Пэрис записала их имена и ответила еще на несколько звонков. После рекламы она пустила в эфир разговор с мо­лодой парой, поставила ту песню, которую хотели услы­шать будущие супруги, а потом еще две, выбранные ею самой.

Она автоматически управлялась с многочисленными кнопками и клавишами, продолжая разговаривать с Ди-ном о Гэвине.

– Что он сказал тебе по поводу встречи с Мелиссой Хэт-чер?

– Мой сын сделал вид, что они незнакомы.

Пэрис вопросительно посмотрела на него, и он догадал­ся, о чем она подумала.

– Да, меня это тоже беспокоит. Почему Гэвин так тща­тельно скрывает эти знакомства? Только под моим давле­нием он признался, что знает Джейни Кемп.

– Насколько хорошо он ее знает?

– Не слишком хорошо. Во всяком случае, Гэвин мне так сказал, но в последнее время от него трудно добиться правды.

– Да, это не те времена, когда он погнул колесо у вело­сипеда.

– Ты помнишь это?

– Мы с Джеком пришли к тебе на барбекю. Гэвин при­ехал на выходные и катался с соседскими детьми на вело­сипеде, но домой вернулся пешком. Спицы на переднем колесе были погнуты. Ты спросил, не дрались ли они вело­сипедами, и, когда он признался, ты отправил мальчика в его комнату на весь вечер.

– Это было для него серьезным наказанием, потому что вы с Джеком ему нравились. Но я еще заставил его делать кое-что по дому, чтобы заработать деньги на новое колесо.

– Строго, но справедливо.

– Ты так думаешь?

– Да, ты показал, что ценишь вещи, но расстроился вовсе не из-за сломанного велосипеда.

Дин печально улыбнулся:

– Я тысячу раз говорил ему, что нельзя драться на вело­сипедах или перескакивать через бордюр, потому что это опасно. Я не хотел, чтобы он стал донором органов.

– Ты прав, он мог удариться головой или сломать шею. Ты боялся за него и именно поэтому рассердился.

– Думаю, мне следовало объяснить это ему.

– Гэвин сам все понял, – негромко произнесла Пэрис.

Дин посмотрел на нее, и между ними словно протяну­лась незримая нить. Она оборвалась вместе с окончанием песни в исполнении Бетт Мидлер. Пэрис снова вернулась к приборной доске и включила свой микрофон:

– Не забудьте послушать завтра утром Чарли и Чеда. Они составят вам компанию по дороге на работу. А пока с вами Пэрис Гибсон и программа «Песни о любви». Теле­фонные линии будут работать ровно до двух часов ночи. Позвоните мне.

Когда началась следующая серия песен, она посмотрела на монитор.

– Осталось всего девять минут.

– Но ведь вчера Валентино позвонил в конце переда­чи? – Когда Пэрис кивнула, Дин спросил: – Ты сможешь поговорить с ним подольше, если он позвонит?

Пэрис указала на монитор:

– Смотри, как мало, осталось на две песни.

Дин подсчитал в уме.

– Значит, после окончания последней песни у тебя едва хватит времени попрощаться и выйти из эфира.

– Верно.

Он взглянул на лампочки телефонных линий на прибор­ной панели. Три мигали.

– Если это не Валентино, не заводи со слушателем дол­гий разговор. Держи линии свободными. И помни: если это он, попроси разрешения поговорить с Джейни.

Пэрис сделала глубокий вдох, проверила, лежит ли па­лец Дина на пусковой кнопке магнитофона, и ответила од­ному из слушателей. Некая Рейчел попросила исполнить для ее мужа Пита песню «Это мог быть ты».

– А, Стивен Бишоп.

– Мы танцевали наш первый танец на свадьбе под эту песню.

– Такой хороший выбор! Вы заслужили, чтобы послу­шать эту песню в лучшее время. – Пэрис пообещала вклю­чить ее на следующий день в первые полчаса своей про­граммы.

– Замечательно. Спасибо.

Пэрис снова оглянулась на Дина, прежде чем нажать следующую мигающую кнопку.

– Говорит Пэрис.

– Привет, Пэрис.

У нее кровь застыла при звуках его голоса. Она быстро обернулась к Дину и увидела, что тот включил магнито­фон. Записывающее устройство зарегистрировало номер телефона, с которого звонил Валентино. Дин торопливо записал его. Он с такой жадностью смотрел на экран, слов­но ждал, что умная машина нарисует ему портрет говорив­шего.

– Привет, Валентино.

– Как прошел день? Ты была занята?

– Я справилась.

– Да ладно тебе, Пэрис. Поделись со мной. Что ты се­годня делала, чем занималась? Ты думала обо мне? Или ты отмахнулась от меня, как от сумасшедшего пустобреха? Ты сообщила в полицию?

– Зачем? Пока вы не дадите мне поговорить с девуш­кой, у меня нет никаких оснований считать, что она суще­ствует и что прошлой ночью вы сказали мне правду.

– Прекрати эти глупые игры, Пэрис. Разумеется, она существует. Зачем мне бьшо сообщать о своих намерениях, если это все было ложью?

– Чтобы привлечь мое внимание. Валентино рассмеялся.

– Ну и как? Подействовало? Ты обратишь на меня вни­мание на этот раз?

– На этот раз? – удивилась Пэрис.

– Ты проигнорировала меня в прошлый раз, когда я пре­дупреждал тебя, и посмотри, что случилось.

Пэрис посмотрела на Дина и покачала головой в знак того, что не понимает, о чем идет речь.