Эдмон Бали - Игра вслепую

Наконец мы подъехали к повороту, за которым начиналась дорога к дому на озере. Слейд сделал совершенно непроницаемое лицо, так что я ещё раз посоветовал ему не фокусничать. Мне приходилось следить одновременно и за ним, и за дорогой, и за окрестностями, так что ещё пара глаз мне бы не помешала. Тем более, что дом я видел только один раз, да и то в темноте. Я приставил пистолет к затылку Слейда и сказал:

— Проедешь мимо дома, не меняя скорости. Я скажу, когда остановиться.

Только когда я убедился, что мы приехали по правильному адресу, я разрешил Слейду остановиться. Именно в этот момент я стукнулся локтем о дверцу машины и сильно выругался. Этот балаган мне был нужен для того, чтобы незаметно разрядить пистолет: если хочешь оглушить кого-то рукояткой оружия, нужно позаботиться о том, чтобы оно не выстрелило в тебя же. Слейд только-только затормозил, когда я точным ударом вырубил его. Машина остановилась.

Слейд был без сознания: в этом я убедился не только когда обшаривал ещё раз его карманы, но и когда при этом пару раз задел раненую руку. Никакой реакции не было. Конечно, мне нужно было бы убить его, хотя бы потому, что он представлял огромную опасность для всего Отдела, а не только для меня. Но он был сейчас нужен мне как заложник, для обмена, а я не собирался менять мертвое тело на труп.

Кто-то из моих коллег-классиков однажды сказал, что если бы ему пришлось выбирать: предать родину или предать друга, то он хотел бы иметь мужество предать родину. Так вот, Элин была для меня больше, чем другом, она была моей жизнью, и я не задумывался над тем, что было бы полезнее для Отдела и даже для родины. Элин для меня была важнее их вместе взятых.

Я вышел из машины, открыл багажник, вытащил оттуда свой арсенал, а кусками мешковины, в которые были завернуты ружья, связал Слейда. Потом засунул его в багажник и захлопнул крышку. Карабин Филипса вместе с патронами я спрятал в расщелину скалы возле машины, а конфискованное у Флита ружье взял с собой. Скорее всего, без оружия в предстоящем деле я не обойдусь.

2

К дому я подбирался очень медленно, на все путешествие у меня ушло около получаса. В конце концов я нашел идеальную позицию неподалеку, залег и стал изучать обстановку. Это был тот самый дом: теперь я отчетливо видел разбитые стекла в одном и окон без занавесок. Я прекрасно помнил, как эти занавески полыхали, когда я убегал от Кенникена и его бандитов.

Около входной двери стоял автомобиль и воздух над капотом слегка дрожал. Значит, кто-то приехал сюда совсем недавно и мотор был ещё теплым. Ничего удивительного: Кенникену потребовалось немало времени, чтобы добраться сюда из Кефлавика, он совсем ненамного опередил меня. Значит, можно было надеяться на то, что его разговор с Элин пока ещё не состоялся.

Я спрятал ружье Флита между двумя валунами. В доме оно было бы бесполезно, но и оставлять его где-то вне досягаемости мне тоже не хотелось. После чего вышел на открытое место и медленно пошел по дорожке ко входной двери. Не физически, а психологически это был самый длинный путь, который я поделал в своей жизни, потому что чувствовал себя смертником, идущим на эшафот. Единственно, на что я наделся, это на чувство любопытства у тех, кто был внутри: они должны были захотеть узнать, с чем я пожаловал, а не просто пристрелить меня.

Я нажал на кнопку звонка. В доме ничего не произошло, но с двух сторон от меня появились два человека. Я улыбнулся им и снова позвонил в дверь. На сей раз она открылась, а за ней стоял Кенникен с пистолетом в руке.

— Я из агентства, — любезно сказал я. — Как у тебя со страховкой, Вацлав?

Глава десятая

1

Кенникен посмотрел на меня пустым взглядом и прицелился в сердце.

— Почему бы мне не убить тебя прямо сейчас? — задумчиво осведомился он.

— Именно об этом я и пришел поговорить, — подхватил я. — Сейчас самый подходящий момент. Неужели тебе не интересно, зачем я здесь? Почему вот так прямо пришел и позвонил в дверь?

— Действительно, странно, — согласился Вацлав. — Не возражаешь против небольшого обыска?

— Сделай одолжение, — отозвался я.

Двое с улицы быстро и ловко обыскали меня и отобрали пистолет Слейда с патронами.

— Не слишком-то гостеприимно так долго держать меня у двери, заметил я. — Да и соседи могут удивиться…

— У нас нет соседей, — ответил Вацлав и посмотрел на меня с некоторым даже удивлением. — Что-то ты слишком спокоен, Стюартсен. Совсем рехнулся? Но все равно, заходи.

— Спасибо, — чинно проговорил я и прошел следом за ним в уже знакомую мне комнату.

На полу лежал порядком обгоревший ковер и я тут же заинтересовался этим:

— У вас недавно был пожар? Какой ужас!

— Умник, — с неопределенной интонацией отозвался Кенникен. — Садись в то же самое кресло. Как видишь, сегодня камин не топят. И прежде, чем ты что-нибудь скажешь, сообщаю тебе: у нас твоя девушка. Кажется, её зовут Элин.

— И что ты за неё хочешь? — осведомился я, развалившись в кресле.

— Вообще-то она была нам нужна, чтобы выманить тебя. Но раз ты сам явился…

— Ну так отпусти её.

— Ты забавный малый, — улыбнулся Кенникен. — Не пробовал выступать в варьете?

— У меня ещё все впереди. А теперь выслушай меня серьезно, Вацлав. Ты отпустишь эту девушку, причем целой и невредимой.

— Я чего-то не понимаю? Так объясни.

— Объясняю. Я пришел сюда сам, значит, у меня были на то причины. И у меня есть встречное предложение. Обменять мою девушку на Слейда. Ах, боже мой, я совсем забыл, что ты не знаешь человека с таким именем! Тогда извини.

— Даже если предположить, что я знаю такого человека, чем ты докажешь. Что не блефуешь? Своим честным словом?

— И им тоже, — спокойно ответил я. — Но в первую очередь — вот этим.

Я вынул из нагрудного кармана паспорт Слейда и перебросил его Кенникену.

Тот внимательно просмотрел его, закрыл и спокойно сказал:

— Это действительно паспорт человека по имени Слейд. Но это не доказательство того, что хозяин паспорта находится в твоих руках. У меня, например, есть не меньше полудюжины паспортов на разные имена. И вообще я не знаю никого с таким именем.

— Ты начала разговаривать сам с собой, Вацлав? — рассмеялся я. — Два часа назад ты звонил этому человеку в гостиницу Рейкьявика. Хочешь, перескажу ваш разговор? Извини, если ошибусь в репликах Слейда, но он ведь тебе все равно неизвестен, так?

И я пересказал практически слово в слово. Лицо у Кенникена вытянулось.

— Ты знаешь слишком много. — глухо произнес он. — Ты владеешь опасной информацией.